Комментарии к ст 209 ук рб

Статья 209 (мошенничество)

Как не странно, не любые действия, связанные с завладением имущества либо путем обмана или злоупотребления доверием, могут быть квалифицированы как мошенничество.

Консультация по телефонам:+375 29 654 35 79 Velcom, +375 29 754 35 79 МТС;
Email: [email protected]
Адрес: г.Минск, ул. Ульяновская 4

Часто, представляя интересы обманутых лиц, приходится сталкиваться с отсутствием принципиальной позиции правоохранительных органов, связанных с квалификацией действий виновника по ст. 209 УК Республики Беларусь. Как итог, правоотношения между лицами классифицируются как гражданско-правовые с последующим отказом в возбуждении уголовного дела. В таком случае не нужно отчаиваться, законодательством предусмотрена возможность, связанная с обжалованием принятого постановления об отказе в возбуждении уголовного дела надзирающему прокурору. Задача адвоката по такого рода делам состоит в составлении жалобы, указывающей на недостатки, обнаруженные при проведении проверки, а также предложения, связанные с проведением дополнительных действий.

Скорая помощь адвоката

Вам необходима срочная помощь авдоката? В этом разделе вы сможете найти ответы на волнующие вас вопросы, а так же связаться с адвокатом для решения вашей проблемы. Я готов предоставить вам все возможные адвокатские и юридические услуги по вашей защите и поддержке. ПОМНИТЕ! Даже прочтение наших статей никак не заменит прямого контакта с адвокатом, для решения вашего вопроса.

Важная информация

Статьи, которые помогут вам в экстренных ситуациях.

Помощь: Уголовно-правовая оценка мошенничества (часть 1)

УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ОЦЕНКА МОШЕННИЧЕСТВА

Одним из распространенных видов хищений имущества является мошенничество. Обобщив следственную и судебную практику по уголовным делам о мошенничестве в 2007 г., Генеральная прокуратура РБ констатировала, что с 2002 г. по 2006 г. число лиц, осужденных за данный вид преступлений, возросло почти в 3 раза. В 2006 г. за совершение мошенничества осуждено 1937 человек. Удельный вес мошенничества среди зарегистрированных преступлений составляет 3,6%. Усложнение системы управления экономикой и хозяйствования, имущественных отношений способствовало появлению новых способов мошенничества.

Под мошенничеством как формой хищения имущества согласно ст.209 Уголовного кодекса РБ (далее — УК) понимается завладение имуществом либо приобретение права на имущество путем обмана или злоупотребления доверием. При хищении путем мошенничества обман или злоупотребление доверием являются средством для преступного завладения имуществом. Особенностью мошенничества является переход имущества или прав на имущество к виновному или в интересах виновного к другому лицу по согласию потерпевшего.

В качестве непосредственного объекта при этом могут выступать денежные средства, товарно-материальные ценности юридических и физических лиц, транспортные средства, строения и другие предметы. Не являются предметом мошенничества информационные идеи, технологии, результаты интеллектуальной деятельности, не воплощенные на материальном носителе. Похищаемое имущество может находиться как у потерпевших, так и у виновных лиц. Преступник прибегает к обману лиц, во владении и ведении которых находится имущество, в результате чего они добровольно передают имущество, полагая, что преступник имеет право его получить. При злоупотреблении доверием имущество в связи либо с гражданско-правовыми отношениями (договор проката, аренды и т.д.), либо с личными отношениями (передача имущества в долг, на временное хранение, рекомендация других лиц) может находиться у виновного лица, которое, воспользовавшись доверием, завладевает имуществом.

Приобретение права на чужое имущество имеет место в тех случаях, когда никакой материальный предмет (вещи, деньги, ценности) виновным не изымается из чужого владения. Субъект, стремящийся посредством обмана или злоупотребления доверием приобрести право на имущество, виновен в мошенничестве, когда приобретает право распорядиться имуществом, как своим. Путем мошенничества субъект может приобрести право требования на чужое имущество: вклад в банке, безналичные деньги, заложенное имущество и др.

Мошенничество схоже по некоторым признакам с иными преступлениями. Только путем внимательного анализа как объективных, так и субъективных признаков деяния можно отграничить данное преступление от других.

В отличие от мошенничества при причинении имущественного ущерба в значительном размере без признаков хищения посредством извлечения имущественных выгод в результате обмана, злоупотребления доверием (ст.216 УК) обогащение виновного происходит не путем завладения имуществом, а путем уклонения при помощи обмана или злоупотребления доверием от передачи должного потерпевшему.

Г. путем обмана, заранее не намереваясь исполнять договорные обязательства, скрыв отсутствие на расчетном счете денежных средств и наличие ряда долговых обязательств, заключил договор транспортной экспедиции и не оплатил затем произведенную грузоперевозку.

Д., работая шофером одной из автобаз, в течение двух дней использовал закрепленную за ним грузовую автомашину в личных корыстных целях — перевозил имущество граждан.

Ч. при поступлении на работу представил в бухгалтерию предприятия фиктивную справку о наличии у него двоих детей (фактически их у виновного не было). Все вышеуказанные лица были признаны виновными в причинении имущественного ущерба в значительном размере без признаков хищения посредством извлечения имущественных выгод в результате обмана, злоупотребления доверием.

В отличие от мошенничества, когда преступник, получая имущество, уже знает, что не будет выполнять своих обязательств перед собственником или законным владельцем, а противозаконно завладеет имуществом, при присвоении и растрате (ст.211 УК) умысел на хищение имущества возникает у виновного уже после того, как ему были вверены материальные ценности (т.е. имущество поступает во владение виновного, и он владеет им на законном основании).

При мошенничестве обман представляет собой умышленное искажение или сокрытие истины с целью ввести в заблуждение лицо, во владении или ведении которого находится имущество. Поэтому в противном случае, когда должностное лицо осведомлено о противоправном замысле преступника, но передает имущество, находящееся в его владении или ведении, налицо хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст.210 УК), совершаемое лицом, в ведении которого находится имущество, в соучастии с частным лицом.

Ф., являясь директором предприятия, в ходе реализации частному лицу Л. списанной автомашины произвел по сговору с последним ремонт указанной автомашины за счет предприятия, поэтому судом содеянное виновными было квалифицировано по ст.210 УК.

При мошенничестве не имеет значения и степень осмотрительности потерпевшего. Поэтому излишнее легковерие и малая осведомленность потерпевшего не могут служить оправданием лицу, которое корыстно этим воспользовалось. Примитивизм обманных действий, отсутствие должной и необходимой осмотрительности должностного лица при осуществлении хозяйственной деятельности в некоторых случаях являются основанием для его привлечения к ответственности за совершение служебной халатности (ст.428 УК). В то же время имеется состав кражи, а не мошенничества, когда волеизъявление на переход имущества потерпевшего отсутствует. Нет обмана при неправомерных действиях виновного с автоматизированными системами обработки данных, так как терминал и компьютер нельзя обмануть, поскольку технические устройства лишены психики.

Необходимо отметить, что в случае получения виновным лицом взятки якобы для передачи должностному лицу и дальнейшего ее присвоения такие противоправные действия квалифицируются как мошенничество, а при подстрекательстве — и как подстрекательство к даче взятки. При этом передавшее подобное вознаграждение лицо не может являться потерпевшим и претендовать на возврат имущества, учитывая противоправный характер его действий.

Д., Г. и П. в ходе судебного разбирательства были заявлены исковые требования к обвиняемой Ж. о возмещении ущерба, вызванного передачей этими лицами ей незаконного денежного вознаграждения, которым Ж. завладела путем обмана. Поскольку в ходе судебного следствия достоверно установлено, что передаваемые денежные средства и ценности указанными лицами расценивались и осознавались как незаконное вознаграждение, вручаемое Ж. в качестве взятки для дальнейшей передачи иным должностным лицам, то с учетом требований ст.170 Гражданского кодекса РБ в удовлетворении исков было отказано.

Следует разграничивать подстрекательство к даче взятки (когда мошенник говорит о дальнейшей передаче вознаграждения должностному лицу) и случаи мошенничества, когда виновный выдает себя за должностное лицо и требует дать ему взятку, обещая за это совершить либо не совершить какие-либо действия в интересах взяткодателя, используя свое мнимое служебное положение.

П. явился к Х. домой, представившись сотрудником милиции, и предложил передать ему 300 долл. США за освобождение из-под стражи его сына, на что Х. согласился и, надеясь, что сын будет освобожден, передал П. требуемую сумму денег.

В этих ситуациях умысел виновного направлен не на то, чтобы склонить лицо к даче взятки, а на получение от него путем обмана денег или других ценностей. В таких случаях содеянное может квалифицироваться как мошенничество и самовольное присвоение звания или власти должностного лица (ст.382 УК). Случаи получения должностным лицом материального вознаграждения якобы за совершение действий (бездействие) по службе, которые оно заведомо не может осуществить из-за отсутствия надлежащих полномочий, при наличии умысла на завладение вознаграждением квалифицируются как мошенничество, а не как получение взятки (ст.430 УК).

Для квалификации содеянного при ошибочной выдаче кассирами денежных сумм сверх должного, которые виновными лицами не возвращаются, необходимо установить момент, когда виновному лицу стало известно о произведенной ошибке и характере его последующих действий. В качестве мошенничества такие ситуации квалифицируются тогда, когда виновное лицо умышленно пользуется ошибкой лица, передающего имущество, т.е. в момент передачи имущества обнаруживает ошибку, но умалчивает об этом с целью завладения данными денежными средствами. Если же виновный получает деньги, а уже затем обнаруживает ошибку в выплатах, но умалчивает о ней и незаконно обращает денежные средства в свою пользу, то такие действия при соответствующих условиях влекут его ответственность по ст.215 «Присвоение найденного имущества» УК.

В действиях виновного наличествует изготовление, хранение либо сбыт поддельных денег или ценных бумаг (фальшивомонетничество) (ст.221 УК), а не мошенничество, когда изготавливаются или сбываются такие фальшивые денежные знаки, обнаружение подделки которых в обычных условиях реализации денег по замыслу виновного было бы затруднительным либо вовсе исключалось.

М. хранил с целью сбыта и сбыл денежную купюру достоинством 100 долл. США, изготовленную путем изменения номинальной стоимости с 20 долл. на 100 долл. с применением подчистки только числовых обозначений.

В этом случае действия виновного были направлены на обман потерпевшего, так как подделка не приобрела существенного сходства с подлинными денежными знаками. Когда преступник изготавливает подделку, которую в зависимости от степени сходства с оригиналом можно ввести в обращение только в некоторых ситуациях (плохое зрение потерпевшего, освещенность при осуществлении сделки, некомпетентность потерпевшего), и использует ее в расчете обмануть потерпевшего, данный факт свидетельствует о наличии в содеянном мошенничества.

Поступление на работу лица при помощи подложных документов не образует состава преступления «мошенничество» в связи с характером и направленностью умысла виновного, обусловленного желанием устроиться на работу, на которую без соответствующих документов он не может поступить.

Отметим, что необходимо отграничивать мошенничество от незаконной предпринимательской деятельности.

В кассационной жалобе В. на приговор суда указывается, что она занималась незаконной предпринимательской деятельностью без умысла мошенничества и в силу сложившихся обстоятельств не смогла рассчитаться с поставщиками продукции. Кассационной инстанцией приговор о признании В. виновной в совершении мошенничества был оставлен без изменения, так как В. незаконно приобрела документы одного из предприятий и, предоставляя их юридическим лицам, заполняя бланки доверенностей, расписываясь вместо директора, заключала договоры от имени предприятия, не имея возможности рассчитаться за поставленную продукцию, о чем знала заранее. В связи с этим правовая оценка ее действий как мошенничество является правильной.

С., уже не являясь директором унитарного предприятия, заключал от имени указанного предприятия договоры с различными организациями, не имея возможности рассчитаться за поставленную продукцию, о чем знал заранее, а полученное реализовывал как частное лицо за наличный расчет.

На практике имеют место и случаи совокупности преступлений: мошенничества и незаконной предпринимательской деятельности (ст.233 УК).

Г. признан виновным в осуществлении предпринимательской деятельности без государственной регистрации: приобретал у неустановленных лиц горюче-смазочные материалы, которые продавал на протяжении длительного периода времени по ценам ниже рыночных различным гражданам. По эпизоду в отношении потерпевшего Р. действия Г. квалифицированы как покушение на мошенничество, поскольку он намеревался реализовать потерпевшему вещество, схожее с бензином по цвету и запаху, являющееся, как было установлено экспертным заключением, побочным продуктом производства полиэтилена, под видом бензина АИ-98, от покупки которого Р. отказался.

В законе не раскрыто содержание понятия «обман» применительно к составу преступления «мошенничество». Обман — это прежде всего умышленное искажение действительного положения вещей в целях побудить потерпевшего передать имущество мошеннику. Когда же не установлен предумышленный характер искажения истины или сами сведения, которые сообщило лицо, не могут быть расценены как ложные, состав мошенничества отсутствует.

Х. представил ложные свидетельские показания от имени трех лиц для подтверждения стажа его работы, на основании чего ему была назначена пенсия. На свидетелей Х. сослался как на лиц, которые знали о его работе в прошлые годы. Свидетели впоследствии подтвердили эти обстоятельства в ходе производства по делу. В данном случае ввиду отсутствия обмана со стороны Х. его действия не могли быть расценены как мошенничество.

Мошеннический обман выражается в словесном обмане (в устной и письменной форме) и в обмане действием. В отношении физических лиц мошенничество характеризуется, как правило, обманом в устной форме и реже — в письменной.

Т. сообщил Г., что он якобы имеет возможность приобрести для нее автомашину в хорошем состоянии, и получил деньги. Под предлогом, что ему не хватило денег на покупку пианино, занял деньги и у Д., обещая вернуть в ближайшее время. Суд отметил в приговоре, что Т. заведомо шел на обман потерпевших, не имея в действительности намерения выполнять взятые обязательства.

Практика показывает, что мошенники прибегают к обманным действиям чаще всего в тех случаях, когда для достижения преступного результата не достаточно простого словесного обмана.

По одному из дел Р. арендовал зал для концерта, распространил билеты среди граждан и скрылся с полученными денежными средствами.

Обманные действия нередко свидетельствуют о хитрости, изощренности мошенников, избирающих преступные схемы с учетом индивидуальных особенностей и психологии потерпевших. Получение денег якобы взаймы, а на самом деле — с намерением не возвращать долг (обман в отношении действительных намерений виновного) также считается мошенничеством. При этом возврат части долга после обращения потерпевших в правоохранительные органы может свидетельствовать лишь о боязни ответственности за содеянное. В правоприменительной практике по данной категории уголовных дел вызывает трудности установление умысла преступника совершить преступление.

Оценивая действия Г. по одному из таких дел, суд учел, что об умысле Г. совершить мошенничество свидетельствуют его преднамеренные целенаправленные действия по введению потерпевшего в заблуждение (Г. заведомо знал, что не будет выполнять обязательства по возврату денег), а также умолчание о юридически значимых обстоятельствах, которые виновный обязан был сообщить, благодаря чему он завладел имуществом потерпевшего.

Р. под различными предлогами неоднократно брал взаймы у потерпевших деньги, которые, несмотря на многочисленные просьбы потерпевшего, не вернул. Вывод суда о наличии у Р. умысла на мошенничество был сделан на основании того, что, зная о наличии непогашенного займа, Р. брал следующий заем и тратил его на иные цели, чем указывал потерпевшим, также, располагая возможностью возврата денежных средств потерпевшим, не делал этого, а пытался приобрести квартиру, тратил деньги на ремонт квартиры, приобрел автомашину.

Анатолий Добродей, судья Минского областного суда, кандидат юридических наук

Материал подготовлен редакцией журнала «Юрист»

ПравоВед.by — Юридическая консультация, правовая помощь адвоката, юридические услуги, представительство в суде.

Популярные вопросы:

Смена должности

ЗНБМ по 328 ч.1

Снятие с учета нуждающихся в улучшения жилищных условий

Субсидия по 240 указу

Работодатель отказывает в увольнении

Заявление отказа от договора оказания услуг

Военная служба

Сирота с видом на жительство

Оплата за исполнение обязанностей по вакантной должност .

Пенсия многодетной гражданки РФ

Внимание! Каждый Ваш вопрос уникален и юридическая консультация дается только по нормативным правовым актам, которые действовали на момент написания конкретного вопроса! Не поленитесь задать свой уникальный юридический вопрос. Мы рады каждому обращению к нам за консультацией, но постарайтесь, задавая Ваш юридический вопрос, описать сложившуюся юридическую ситуацию как можно подробнее не опуская ни одной правовой детали.

Мошенничество; ст. 209 УК РБ

Я и мой брат граждане РФ.
Решили переехать в РБ, в сельскую местность с целью ведения подсобного хозяйства и разведения коз зааненской породы.
С этой целью прошлой осенью искали дом вместе с большим участком земли под пастбище.
Нашли такой дом. Под домом участок 0.18Га, а земля под пастбище площадью 0.5 Га оказалась в собственности у хозяина дома (выкуплена у государства).
По сколько мы с братом граждане РФ, то землю в РБ приобрести не можем.
Ситуация сложилась следующим образом.
Купили дом за 6 250 у.е. Эта сумма прописана в договоре купли-продажи. Земля под домом (0.18Га) у нас в аренде.
Участок 0.5 Га остался в собственности прежнего владельца дома, далее П., под заверения, что как только мы пропишемся он откажется от прав собственности на землю.
П. предложил следующую схему расчета за участок земли 0.5Га:
— мы с братом предоставляем ему в долг 12 000 у.е. на полгода;
— П. предоставляет нам документальное подтверждение займа;
— получаем виды на жительство, прописываемся;
— в оговоренный срок, не позднее 30.04.2012г, П. отказывается от участка 0.5Га, возвращает нам 12 000 у.е.;
— мы берем этот участок у сельсовета в аренду.
Доверяя П., мы предоставили ему 12 000 у.е. в долг путем пополнения его валютного счета в банке (есть приходный валютный ордер)
В настоящее время:
— П. так и не предоставил нам документальное подтверждение займа;
— П. не вернул нам 12 000 у.е.;
— П. не отказался от прав собственности на участок 0.5Га и в наглую предоставил его в пользование третьим лицам.
Сейчас идет посевная, а у нас с братом нет огорода и наши зааненские козы ютятся во внутреннем дворике.
Нам наших коз и пасти негде и зимой прокормить нечем будет.
Я считаю, что действия П. очень подходят под статью 209 пункт 3: Хищение денежных средств в особо крупных размерах путем злоупотребления доверием.
//////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////
Информация из районного суда по уголовным делам
Возбуждение уголовных дел частного обвинения
Уголовное дело частного обвинения возбуждается лицом, пострадавшим от преступления, либо его представителем, а также представителем юридического лица путем подачи в районный (городской) суд заявления о совершении в отношении его преступления, предусмотренного частями второй и третьей статьи 26 Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь.
Заявление должно содержать наименование суда, в который оно подается; изложение обстоятельств преступления, сведения о лице, его совершившем, и доказательства, подтверждающие виновность лица в совершении преступления; перечень лиц, подлежащих вызову в судебное заседание в качестве свидетелей; сведения о переводчике, эксперте, специалисте и иных лицах, которых заявитель считает необходимым вызвать в судебное заседание. Заявление представляется суду в копиях по числу лиц, в отношении которых возбуждается дело частного обвинения.
С момента принятия судом заявления лицо, подавшее его, является частным обвинителем, а лицо, в отношении которого подано заявление, – обвиняемым. Заявителю должны быть разъяснены его права, предусмотренные статьей 50 УПК Республики Беларусь, о чем составляется протокол, подписываемый судьей и лицом, подавшим заявление.
Суд, признав, что заявление не отвечает требованиям части второй статьи 426 УПК Республики Беларусь, возвращает его заявителю для приведения в соответствие с установленными требованиями уголовно-процессуального закона и устанавливает для этого срок до десяти суток. Повторное обращение с заявлением по тем же основаниям после пропуска указанного срока не допускается.
В случае, если обвиняемый является несовершеннолетним, суд своим постановлением направляет уголовное дело прокурору для организации производства предварительного следствия.
При необходимости получения объяснений, заключений специалистов и иных данных суд направляет заявление в орган дознания для проведения проверки, которая должна быть закончена в срок до десяти суток.
При наличии оснований для назначения судебного разбирательства уголовного дела суд в срок до десяти суток с момента поступления заявления или материалов проверки, если она проводилась, обязан вызвать обвиняемого, ознакомить его с уголовным делом, вручить копию заявления, разъяснить права обвиняемого в судебном заседании, предусмотренные статьей 43 УПК Республики Беларусь. В случае неявки в суд лица, в отношении которого подано заявление, копия заявления и уведомление с разъяснением прав обвиняемого, а также возможности примирения сторон высылаются ему по почте.
Суд обязан разъяснить сторонам возможность примирения. В случае поступления от них заявлений о примирении производство по уголовному делу судом прекращается на основании пункта 5 части первой статьи 29 УПК Республики Беларусь.
Если примирение между сторонами не достигнуто, судья назначает уголовное дело к разбирательству в судебном заседании в соответствии с правилами статьи 281 УПК Республики Беларусь.
////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////////
Вопросы:
— что посоветуете; какая тактика; что из УПК почитать, кроме указанного выше?
— Мне необходимо подготовить такое заявление в суд, чтобы оно отвечало требованиям части второй статьи 426
УПК Республики Беларусь. Т.е. чтобы заявление мне не вернули, а то через 10 суток:
«Повторное обращение с заявлением по тем же основаниям после пропуска указанного срока не допускается.
«

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
16 июля 1999 г. N 295-З
Статья 26. Уголовные дела публичного, частно-публичного и частного обвинения
3. Делами частного обвинения являются также дела о преступлениях, предусмотренных частью первой статьи 205, частью первой статьи 209 , частью первой статьи 211 и частью первой статьи 214 Уголовного кодекса Республики Беларусь, совершенных в отношении лица, пострадавшего от преступления, членами его семьи, близкими родственниками либо иными лицами, которых оно обоснованно считает близкими.
7. Дела о преступлениях, за исключением дел, указанных в частях второй — четвертой настоящей статьи, являются делами публичного обвинения.

УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
9 июля 1999 г. N 275-З
Глава 24
ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ
Примечания:
3. Значительным размером (ущербом в значительном размере) в статьях настоящей главы признается размер (ущерб) на сумму, в сорок и более раз превышающую размер базовой величины, установленный на день совершения преступления, крупным размером (ущербом в крупном размере) — в двести пятьдесят и более раз (примечание: 12.000 $ Х 8000 бел. руб./ 100 000 бел. руб (базовая величина) = 960 базовых величин) , особо крупным размером (ущербом в особо крупном размере) — в тысячу и более раз превышающую размер такой базовой величины.

Статья 209. Мошенничество
1. Завладение имуществом либо приобретение права на имущество путем обмана или злоупотребления доверием (мошенничество) —
наказываются общественными работами, или штрафом, или исправительными работами на срок до двух лет, или арестом на срок до шести месяцев, или ограничением свободы на срок до трех лет, или лишением свободы на тот же срок.
2. Мошенничество, совершенное повторно либо группой лиц, —
наказывается исправительными работами на срок до двух лет, или ограничением свободы на срок до четырех лет, или лишением свободы на тот же срок.
3. Мошенничество, совершенное в крупном размере, —
наказывается лишением свободы на срок от двух до семи лет с конфискацией имущества или без конфискации.
4. Мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере, —
наказывается лишением свободы на срок от трех до десяти лет с конфискацией имущества.

Таким образом мошенничество в крупном размере (часть 3 статьи 209 УК) является делом публичного обвинения .

Для возбуждения дела по данной части необходимо:

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
16 июля 1999 г. N 295-З
Статья 166. Поводы к возбуждению уголовного дела
Поводами к возбуждению уголовного дела являются:
1) заявления граждан;
2) явка с повинной;
3) сообщение должностных лиц государственных органов, иных организаций;
4) сообщение о преступлении в средствах массовой информации;
5) непосредственное обнаружение органом уголовного преследования сведений, указывающих на признаки преступления.
Статья 167. Основания к возбуждению уголовного дела
Основаниями к возбуждению уголовного дела являются:
1) наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления, при отсутствии обстоятельств, исключающих производство по уголовному делу;
2) исчезновение лица, если в течение десяти суток с момента подачи заявления оперативно-розыскными мероприятиями, проведенными в этот срок, установить местонахождение лица не представляется возможным
Статья 168. Заявления граждан
1. Заявления граждан о преступлении могут быть устными и письменными.
2. Письменное заявление должно быть подписано лицом, от которого оно исходит.
3. Устное заявление заносится в протокол, который подписывается заявителем и должностным лицом органа дознания, лицом, производящим дознание, следователем или прокурором, принявшими заявление. Протокол должен также содержать сведения о заявителе.
4. Заявитель предупреждается об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, о чем в заявлении или протоколе делается отметка, которая удостоверяется подписью заявителя.
5. Анонимные заявления не могут служить поводом к возбуждению уголовного дела.
6. В случае, когда имеются основания полагать, что заявителю, членам его семьи, близким родственникам и иным лицам, которых он обоснованно считает своими близкими, могут угрожать убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением имущества и применением других противоправных действий, в заявлении не указываются анкетные данные заявителя и не ставится его подпись.
Статья 172. Обязательность принятия и рассмотрения заявлений и сообщений о преступлении
1. Орган уголовного преследования обязан принять, зарегистрировать и рассмотреть заявление или сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении. Заявителю выдается документ о регистрации принятого заявления или сообщения о преступлении с указанием должностного лица, принявшего заявление или сообщение, и времени их регистрации.
2. Необоснованный отказ в приеме заявления или сообщения о преступлении может быть обжалован прокурору в порядке, установленном статьями 139, 141 и 143 настоящего Кодекса.
3. Заявление или сообщение о преступлении, поступившие в суд, за исключением поданных в соответствии с частью первой статьи 426 настоящего Кодекса, направляются прокурору, о чем должен быть уведомлен заявитель.
Статья 175. Возбуждение уголовного дела публичного обвинения
1. При наличии поводов и оснований, предусмотренных статьями 166 и 167 настоящего Кодекса, орган дознания, следователь, прокурор выносят постановление о возбуждении уголовного дела. Уголовное дело возбуждается по факту совершенного преступления либо в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления.
2. В постановлении указываются время и место его вынесения, кем оно составлено, повод и основание к возбуждению дела, статья уголовного закона, по признакам которой оно возбуждается, данные о лице, в отношении которого возбуждено уголовное дело, а также дальнейшее направление дела. Копия постановления о возбуждении уголовного дела в течение 24 часов направляется прокурору. О принятом решении сообщается заявителю.
3. В постановлении о возбуждении уголовного дела по факту исчезновения лица статья Уголовного кодекса не указывается.

Комментарии к ст 209 ук рб

§ 5. Мошенничество

Как известно, мошенничество – это преступление цивилизованное, появляющееся в ряду наказуемых действий только при значительном развитии экономического оборота. Имущественные обманы не известны обществу с традиционной (натурально-общинной формы хозяйствования) экономикой на ранней стадии его развития и остаются нетипичными для него даже на более поздних этапах его функционирования. Уголовно-правовые нормы об обманах в имущественной сфере – плод более развитого экономического состояния общества в сравнении с нормами о других имущественных преступлениях. Указанные посягательства появляются и получают распространение по мере развития договорных отношений, экономическую основу которых составляют глубокое общественное разделение труда, господство обмена и товарно-денежных отношений, развитие торговли и иных атрибутов товарного хозяйства. [1]

Действующий Уголовный кодекс определяет мошенничество (ст. 209 УК) как «завладение имуществом или приобретение права на имущество путем обмана или злоупотребления доверием».

Объект мошенничества – общественные отношения собственности.

Предметмошенничества составляет имущество и право на имущество.

Объективная сторона мошенничества выражается в двух формах: 1) хищении чужого имущества и 2) приобретении права на чужое имущество. Первая форма объективной стороны мошенничества служит охране права собственности, вторая – охране ограниченного вещного права. Мошенничество как форма хищения обладает всеми присущими ему признаками. Мошенничество же в форме приобретения права на имущество, полагаем, хищением не является.

Формы мошенничества необходимо отличать друг от друга. При мошенничестве-хищении преступник имеет намерение обратить имущество в свою или третьих лиц незаконную собственность. При приобретении права на имущество виновный не преследует такой цели, он незаконно получает ограниченное вещное право. Зачастую это выражается в оформлении различного рода документов, наделяющих правами известной триады. Приобретение права на имущество с целью последующего завладения этим имуществом следует расценивать как приготовление к хищению. По сравнению с хищением приобретение права на имущество обладает рядом специфических признаков: 1) речь идет не о праве собственности, а об ином вещном праве; 2) предметом преступления, как правило, является недвижимое имущество; 3) отсутствуют изъятие и обращение чужого имущества в собственность, а равно и такое намерение; 4) момент окончания перенесен на более раннюю стадию – стадию приготовления. Мошенничество в данной форме является усеченным составом преступления и признается оконченным в момент приобретения права на имущество. Мошенничество-хищение по конструкции является материальным составом преступления и признается оконченным, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность пользоваться или распоряжаться им по своему усмотрению.

Способами мошенничества являются обман и злоупотребление доверием.

Теорией уголовного права и правоприменительной практикой были выработаны характерные признаки мошеннического обмана. К ним в частности, можно отнести: а) заведомость, преднамеренность; б) предоставление ложной, несоответствующей действительности информации или умолчание об истинных фактах; в) ведение другого лица в заблуждение; г) наличие определенной цели – передачи имущества или права на него потерпевшим или иным лицом виновному.

1. Обман – умышленное деяние.

Обман как способ совершения мошенничества всегда предполагает наличие в действиях лица умышленной формы вины и представляет собой такую же умышленную, целенаправленную деятельность, как и само деяние. Совершая обман, мошенник действует умышленно, сознательно дезинформируя потерпевшего, стремясь внушить ему убеждение о необходимости вступить с ним в предлагаемую сделку или удовлетворить свои имущественные притязания. [2] В данном случае обман преследует определенную цель – склонить лицо к желаемому для виновного поведению, т.е. к передаче имущества. То есть, сообщая ложные сведения или же умалчивая о тех фактах, которые необходимо было сообщить, мошенник стремиться фальсифицировать, исказить представления другого лица о тех или иных обстоятельствах, внушить ему неправильные, не соответствующие действительности суждения об этих обстоятельствах.

Обман – это деяние, совершаемое лицом с прямым умыслом, для чего требуется, чтобы лицо, его совершающее осознавало общественную опасность своего действия или бездействия, предвидело их общественно-опасные последствия и желало их наступления. Если у лица отсутствует умысел на совершение обмана (например, своими действиями неосторожно вводит кого-либо в заблуждение), иначе говоря, если оно добросовестно заблуждается относительно каких-либо обстоятельств и вследствие этого вводит в заблуждение другое лицо, его действия не могут быть расценены как мошенничество. Так, если лицо продает кольцо желтого метала в полной убежденности в том, что оно золотое, продавец не может нести ответственность за мошенничество, т.к. он сам добросовестно заблуждается в свойствах предмета сделки.

2. Обман – это введение лица в заблуждение.

Мошеннический обман имеет своей целью введение потерпевшего в заблуждение, преступник стремится фальсифицировать его волю таким образом, чтобы мотивом для принятия решения о передаче имущества послужило определенное поведение виновного. Совершая мошенничество, виновное лицо воздействует на сознание и волю потерпевшего, при этом, вводя обманываемого в состояние заблуждения, истинная цель инициатора мошенничества скрывается от адресата, а афишируется иная цель (привлекательная для обманываемого). Следствие такого воздействия – введение лица в заблуждение или поддержание уже имеющегося заблуждения.

Заблуждение – это неправильное, извращенное отражение предметов, явлений в сознании человека, ложная мысль или совокупность мыслей, которые субъект принимает за истинные. Заблуждение по существу всегда основывается на неверности самих посылок, а потому его следует отличать от ошибки, которая представляет собой лишь нарушение формальной стороны мышления. Источник заблуждения коренится в природе самого человеческого разума, способного ставить вопросы, но не способного их разрешить в силу ограниченности своей природы. Поэтому мошенник, водя лицо в заблуждение, в первую очередь использует его зависимое, пассивное состояние.

По сути своей, вводя лицо в заблуждение, мошенник паразитирует на возможности человеческого разума иметь ложные представления о реальной действительности, развитии событий и причинной связи между явлениями. [3] Находясь в состоянии заблуждения, лицо, в отношении которого совершается обман, избирает ту или иную линию поведения не со знанием истинного положения дел (его действия инспирированы поведением виновного), [4] а руководствуясь ложными утверждениями виновного. Потерпевший передает имущество виновному на том основании, что он верит сведениям, которые сообщаются мошенником. Таким образом, заблуждение выступает связующим звеном между поведением виновного и действиями обманываемого, его представлениями и суждениями о соответствующих обстоятельствах.

Заблуждение является продолжением искажения определенных фактов виновным в сфере интеллектуальной и волевой деятельности обманываемого и выступает следствием поведением виновного лица. Путем обмана виновный стремится вызвать у потерпевшего ошибочные представления об окружающей действительности, поэтому не признается обманом акт поведения, который не связан с воздействием на сознание (психику) другого человека. [5] Соответственно мошеннический обман будет отсутствовать в случаях: проведения противоправных манипуляций при купле-продаже товаров с использованием автоматов; неправомерного внедрения в чужую информационную систему ложных программ, позволяющих завладевать имуществом; опускания в кассы-автомата вместо денег металлических или иных предметов и т.д.

Обманные действия при хищении путем мошенничества должны быть совершены не позднее момента перехода имущества в пользу виновного, в противном случае будет иметь место не мошенничество, а хищение путем кражи, присвоения или растраты. Это означает, что между обманом и заблуждением потерпевшего, определившим передачу имущества, должна существовать причинная связь. Так, согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21 декабря 2001 г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» получение имущества под условием выполнения какого-либо обязательства может быть квалифицировано как мошенничество лишь в том случае, когда виновный еще в момент завладения этим имуществом имел цель его присвоения и не намеревался выполнить принятое обязательство.

Таким образом, специфичность развития причинной связи при мошенничестве состоит в том, что в акте перехода имущества из владения потерпевшего к виновному непосредственное участие принимает сам потерпевший, действующий под влиянием заблуждения. При этом, в любом случае мошенничества должно быть установлено, что заблуждение имело место в результате предшествующего по времени обмана со стороны виновного. [6] Если же причина неадекватного восприятия потерпевшим соответствующей ситуации была вызвана его особым состоянием (болезни, алкогольного опьянения, малолетства и т.д.), чем пользуется похититель, то мошенничество будет отсутствовать. Поэтому при мошенничестве имущество преступнику должно передавать дееспособное лицо, чьи действия по распоряжению имуществом являются юридически значимыми. Если же путем обмана происходит завладение имуществом недееспособного или ограниченно дееспособного в силу возраста или психического расстройства лица, то поведение преступника образует кражу, а не мошенничество, поскольку воля таких лиц юридически ничтожна (такое лицо не в состоянии действовать разумно, определять действительность передаваемых ему сведений).

Мошенничество также будет отсутствовать в случае, когда лицо, выполняющее работу по трудовому соглашению (договору подряда), получает завышенное вознаграждение с ведома и согласия должностного лица, которое представляет эту организацию в сделке. [7] В данном случае должностное лицо (представитель собственника) не находится в состоянии заблуждения и его воля не сфальсифицирована. Нередко, потерпевший сам является «соучастником» совершенного против него преступления, например, осознавая то, что против него совершаются обманные действия, лицо сознательно участвует в проведении этой операции (вкладывает деньги в финансовую пирамиду), рассчитывая извлечь для себя выгоду от действий виновных. Однако в такой ситуации он не находится в состоянии заблуждения, поскольку полностью осознает возникшую ситуацию, и совершаемые действия с его участием (так, лицо вступает в игру «наперстки» полностью осознавая, что его хотят обмануть, рассчитывая, вместе с тем на то, что не он будет обманут, а ему удастся обмануть других).

Заблуждение является тем определяющим моментом, который позволяет отграничить мошенничество от многих имущественных преступлений, поскольку даже если лицо вследствие применяемого обмана «добровольно» передает имущество виновному, но полностью осознает противоправность совершаемых им действий, то имеет место не мошенничество, а иное корыстное посягательство на собственность.

Таким образом, мошеннический обман, обуславливающий передачу имущества самим потерпевшим выступает не только в качестве способа завладения имуществом, но и тем определяющим моментом, который позволяет отграничить мошенничество от некоторых других форм хищения, сопровождающихся обманом. Иначе говоря, обман может быть не только способом совершения мошенничества, но и средством завладения имуществом потерпевшего. Это очень важное обстоятельство не всегда учитывается в правоприменительной практике и уголовно-правовой науке. Покажем это на конкретных примерах.

Обман и иные ухищрения, направленные не на то, чтобы склонить потерпевшего к мнимой передаче имущества, а лишь на создание условий для последующего его изъятия (тайного или открытого), не могут составлять признаков мошенничества, будучи лишь способами, облегчающими хищение. [8] В частности, не содержит признаков мошенничества проникновение в квартиру потерпевшего под вымышленным предлогом (сотрудника ЖЭСа, газовых сетей, соцработника, с использованием удостоверения и т.д.) с тем, чтобы воспользовавшись оплошностью (заминкой) хозяина, в удобный момент незаметно завладеть его имуществом. Такие действия не являются необходимым способом совершения преступления, а выступают исключительно в виде приемов, используемых виновным лицом для облегчения доступа к чужому имуществу.

Так, две приличные с виду дамы позвонили в дверь квартиры 80-летней старушки и представились социальными работниками. Старушка обрадовалась визитерам, стала охотно отвечать на их вопросы. Между тем, пока одна отвлекала разговорами, другая обшаривала квартиру. После ухода собеседниц, хозяйка обнаружила, что пропало 600 долларов США. В другом случае, в 12 часов дня три незнакомки через домофон обратились по имени отчеству к 81-летнему старику. Женщины представились сотрудницами гуманитарной организации, раздающей одиноким пожилым людям подарки и путевки. Во время общения с пенсионером преступницы нашли его тайник и похитили 1632 доллара США и 2,4 миллиона рублей. Между тем, в указанных примерах имеет место не обман, а кража с проникновением в жилище.

Таким образом, рассматривая обман как средство завладения имуществом, мы должны иметь в виду, что такой обман будет отличаться от мошеннического по следующим характерным моментам: а) при разграничении мошеннического обмана от иных имущественных преступлений следует выяснить, состоялась ли передача имущества виновному потерпевшим, находящимся под воздействием обмана; б) передавая имущество, находилось ли лицо в состоянии заблуждения; в) при вручении вещи необходимо установить, произошла ли передача потерпевшим виновному определенных правомочий по владению, пользованию, распоряжению имуществом.

Обман может использоваться не только как средство для завладения имуществом, но и как средство для его удержания, что, вместе с тем, не меняет квалификацию такого рода действий и свидетельствует об отсутствии мошеннического обмана.

3. Обман – ложное искажение обстоятельств и сведений.

По своему содержанию обман представляет собой определенное информационное общение между людьми, в котором с одной стороны выступает лицо, сообщающее ложные сведения, факты, обстоятельства (обманывающий), а с другой – обманываемый, которому адресуются эти ложные сведения, факты или обстоятельства. Однако в доктрине уголовного права отсутствует единая точка зрения относительно предмета фальсификации (а точнее на что же направлен обман: на искажение истины, сведений, обстоятельств или фактов) и сущности обмана.

Ложные сведения, т.е. неправда, при обмане представляют собой такие сведения, которые не соответствуют действительному положению дел, искажают истину. Искажая истину при обмане, виновный извращает, фальсифицирует сведения (представления) о соответствующих обстоятельствах. Причем, вместо истинных, действительных сведений о тех или иных фактах лицо в полном или частичном объеме сообщает ложные, неправдивые сведения. В таких случаях виновный одновременно умалчивает о действительном положении дел, утаивает истинные сведения. [9] В этой части в юридической литературе сегодня отмечается, что обман по своему содержанию состоит в искажении фактов или умолчании о каких-либо жизненных обстоятельствах, знание о которых удержало бы потерпевшего от совершения акта поведения, значимого для обманщика. [10]

Тем не менее, искажение истины, фактов, событий или явлений – это еще не обман, обман состоит в искажении представления другого лица об этих фактах, событиях или явлениях. Поэтому, прибегая к обману, лицо стремится возбудить у другого именно ошибочное представление о существовании или об образе существования определенных фактов. Надо сказать, что в настоящее время, а судебная практика безоговорочно признает искажение будущих обстоятельств как обман в намерениях.

Так, К. обвинялся в том, что с апреля по июль 1999 г. под предлогом организации совместного производства завладел имуществом граждан в особо крупных размерах на общую сумму 3 925 496 руб. (с учетом деноминации). Суд Фрунзенского района г. Минска содеянное обвиняемым в отношении потерпевших М. и К-ой квалифицировал как мошенничество, поскольку обвиняемый в момент завладения деньгами этих потерпевших имел цель их присвоения и не намеревался возвращать, о чем свидетельствовали отсутствие у обвиняемого возможности возврата долга, сообщение потерпевшим ложных сведений по поводу введения их в состав учредителей возглавляемого обвиняемым ООО «Элси», сокрытие сведений о фактическом использовании полученных денежных средств. Наряду с этим суд обоснованно исключил из обвинения два эпизода получения К. денег от потерпевших М. и Г., вмененных ему как мошенничество, поскольку в судебном заседании было установлено, что действия обвиняемого по этим эпизодам не образуют состава преступления, так как являются гражданско-правовыми сделками. Из показаний этих потерпевших в судебном заседании установлено, что умысел К. при получении 6100 долларов США не был направлен на их присвоение, поскольку часть долга (5600 долларов) он вернул одному из потерпевших задолго до возбуждения уголовного дела, а срок возврата оставшегося долга на момент рассмотрения дела в суде еще не наступил.

От искажения фактов, событий, явлений и т.д. следует отличать ложные предположения, оценки. По утверждению А.Г.Безверхова, ложная оценка – это заведомо неверное суждение, мнение о факте. Ложное предположение не может признаваться обманом, поскольку не заключает в себе сообщения о каких-либо обстоятельствах, а имеет своим основанием субъективное суждение о тех или иных фактах (при ложной оценке никакие факты не утверждаются и не отрицаются, неверное толкование дается лишь каким-то жизненным обстоятельствам). [11] Так, личное суждение будет представлять утверждение о добротности товара, которое, однако, не сопровождается приписыванием товару определенных мнимых качеств.

Как нам представляется, ложная оценка или предположения не будут являться обманом лишь тогда, когда они не касаются фактической стороны дела, и имеет место лишь суждение не связанное с ложным состоянием или свойством предмета. Например, если лицо желает приобрести препарат для похудения и продавец, показывая товар, выражает свое мнение о том, что покупатель употребив этот препарат, похудеет за два месяца, однако этого не происходит – обман как таковой отсутствует, т.к. со стороны продавца нет искажения свойств товара, приписывания ему мнимых качеств. Поэтому если тот же продавец продавая препарат, говорит о том, что он содержит некий элемент, который способствует похудению, а его на самом деле нет, то это уже и есть мошеннический обман.

Обман в отношении личности

– сообщение ложных сведений о самом себе, о соучастнике преступления или о третьем лице (например, о факте существования того или иного лица);

– выдача себя за другое лицо при получении имущества, т.е. присвоение полномочий другого (например, получение обманным путем из кассы предприятия зарплаты за другое лицо; хищение вещей, сданных владельцем в гардероб по найденному или украденному жетону);

– получение материальных ценностей, товаров или вещей в кредит по подложным документам;

– получение пенсии на основании ложных сведений о трудовом стаже, возрасте, состоянии здоровья, квалификации и т.п.;

– сообщение ложных сведений об известных знакомых с целью понуждения во вступление в сделку;

– истребование различных платежей, осуществляемыми фиктивными контролирующими работниками или правоохранительными органами;

– присвоение звания или власти должностного лица (например, использование фирменного обмундирования работников милиции или прокуратуры с целью производства лжеобыска, при котором изымаются те или иные ценности).

Обман в отношении различных предметов

– сообщение ложных сведений о предмете сделки;

– продажа несуществующих предметов или продажа неотчуждаемого имущества;

– использование имитированной вещи, продаваемой преступником под видом дорогостоящей вещи (например, сбыт изготовленных «под золото» фальшивых монет дореволюционной чеканки);

– продажа вещей или прав, реально не принадлежащих виновному;

– предоставление меньшей суммы денег, чем установлено договором;

– предоставление контрагенту вместо обусловленной, неравноценной вещи (например, продажа изделия из цветного метала или стекла под видом изделия из благородного металла или драгоценного камня);

– подмена в момент продажи одного предмета другим (подмена купленного товара подложным);

– продажа фальсифицированного товара и получение платы, несоответствующей стоимости товара;

– продажа гражданам поддельных лотерейных билетов, на которые пал выигрыш;

– сбыт фальшивых денег и ценных бумаг, имеющих явные признаки подделки (например, сбыт под видом денег помещенных в газетах рисунков с изображением образцов денежных знаков, которые ввиду их грубой и примитивной подделки не могли попасть в обращение и рассчитаны были на обман отдельных граждан);

Обман относительно событий и действий

– противоправное получение страхового вознаграждения (страховой суммы) на основании ложного заявления о наступлении страхового случая;

– ложная ссылка на распоряжение уполномоченных лиц о передаче имущества;

– получение денег за работу (услугу) которая фактически не выполнялась (завышение объема выполненных работ);

– получение товара по поддельному или использованному чеку;

– ложные уверения относительно факта уплаты денег за товар;

– сообщение ложных утверждений о якобы понесенных расходах с целью незаконного получения соответствующей компенсации (возмещения);

– сокрытие факта отпадения оснований для получения каких-либо материальных благ, льгот (например, несообщение о смерти ребенка, на которого продолжает выплачиваться пособие);

– незаконное получение надбавки за выслугу лет путем подделки документов;

– обман в целительстве или лечении;

– применение шулерских приемов при игре в карты или другие азартные игры на деньги;

– обсчет потерпевшего при размене крупных купюр денег или при их покупке;

– незаконное получение пенсии по старости вместо полагавшейся пенсии по инвалидности (из-за разницы между полученной и полагавшейся пенсиями) незаконное получение пособия по безработице, увеличение его размера и т.д.

Обман в намерениях

– обманное получение денег под предлогом приобретения какой-либо вещи;

– дача ложных обещаний в содействии при приобретении вещей, оказании помощи, изменении судебного решения, покровительстве (оказание помощи в приобретении объектов дефицита, в экспонировании произведений искусства на якобы открывающейся выставке, обещание трудоустройства за рубежом) и т.д.;

– получение имущества или денег в долг с обещанием их возвратить (заключение договора займа без намерения отдать долг);

– обращение в собственность имущества, взятого по договору бытового проката без намерения вернуть имущество;

– обещание трудоустройства за границей с выгодными условиями оплаты;

– обещание выплаты высоких дивидендов за размещение денег;

– обманное получение кредита с целью его присвоения;

– заключение договора на выполнение работ (оказание услуг) и получение предоплаты без намерения их выполнять;

– выдача векселей, не обеспеченных соответствующими активами;

4. Обман – это действие, направленное на побуждение распоряжения имуществом.

Обман – это информационное, интеллектуальное воздействие одного человека на сознание и волю другого. Он всегда рассчитан на ответное поведение, т.е. обманывают, не только, чтобы ввести лицо в заблуждение, но и с тем, чтобы склонить обманываемого к определенному поведению.

В этой связи не следует «добровольность» рассматривать одним из ключевых признаков понимания мошеннического обмана. Данное обстоятельство объясняется тем, что в судебной практике имеют место случаи, когда виновный с целью противоправного, безвозмездного и т.д. изъятия чужого имущества вводит в заблуждение не самого потерпевшего, а иных лиц или органы власти (например, суд, регистраторов права собственности на недвижимое имущество), представляя сфальсифицированные документы. Так, в судебном заседании по гражданскому делу может выступать по поддельным документам (доверенности) подставное лицо, а не настоящий ответчик или его представитель. В такой ситуации, суд, оказываясь введенным в заблуждение, принимает решение об обращении имущества потерпевшего в пользу виновного, которое впоследствии исполняют судебные приставы. Лицо же, которому причиняется ущерб, вообще может и не знать о судебном процессе, вплоть до обращения взыскания на имущество и передает его, таким образом, виновному не под воздействием заблуждения, [12] и не по «доброй воле».

Мошеннический обман есть по сути своей противоправное посягательство на волю лица, он способствует искаженному формированию через сознание потерпевшего его поведения. Как мы уже отмечали, обман это информационное, интеллектуальное воздействие одного человека на сознание и волю другого. В этой связи необходимо различать волеизъявление как видимое выражение воли и действительную (внутреннюю волю человека). Лицо, находящееся под влиянием обмана, совершает действие (бездействие) вопреки своей действительной воле, т.к. его волеизъявление сформировалось под воздействием обстоятельств, искажающих истинную (внутреннюю) волю этого лица. Это означает, что сам потерпевший расценивает свои действия по передаче имущества как собственное свободное волеизъявление, не осознавая, что решение принимается под психическим воздействием со стороны виновного. Поэтому «добровольность» совершения какого-либо действия со стороны обманутого является только кажущейся, ибо обманутый действует на основе воли, подверженной воздействию обмана, [13] т.е. не действительной, а мнимой воли. Наличие в данном случае обмана не позволяет считать передачу (уступку) потерпевшим имущественного блага виновному или другим лицам совершенной на основе доброй (безупречной внутренней) воли. Будучи введенным в заблуждение, потерпевший действует в интересах обманщика или иных лиц из ложных оснований, не осознаваемых им. Другими словами, по утверждению А.Г.Безверхова, он совершает действия по передаче имущественных ценностей с пороком воли. [14]

При мошенничестве преступник применяет средства психологического воздействия с определенной целью – завладения чужим имуществом или приобретения права на имущество. В случае мошенничества обман не может сугубо сводиться только к сообщению заведомо ложных сведений или умолчании об истинных фактах, либо совершению иных умышленных действий, направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение, он непременно должен преследовать некую цель, и, как правило, эта цель связана с передачей имущества или права на него виновному или иным лицам. Сообщение же заведомо ложных сведений потерпевшему – это еще не завладение имуществом потерпевшего.

Существенным моментом в вопросе обсуждения мошенничества, является также обстоятельство, указывающее на то, что обман должен быть направлен на то, чтобы потерпевший не просто фактически передал имущество виновному, но и с передачей передал некие правомочия по имуществу. Вопрос об обязательности и выгодности распоряжения имуществом для собственника является ключевым.

Понятие обмана не может не иметь своих границ, особенно в свете действующей доктрины психологической оценки обмана. Склонение другого лица к определенному поведению становится возможным в силу того, что обман создает или укрепляет в сознании потерпевшего ошибку о наличии оснований для этого. Посредством обмана потерпевший соглашается совершить действие, ошибочно полагая, что на нем лежит обязанность или что совершение указанного обманщиком действия является выгодным для него. [15] Поэтому, разрешая различные ситуации, следует не только учитывать положения об обязательности или выгодности передачи имущества, но и иметь в виду то, что передавая это имущество, лицо рассчитывает на ответное поведение его просящего (или ожидает от него совершения значимого действия). Следовательно, если лицо передает вещь, не уповая на ответное поведение обманщика (или на нем не лежит обязанности передачи имущества), то и состав мошенничества будет отсутствовать.

Активный обман. Обман в форме активного поведения характеризуется преднамеренным введением в заблуждение собственника или иного владельца имущества посредством сообщения заведомо ложных сведений, предоставлением подложных документов или совершением иных действий, создающих у лица ошибочное представление об основаниях перехода имущества во владение виновного и порождающих у них иллюзию законности передачи этого имущества. [16] Обманом признаются любые действия, направленные на завладение имуществом, независимо от форм, которые он принимает. Хотя в зарубежном уголовном данное обстоятельство иногда имеет решающее значение и способу деятельности виновного придается немаловажное значение.

Условно, обман в форме совершения активных действий можно подразделить на словесный (вербальный) обман и обман действием. Словесный обман характеризуется тем, что виновный сообщает ложные сведения, искажает обстоятельства дела посредством словоговорения. Здесь в основе обмана лежит человеческая речь, которая является самым распространенным и универсальным средством взаимовлияния людей друг на друга в процессе общения. [17] Словесный обман может быть совершен в устной или письменной форме, в форме утверждения или отрицания определенных обстоятельств.

Зачастую при совершении фиктивных сделок мошенники используют поддельные документы, удостоверяющие личность, различного рода правоустанавливающие документы, а также документы, сопровождающие сделку. Обман действием выражается в совершении различных телодвижений, поступках, действий, жестах обманывающего на основе которых можно сделать заключение об утверждении или отрицании тех или иных фактов (обстоятельств). Обманные действия (шулерство, знахарство, гадание, условные знаки) применяются для введения в заблуждение потерпевшего и получения таким путем имущества. [18] Обманные действия могут совершаться как самостоятельно, так и тогда, когда для достижения преступного результата словесного обмана недостаточно.

Пассивный обман. Итак, мошенничество может быть совершено в активной или пассивной формах. Причем, под последней обычно понимают умолчание об истине. Такое положение вещей признается как теорией уголовного права, так и судебной практикой.

Большинство криминалистов рассматривают пассивную форму обмана именно как умолчание об истине. Правда, одни из них полагают, что такой обман заключается в невыполнении вытекающей из правовых или моральных норм обязанности сообщить о действительных обстоятельствах дела, [19] другие же, напротив стоят на позиции, согласно которой обязанность говорить правду может быть только юридической и должна вытекать либо из закона, либо из договора. [20] Таким образом, можно сказать, что виновный для достижения преступной цели использует неосведомленность, неопытность, заблуждение потерпевшего, умалчивает об обстоятельствах, сообщение о которых было обязательным, в результате чего лицо в момент передачи имущества заблуждается относительно наличия законных оснований для передачи этого имущества. Типичными примерами такого обмана являются следующие действия: гражданин, получающий пособие на ребенка, умалчивает о смерти этого ребенка и продолжает незаконно получать денежные средства; родственники умершего лица продолжают получать за него пенсию и не сообщают о факте смерти пенсионера в органы социального обеспечения и т.д.

Так, гр-ка Ш. обвинялась в совершении хищения, за то, что получая в кассе завода денежные средства, она сознательно воспользовалась ошибкой кассира и вместо причитавшихся 36000 рублей получила 360000 рублей. В другом случае, К., выходя из ресторана, предъявил свой номерок в гардероб. Гардеробщица же, перепутав номерки, подала К. не его куртку, а дубленку иного лица. К. не пожелал сообщить об ошибке и завладел дубленкой, однако по данному факту уголовного дела возбуждено не было.

Рассматривая подобные случаи (а по нашему мнению не один из них не содержит признаков уголовно-противоправного деяния в форме пассивного обмана), необходимо, прежде всего, иметь в виду, что бездействие при обмане может иметь разноплановое значение и выражаться в различных формах: а) заведомое умолчание виновным об обстоятельствах, незнание которых привело к возникновению заблуждения у потерпевшего относительно правомерности передачи имущества виновному лицу; б) сознательное использование чужого заблуждения, в результате которого виновный получил имущество от ошибавшегося потерпевшего.

Если лицо завладевает чужим имуществом, сознательно воспользовавшись ошибкой другого, возникновению которой оно не способствовало – мошенничество отсутствует, т.к. главным образом умысел виновного направлен не на получение имущества, а на его удержание. Умолчание об истине может признаваться преступным лишь в случае, когда сами стороны условились придавать факту молчания определенное утверждение, т.е. умолчание здесь равносильно словесному утверждению либо отрицанию какого-либо значения или факта. В принципе, в данном случае «умолчание» перестает быть пассивной формой мошеннического обмана, и речь можно вести о конклюдентных действиях, действиях человека, на основании которых бесспорно можно сделать заключение об утверждении или отрицании им фактов. Эти действия, таким образом, либо заменяют слова, либо же подкрепляют их.

В самом общем виде суть злоупотребления доверием состоит в противозаконном умышленном причинении имущественного ущерба собственнику лицом, которое обязано было оградить данные имущественные интересы от притязаний иных лиц и заботиться о них. Ущерб здесь причиняется посредством таких распоряжений чужим имуществом, которые входили в сферу обязанностей виновного, но по содержанию своему составляли измену лежавшему на нем долгу. [21]

В юридической литературе сложилось несколько точек зрения на такое понятие как «злоупотребление доверием» в составе мошенничества: 1) злоупотребление доверием как способ мошенничества представляет собой использование виновным для незаконного получения чужого имущества особых доверительных отношений, сложившихся в силу наличия каких либо обстоятельств между преступником и потерпевшим; [22] 2) злоупотребление доверием является особой разновидностью обмана – обмана в доверии. [23]

Однако, в сущности, злоупотребление доверием характеризуется тем, что виновный не совершает тех действий, которые способны ввести в заблуждение потерпевшего и заставить его передать имущество, как это происходит при обмане. Как раз таки, при злоупотреблении доверием потерпевший не заблуждается, поскольку ему не сообщают ложных сведений, связанных с передачей имущества и не скрывают эти сведения. Злоупотребление доверием заключается в том, что виновный использует для получения имущества определенные отношения, основанные на доверии сторон или пользуется тем, что имущество передается ему потерпевшим без соответствующих предосторожностей и оформления (а преступник, воспользовавшись этим, присваивает переданное имущество).

Пожалуй, типичными примерами таких действий будут являться ситуации, когда преступник в корыстных целях злоупотребляет бланковой подписью (использует незаполненный бланк для завладения имуществом); должностное лицо передает своему знакомому, другу или родственнику на временное хранение вверенные ему, например, государством средства, которые в дальнейшем присваиваются этими лицами и т.д. То есть доверие одновременно выступает на стороне лица в виде обязанности – обязанности использовать доверенное имущество в соответствии с его целевым назначением и в пределах, установленных собственником или иным владельцем имущества.

П. был признан виновным в мошенничестве путем злоупотребления доверием по ч. 2 ст. 209 УК. В кассационной жалобе обвиняемый не оспаривал свою невиновность в совершении хищения, но указывал, что умысла на завладение мобильным телефоном не имел, а решил его продать впоследствии, после завладения имуществом, и просил суд переквалифицировать его действия на кражу (ч. 2 ст. 205 УК). Судебная коллегия по уголовным делам Гродненского областного суда в определении указала, что сам обвиняемый признал, что взял у сестры для прослушивания музыки мобильный телефон, который впоследствии продал, т.к. нуждался в деньгах. Поскольку обвиняемый завладел телефоном у сестры путем злоупотребления доверием (телефон был передан добровольно самой собственницей), продал его спустя непродолжительное время, то вывод суда о наличии у него умысла на завладение имуществом в момент передачи, обоснован, и действия П. судом первой инстанции правильно квалифицированы как мошенничество (ч. 2 ст. 209 УК).

Таким образом, злоупотребление доверием – единый, спонтанно развивающийся процесс передачи потерпевшим имущества и завладения им виновным путем использования сложившихся доверительных отношений с потерпевшим. При этом взаимодействие потерпевшего и преступника охватывает два этапа: на первом – происходит передача потерпевшим имущества и правомочий по его использованию преступнику (акт виктимного поведения); на втором – обращение преступником этого имущества в свою незаконную собственность (акт криминального поведения).

В этом контексте злоупотребление доверием как имущественное преступление и как одна из форм хищения имеет в своей основе нарушение виновным юридических и фактических отношений.

1. Юридическое основание отношений доверия составляют правомочия по имуществу, вытекающие из закона, договора или служебного положения. В юридической литературе обычно эти отношения доверия, вытекающие из юридических оснований, рассматривают в виде отношений, в которых доверитель предоставляет поверенному определенные права и возлагает определенные обязанности, а поверенный принимает предоставленные ему права и возложенные на него обязанности. [24] В некоторых случаях отношения доверия могут возникать из служебного положения должностного лица (например, у лица возникает обязанность по охране какого-либо имущественного интереса на основании распоряжения вышестоящего должностного лица).

2. Фактическое основание отношений доверия (заботы) составляют родственные, семейные, дружеские, соседские отношения, знакомство и т.д. В основании таких отношений доверия могут лежать любые фактические обстоятельства: знакомство потерпевшего с виновным, конкретная внешняя обстановка, особая доверчивость потерпевшего и т.п. Злоупотребление доверием может иметь место и в том случае, если отношения между субъектами хозяйствования не оформлены надлежащим образом, или же в случае сознательного уклонения от выполнения имущественных обязательств с обращением в свою пользу доверенного лицу чужого имущества.

Злоупотребление доверием – это умышленное использование лицом отношений доверия, а равно предоставленных ему прав и возможностей во вред собственнику имущества. В основе злоупотребления доверием лежит нарушение особых обязанностей по отношению к потерпевшему, принятых на себя виновным или возложенных на него в установленном порядке.

Злоупотребление доверием необходимо отличать от хищения путем злоупотребления служебными (должностными) полномочиями, где виновное должностное лицо также злоупотребляет доверием, но использует для противоправного завладения чужим имуществом имеющиеся полномочия. Как нам представляется, различие этих способов совершения хищения состоит в том, что при хищении путем злоупотребления служебными полномочиями должностное лицо с целью завладения имуществом использует исключительно предоставленные ему полномочия по службе; при злоупотреблении доверием должностное лицо может злоупотребить и своим положением, но главное, оно использует для похищения лишь доверие, основанное на фактических отношениях данного должностного лица с другими должностными и недолжностными лицами, передающими без должного оформления имущество виновному, не злоупотребляя при этом своими полномочиями.

Так, К. передал на сохранение найденные им на улице 12 000 долларов США своему приятелю Г., т.к. опасался, что у него дома их могут украсть часто заходящие к нему друзья. Г. же передал эти денежные средства как работнику органов внутренних дел – М., который являлся майором милиции. М. же, присвоил эти деньги (удержал у себя), отказался возвращать их Г. и растратил на свои нужды.

Точно по такому же принципу необходимо отграничивать злоупотребление доверием от присвоения или растраты, где имущество передается виновному неофициально, на основе личного доверия, без предоставления каких-либо полномочий в отношении переданного имущества (в отличие от присвоения или растраты). Дело в том, что присвоение (растрата) всегда содержит в себе элемент злоупотребления доверием, поскольку собственник, передавая (вверяя) определенное имущество лицу и наделяя его некими полномочиями по этому имуществу, непременно доверяет ему. Однако же не злоупотребление доверием позволяет виновному завладеть имуществом, а использование им предоставленных собственником полномочий. Именно эту особенность необходимо учитывать при разграничении присвоения (растраты) и злоупотребления доверием. [25] Например, если имущество было передано виновному для определенных целей (ремонта, перевозки, на хранение) без обмана с его стороны, то присвоение этого имущества виновным должно рассматриваться именно как злоупотребление доверием, а не присвоение или растрата.

Фактически можно сказать, что злоупотребление доверием – это самостоятельный способ совершения хищения, характерными особенностями которого являются: а) умышленное использование лицом отношений доверия (основанное на юридических и фактических отношениях), а равно предоставленных ему прав и возможностей во вред собственнику имущества; б) выполнение обязанностей по определенному поручению (например, лицо осуществляет трудовую функцию), в отсутствии полномочий в отношении переданного (вверенного) ему имущества; в) нарушение особых обязанностей по отношению к потерпевшему, принятых на себя виновным или возложенных на него в установленном порядке, вследствие чего происходит противоправное, безвозмездное завладение чужим имуществом.

Объективная сторона мошенничества, помимо общественно опасного деяния и способа, характеризуется общественно опасным последствием и причинно-следственной связью.

Субъективная сторонамошенничества выражается в прямом умысле и корыстной цели.

Довольно часто на практике возникают ситуации, связанные с отграничением мошенничества от неисполнения гражданско-правовых обязательств. Полагаем, что в случае невозврата в установленный срок имущества (вещи, денег, ценных бумаг) правовой оценке подлежат следующие обстоятельства: а) если должник отказывается возвратить полученное имущество (передать вещь, деньги и т.п.) ссылаясь на отсутствие данного факта вообще, то мы имеем дело с противоправным посягательством на само имущество, наказываемым в уголовно-правовом порядке; б) если должник отказывается возвратить полученное имущество (передать вещь, деньги и т.п.), не отрицая самого факта его наличия, ссылаясь на невозможность исполнения в данный момент взятого обязательства, то мы имеем дело с гражданско-правовыми отношениями, поскольку посягательства на само имущество не происходит.

Иными словами разграничение уголовно-наказуемого преступления от гражданско-правового деликта следует проводить не потому, как оформлены заключенные между сторонами договоры, а потому, что стало результатом этой договорной деятельности. Если действительно, обе стороны получают доходы от обоюдной деятельности и остаются при этом собственниками своего имущества (либо какая-то сторона несет убытки, но не теряет права собственности на имущество), то суть этих отношений лежит в плоскости цивильного права. Однако, если же одна сторона, принимая на себя обязательства, не имеет никаких реальных возможностей и желания их исполнять (предварительно получив имущество от контрагента, который в свою очередь теряет право собственности на переданное имущество), в данном случае речь может идти лишь о хищении [26] (мошенничестве, присвоении или растрате).

Особую трудность в данном вопросе представляет процесс выявления адекватных знаний о субъективной стороне преступления, установлении прямого умысла на совершение хищения, единообразного понимания доказательственного значения по собранным материалам. Очевидно, что распознать фиктивность, противоправность сделки, наличия умысла на совершение хищения денежных средств или иного имущества легче тогда, когда сделка заключалась от имени несуществующей фирмы, вымышленного лица и т.п. Однако совершенно иная ситуация складывается по проверке информации о преступлении и его расследованию, когда ответственность за причиненный ущерб виновная сторона пытается представить как результат неудачной финансово-хозяйственной деятельности, как следствие коммерческого риска, недобросовестности партнеров.

В п. 12 постановления от 21 декабря 2001г. № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» предлагается примерный перечень ситуаций, которые могут свидетельствовать (в совокупности с другими обстоятельствами) о заранее обдуманном умысле на завладение имуществом: крайне неблагополучное финансовое положение лица, принимающего обязательство, к моменту заключения договора; экономическая необоснованность и нереальность принимаемых обязательств; отсутствие прибыльной деятельности, направленной на получение средств для выполнения обязательств; выплата дохода первым вкладчикам из денег, вносимых последующими вкладчиками; предъявление при заключении договора подложных документов; заключение сделки от имени несуществующего юридического лица или зарегистрированного на подставных лиц и т.п.

Для того чтобы установить прямой умысел лица на совершение мошенничества, анализу должна подвергаться деятельность этого лица и его поведение до момента заключения договора, в период его заключения и после. Таким образом, суть разграничения преступного обмана от неисполнения гражданско-правовых обязательств можно свести к необходимости установления отношения лица к факту передачи ему имущества и наличием у него возможности реального исполнения обязательств по сделке.

Субъектоммошенничества является физическое вменяемое лицо, достигшее 16 лет.

Мошенничество следует разграничивать с фальшивомонетничеством (ст. 186 УК). Уголовная ответственность за изготовление или сбыт поддельных денег или ценных бумаг наступает, если подделываются денежные знаки и ценные бумаги, находящиеся в обращении и являющиеся законным платежным средством. Если же подделываются денежные знаки, не находящиеся в обращении и не подлежащие обязательному обмену (например, монеты старинной царской чеканки), содеянное квалифицируется как мошенничество. Уровень подделки денег или ценных бумаг применительно к ст. 186 УК должен быть достаточно высоким, в результате чего они определенное время могут находиться в обращении. Сбыт грубо подделанных денежных знаков образует мошенничество. В этом случае подделка легко распознаваема. Сбыт таких поддельных денег удается в силу индивидуальных особенностей потерпевшего (например, плохое зрение), создавшейся особой обстановки (темное время суток, спешка, скопление народа) и т.д.

Возникают также ситуации, требующие отграничения мошенничества от взяточничества. Мошенничеством является мнимое посредничество во взяточничестве. Если лицо получает от взяткодателя деньги или иные ценности якобы для передачи должностному лицу в качестве взятки и, не намереваясь этого сделать, присваивает их, содеянное квалифицируется как мошенничество. Когда же в целях завладения ценностями мошенник склоняет другое лицо к даче взятки, то действия виновного помимо мошенничества дополнительно квалифицируются как подстрекательство к даче взятки.

Теорией отечественного уголовного права при разграничении обмана потребителей (ст. 257 УК) и мошенничества (ст. 209 УК) выработаны правила, которые в буквальном смысле сводятся к следующему: а) в случае, когда обман совершен не специальным субъектом преступления, предусмотренного ст. 257 УК, а частным лицом, действующим с целью завладения имуществом потерпевшего или правом на него, то необходимо вести речь о мошенничестве (например, продажа потерпевшему кольца из сплава, под видом ювелирного изделия); б) покупателем, заказчиком, потребителем являются только физические лица, поэтому юридические лица и индивидуальные предприниматели, будучи обманутыми, не могут быть потерпевшими по ст. 257 УК, такого рода действия в отношении их необходимо квалифицировать как мошенничество; в) обман покупателей и заказчиков имеет место при наличии гражданско-правовых отношений между лицом и потребителем (покупателем, заказчиком) относительно выполнения работ, оказания услуг, реализации товаров, поэтому в случае, когда лицо заключало сделку без намерения создания правовых последствий, которые обуславливались соглашением, и получило имущество под условием выполнения какого-либо обязательства, которое в действительности не намеревалось выполнять, а намеревалось его присвоить, содеянное следует рассматривать как мошенничество. [27]

[1] См.: Безверхов, А. Развитие понятия мошенничества в отечественном праве / А.Безверхов // Уголовное право. – 2001. – № 4. – С. 9.

[2] Владимиров В.А. Квалификация похищений личного имущества. – М., 1974. – С. 104.