Обеспечение исполнения обязательства удержание

Обеспечение исполнения обязательства удержание

Действующее гражданское законодательство, закрепляет удержание как способ обеспечения исполнения обязательств, состоящий в праве кредитора удерживать оказавшуюся у него вещь должника до погашения долга под угрозой удовлетворения требований за счет стоимости удерживаемого имущества.

Таким образом, удержание оказывает двоякое влияние на правоотношения сторон по обеспеченному обязательству. Во-первых, в качестве меры оперативного воздействия удержание вещи до момента надлежащего исполнения оказывает стимулирующее воздействие на контрагента-должника, поскольку ограничивает его в пользовании собственным имуществом. Этот компонент права удержания может в принципе обеспечивать исполнение любого обязательства, особенно в отношениях между предпринимателями. Во-вторых, главное обеспечительное свойство удержания обусловливается возможностью удовлетворения требования из состава имущества должника.

Статьей 359 ГК РФ предусматриваются два вида удержания — общегражданское, используемое для обеспечения исполнения обязательств, субъектами которых являются все участники гражданского правоотношения, в том числе и лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью (абз.1 п.1), и предпринимательское (в литературе именуется также торговым [1] ), применяемое для обеспечения исполнения обязательств, обе стороны которых действуют как предприниматели (абз.2 п.1).

Общегражданским удержанием обеспечиваются только требования, имеющие денежный характер. В роли кредитора по общегражданскому удержанию, правомерно удерживающего вещь должника, могут выступать: хранитель по договору хранения, если поклажедатель уклоняется от оплаты услуг по хранению; перевозчик по договору перевозки, не выдающий груз получателю до полного расчета за перевозку; подрядчик, не передающий заказчику созданную вещь до оплаты выполненной работы, и т.д.

Предпринимательское удержание в качестве основания возникновения имеет неисполнение должником требований, не обязательно связанных с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникших из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

Приведем показательный пример из практики: «Общество с ограниченной ответственностью обратилось в арбитражный суд с иском к акционерному обществу о возврате имущества из чужого незаконного владения.

Как следовало из материалов дела, между сторонами был заключен договор аренды, во исполнение которого ответчик (арендодатель) передал истцу в аренду нежилое помещение (цех вентиляции и пневмотранспорта) сроком на пять лет. В данном помещении арендатор разместил оборудование, принадлежащее ему на праве собственности.

По окончании срока аренды истец не освободил помещение от своего оборудования, чем нарушил требование статьи 622 ГК РФ, согласно которому при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил.

Впоследствии истец попытался вывезти свое имущество, однако ответчик чинил препятствия и удерживал оборудование.

В письме, направленном истцу, ответчик указал, что удерживает принадлежащее истцу имущество на основании пункта 1 статьи 359 ГК РФ в связи с неисполнением последним обязательства по внесению арендной платы в полном объеме и после погашения долга истцом вернет его имущество.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении искового требования отказано со ссылкой на пункт 1 статьи 359 Кодекса, согласно которому право на удержание вещи имеет любая сторона по договору, если она вправе требовать платежа или совершения иных действий, связанных с данной вещью.

В апелляционной жалобе истец просил решение отменить и иск удовлетворить, так как у него нет перед ответчиком никаких обязательств, связанных со спорным оборудованием. Кроме того, это оборудование не передавалось арендодателю, а использовалось самим арендатором в период аренды помещения.

Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменения по следующим основаниям.

Доводы истца о неправомерности удержания его оборудования в связи с отсутствием у него каких-либо обязательств перед ответчиком по поводу этого оборудования несостоятельны, поскольку в силу абзаца второго пункта 1 статьи 359 ГК РФ в отношениях между предпринимателями удержанием вещи могут обеспечиваться также обязательства, не связанные с оплатой данной вещи или возмещением издержек на нее» (п.14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 января 2002 г. N 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой») [2] .

Независимо от вида права удержания суть удержания одна и состоит в том, что кредитор (ретентор), у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено. Требования кредитора, удерживающего вещь, удовлетворяются из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренных для удовлетворения требований, обеспеченных залогом (ст.360 ГК РФ).

Удержание, подобно залогу, обладает определенными признаками вещных правоотношений. Это, в частности, «следование за вещью». Соответственно лежащее на вещи обременение в виде удержания сохраняет свою силу также в случаях, когда удерживаемая кредитором вещь приобретается третьим лицом (п.2 ст.359 ГК).

Обратимся к определению объекта удержания.

Статья 359 ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня объектов удержания, равно как и его определения, закрепляя, что использование удержания возможно лишь в отношении вещей, а не иного имущества и других объектов гражданского права, названных в ст. 128 ГК РФ. При этом по смыслу ст.359 ГК РФ речь идет о любой не изъятой из оборота вещи. То есть, объектом отношений права удержания являются вещь как движимая, так и недвижимая, которая была передана кредитору, являющаяся в то же время объектом основного обязательства.

Казалось бы простая легальная формулировка не вызывает вопросов, однако при ближайшем рассмотрении выясняется, что определение допустимых объектов удержания вызывает многочисленные теоретические дискуссии, а также ошибки на практике.

Большинство исследователей сходятся во мнении, что «вещь» по смыслу ст.359 ГК РФ трактуется не расширительно, а исключительно как материальный объект.

Таким образом, не могут быть предметом права удержания имущественные права, работы, услуги, результаты интеллектуальной деятельности, информация, нематериальные блага [3] . Приведем показательный пример: «по авторскому договору на создание и передачу литературного произведения предусматривалось, что автор будет передавать в издательство заказанную ему книгу по главам. Издательство приняло на себя обязательство производить выплату авторского вознаграждения частями после передачи рукописи каждой главы. В нарушение договора издательство не произвело оплату после вручения автором рукописи очередной главы. Автор, посчитав свои права нарушенными, отказался передавать следующую главу, сославшись на свое право удержания в отношении рукописи указанной главы книги. В данном случае применение автором права удержания в отношении рукописи нельзя признать правильным, ибо предметом авторского договора является не материальный объект (вещь), а «благо нематериальное, хотя и связанное с определенным материальным носителем». Сама по себе рукопись как совокупность листов писчей бумаги не представляет серьезной ценности и не является к тому же собственностью издательства. Ценность же рукописи заключается в определенном интеллектуальном результате» [4] .

Несмотря на определение объекта удержания как вещи, материального объекта, дискуссионными остаются вопросы об отнесении к числу объектов удержания – денег, ценных бумаг, недвижимого имущества.

Рассмотрим подробным образом каждый из вопросов.

Первый дискуссионный вопрос – включение в число объектов удержания денег. Сторонники такого включения (О.Н. Садиков [5] и др.) в подтверждение своей точки зрения отмечают, что «в частности, п.5 ст.875 ГК РФ предусматривает право банка или иного кредитного учреждения в случае исполнения инкассового поручения удержать из инкассированных сумм уплату своего вознаграждения, а также понесенные расходы».

Сторонники противоположной точки зрения считают, что «удержание» как способ обеспечения исполнения обязательств в силу ст.359 ГК РФ может применяться только к материальным объектам, но не к деньгам [6] .

Учитывая сказанное, отдельные исследователи предлагают внести изменения в ст.359 ГК РФ. Так, Южанин Н.В., Рыбаков В.А. отмечают, что если учесть, что большинство всех расчетов осуществляется в безналичной форме, применять удержание, например, денежных средств, находящихся на счете в кредитном учреждении, было бы весьма эффективно. Поэтому необходимо расширить предмет удержания на законодательном уровне. Удержание должно быть максимально эффективным средством, активно используемым на практике. Определение законодателем предмета удержания только как «вещи» сужает область применения данного способа обеспечения исполнения обязательств до упрощенного гражданского оборота, когда передаются по обязательству только материальные предметы (например, ящики с товаром по договору хранения, автомобиль для выполнения технических услуг). Так выходит, что удержание — это простейшее средство защиты своих прав в рамках большей части «элементарных» договорных обязательств. Существует явная потребность расширения предмета удержания как способа обеспечения исполнения обязательств до категории «имущество» [7] .

При всей видимой эффективности данного предложения, позволим себе с ним не согласиться. При встречных денежных требованиях удержание как способ обеспечения обязательств использовано быть не может. На основании ГК РФ (ст.410-412) стороной может быть произведен зачет, касается это правило и п.5. ст.875 ГК РФ о банковском удержании.

Подобный вывод основан на том, что право удержания применяется в отношении вещей, находящихся в собственности (хозяйственном ведении, оперативном управлении) другого лица. Право же собственности и иное вещное право может распространяться лишь на индивидуально-определенные вещи. При возникновении обязанности по возврату денег или иных вещей, определяемых родовыми признаками, можно вести речь о зачете встречного требования, но не об удержании имущества. К подобному выводу можно прийти также при буквальном толковании положений ст. 997 ГК РФ, которая позволяет комиссионеру удерживать причитающиеся ему по договору комиссии суммы из всех сумм, поступивших к нему за счет комитента, именно путем зачета встречного однородного требования. Этот вывод подтверждается и позицией ВАС РФ относительно правомерности прекращения обязательства комитента перед комиссионером зачетом встречного однородного требования (п. 16 Обзора практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований, от 29 декабря 2001 г. N 65). На наш взгляд, именно зачет имеет место и в случае, предусмотренном п. 5 ст. 875 ГК о праве банка, исполнившего инкассовое поручение, удержать из инкассированных сумм причитающиеся ему суммы.

Таким образом, из круга предметов права удержания необходимо исключить также вещи, определяемые родовыми признаками, в том числе деньги в силу их заменяемости.

Второй дискуссионный вопрос – включение в число объектов удержания ценных бумаг.

Отдельные исследователи тактично обходят стороной вопрос включения ценных бумаг в число объектов удержания, другие исследователи не аргументировано исключает их из числа таких объектов. Между тем данный вопрос заслуживает пристального внимание в виду его практической значимости.

Прежде всего, необходимо обратить внимание на различие правового режима имущественных прав, закрепленных в документарной и бездокументарной ценной бумаге. Как верно замечают Южанин Н.В., Рыбаков В.А. такое различие заключается в различии правовых средств, которые необходимо использовать для их осуществления и передачи. Документ, который находится у реестродержателя, не является оборотоспособным. Поэтому удержать такой документ, даже если усмотреть в нем какие-либо вещные признаки, весьма проблематично [8] .

Таким образом, в настоящее время удержание ценных бумаг возможно только в отношении документарных ценных бумаг, бездокументарные ценные бумаги не могут быть предметом удержания.

Третий дискуссионный вопрос – включение в число объектов удержания недвижимого имущества.

Не согласимся с исследователями, считающими, что удержание возможно в отношении недвижимости. Как считают Южанин Н.В., Рыбаков В.А. любое удержание недвижимости должно происходить по какому-либо договору, например, аренды, подряда и только чужой вещи. Основной договор, в силу которого происходит акцессорное удержание, является основой для обращения взыскания на предмет удержания (ст. 349 ГК РФ).

Между тем, как справедливо замечает С.В. Сарбаш «допущение возможности удерживать недвижимость может привести к появлению большого количества объектов недвижимости, обремененных, по сути, залоговыми требованиями (см. ст. 360 ГК РФ), о которых участники оборота не смогут получить достоверной информации, воспользовавшись сведениями публичной регистрации» [9] .

Таким образом, недвижимое имущество не может служить предметом удержания, поскольку сделки с ним подлежат обязательной государственной регистрации. Требование же государственной регистрации противоречит существу правоотношений, возникающих при осуществлении кредитором права удержания имущества. Да и ст. 131 ГК РФ, а также Закон о регистрации прав на недвижимое имущество не включают право удержания в перечень обременений недвижимого имущества, подлежащих государственной регистрации.

Подводя итог вышесказанному, сформулируем понятие объекта удержания. Таковым может быть только индивидуально определенная вещь, материальный объект, не ограниченный и не изъятый из оборота.

Обратимся к рассмотрению субъектного состава правоотношений удержания.

Субъектом права удержания является по общему правилу кредитор, так как он связан с должником, не исполнившим обязательства. Однако есть все основания полагать, что таким правом может обладать и законный представитель. В этой связи подчеркнем, что поскольку способы обеспечения всегда применяются и используются кредитором, а не какими-либо лицами, в обязательстве не участвующими, так как обязательство, по общему правилу, связывает лишь лиц, в нем участвующих [10] . В то же время, ввиду того что право удержания есть сделка, ее совершение возможно и представителем (ст. 182 ГК РФ). Поэтому совершенная представителем сделка по удержанию, при соблюдении соответствующих требований закона, должна признаваться законной.

ГК РФ установил, что субъектами права удержания являются граждане и предприниматели, которыми могут быть как организации, так и индивидуальные предприниматели. При этом, еще раз подчеркнем, что ст.359 ГК РФ устанавливает специальный правовой режим для предпринимателей. Данное право может принадлежать Российской Федерации, субъектам РФ, муниципальным образованиям, если оно возникло в связи с осуществлением предпринимательской деятельности.

Говоря об участии государства и государственных образований в гражданских правоотношениях и применении в связи с этим института права удержания, необходимо четко различать случаи, когда такие субъекты выступают именно в гражданских правоотношениях. Дело заключается в том, что для государства и его органов характерным является участие как раз не в частных, а в публичных правоотношениях.

Таким образом, еще раз подчеркнем, что субъектом удержания является субъект частноправовых отношений.

На практике зачастую возникает вопрос: могут ли быть субъектом удержания выступать малолетние и несовершеннолетние? Отвечая на данный вопрос С.В. Сарбаш [11] отмечает, малолетние и несовершеннолетние во всех случаях вправе реализовать удержание. И это понятно, так как в соответствии со ст. 26 ГК РФ по общему правилу несовершеннолетний совершает сделки самостоятельно либо с письменного согласия (п. 1 указанной статьи), либо без такового (п. 2). Как, однако, будет разрешаться вопрос в случае применения п. 4 ст. 26 ГК РФ, то есть ограничения права несовершеннолетнего самостоятельно распоряжаться своим заработком, стипендией или иными доходами? Представляется, что и в этом случае ничего не меняется. Дело заключается в том, что применение права удержания не направлено на распоряжение заработком, стипендией или иным доходом. Как раз наоборот, если несовершеннолетний выступает в качестве кредитора, о котором идет речь в ст. 359 ГК РФ, то реализация права удержания направлена на сохранение его имущества, оно обеспечивает его права и ведет к получению гарантии по исполнению в отношении него обязательства. Пункт 4 ст. 26 ГК РФ направлен на защиту интересов несовершеннолетнего, сохранение его имущества.

Малолетние также имеют право осуществлять удержание. Причем как своими собственными действиями, когда для них допускается заключение соответствующих сделок, так и действиями законных представителей.

Субъектами рассматриваемых отношений могут выступать иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица. В соответствии с ч. 4 п. 1 ст. 2 ГК РФ правила, установленные российским гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом РФ.

[1] Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств. Издание второе, исправленное. – М.: «Статут». — 2003.

[2] Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 11 января 2002 г. N 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. — 2002г. — №3.

[3] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. Т.Е.Абовой и А.Ю.Кабалкина — М.: Юрайт-Издат, 2006.

[4] Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств. Издание второе, исправленное. – М.: «Статут». — 2003.

[5] Комментарий к Гражданскому кодексу РФ части первой (постатейный) / Под ред. О.Н.Садикова. – М.Норма. – 2005.; Щербинина Ю.В., Крюков С.Е. Учет операций, связанных с арестом, удержанием, конфискацией имущества предприятия // Бухгалтерский учет. — №24. — 2002 г.

[6] Розенберг М.Г. Толкование договора. Удержание как способ обеспечения исполнения обязательства // эж-ЮРИСТ. — №44. — 2003 г.; Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств. Издание второе, исправленное. – М.: «Статут». — 2003.

[7] Южанин Н.В., Рыбаков В.А. Удержание как способ обеспечения обязательств // Арбитражный и гражданский процесс. — №2. — 2002.

[8] Южанин Н.В., Рыбаков В.А. Удержание как способ обеспечения обязательств // Арбитражный и гражданский процесс. — №2. — 2002.

[9] Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств. Издание второе, исправленное. – М.: «Статут». — 2003.

[10] Макаров Д.Ю. Право удержания как новый способ обеспечения исполнения обязательств // Юрист. — №8. – 2000.

[11] Сарбаш С.В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств. Издание второе, исправленное. – М.: «Статут». — 2003.

Удержание как способ обеспечения исполнения обязательств

Удержание как способ обеспечения исполнения обязательств предусмотрено ныне действующим правом в целях стимулирования должника к возврату кредитору долга. Ниже рассмотрены некоторые моменты этой обеспечительной меры.

Обеспечиваемые удержанием требования

Правовые основы удержания как способа обеспечения исполнения обязательств закреплены в ст. 359, 360 Гражданского кодекса РФ (часть 1) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (далее — ГК РФ). При этом первая норма определяет основания удержания вещи, а вторая — возможность удовлетворения претензий кредитора из стоимости такой вещи.

Кредитор наделяется правом не возвращать имущество должника до того момента, пока последний не исполнит свои обязательства. При этом кредитор имеет основания требовать от должника, удерживая его имущество:

  • исполнения основного обязательства по оплате удерживаемой вещи;
  • исполнения дополнительных обязательств, в том числе возмещения возникших у кредитора в связи с ненадлежащим исполнением договора должником издержек.

Но есть и специальные исключительные основания к удержанию. В частности, кредитор может удерживать вещь и требовать исполнения обязательств от контрагента, если стороны такого договора действуют как предприниматели (при этом обязательства необязательно должны быть сопряжены с оплатой удерживаемого имущества либо возмещением убытков, иных издержек на содержание этого имущества).

Объект удержания

Вещь, какую вправе удерживать у себя кредитор, может быть не только движимой. Объектом вполне способно стать и недвижимое имущество должника. При этом эта вещь должна быть объектом основного обязательства. Вещью в смысле анализируемой статьи может быть только материальный объект.

Не могут считаться объектами рассматриваемого права:

  • ценные бумаги и деньги;
  • услуги;
  • имущественные и неимущественные права;
  • работы;
  • сведения, данные;
  • плоды интеллектуальной деятельности.

К примеру, из постановления 9-го ААС от 08.07.2009 № 09АП-8495/2009-ГК по делу № А40-75919/08-97-653 вытекает, что деньги не могут быть подвергнуты удержанию как способу обеспечения исполнения обязательств. Предметом в таком случае может стать лишь индивидуально определенная вещь. Она, в свою очередь, должна обладать стоимостным выражением. Эта вещь подлежит реализации как заложенное имущество.

Вместе с тем в практике судов встречаются случаи, когда предметом удержания становились и вещи, определяемые родовыми признаками. Например, по мнению 17-го ААС, зерно, хранящееся на элеваторе, может быть удержано хранителем, если поклажедатель не оплатил расходы по хранению (постановление от 19.12.2008 № 07АП-7104/08 по делу № А03-4366/2008).

Субъект удержания

Субъектом удержания как способа обеспечения исполнения обязательств в большинстве случаев бывает кредитор. Уточняя сказанное, субъектом этого права может стать не только гражданин как физическое лицо, но и компании (предприятия, организации), а также граждане, занимающиеся предпринимательской деятельностью. Субъектом может стать Российская Федерация, ее государственные и муниципальные образования.

Здесь следует отметить, что кредитором в рамках настоящей статьи может стать широкий круг лиц. Так, согласно ст. 79 Кодекса внутреннего водного транспорта РФ от 07.03.2001 № 24-ФЗ, правом удержания обладает перевозчик, не получивший должной платы за услуги. Из содержания п. 3. ст. 972 ГК РФ явствует, что работающее в роли коммерческого представителя доверенное лицо может удерживать предметы, подлежащие передаче доверителю, если последний не исполняет обязанностей по договору поручения. Правом удержания также располагают:

  • комиссионер (ст. 996 ГК РФ);
  • подрядчик (ст. 712 ГК РФ);
  • перевозчик (ст. 790 ГК РФ);
  • другие лица, получившие имущество должника на законном основании.

Правомерность удержания

Выше отмечено, что имущество должно быть получено на законном основании. Это требование относится ко всем предметам удержания независимо от того, какого рода договорные отношения связывают стороны.

Другими словами, кредитор должен получить вещь от контрагента только законным способом, а если она получена путем захвата, вопреки волеизъявлению должника или путем совершения кредитором каких-либо других противоправных действий, такое удержание будет незаконным.

Так, удержание возможно в отношении вещей, попавших во владение арендодателя после того, как арендатор, имеющий задолженность, по завершении срока аренды не забрал их из съемного помещения. В таком случае удержание будет правомерно, даже если стороны не связаны договорными отношениями по поводу этих вещей, но только если аренда имеет предпринимательский характер. Об этом и гласит абз. 2 п. 1 ст. 359 ГК РФ (см. информационное письмо президиума ВАС РФ «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» от 11.01.2002 № 66).

ВАЖНО! Право собственности на спорную вещь по сделке купли-продажи между 3-м лицом и должником (совершенной до того, как кредитор уведомит об удержании последнего) может быть признано невозникшим, так как для такого перехода требуется фактическая передача. Следовательно, если вещь находится у кредитора, последующее удержание будет признано законным (постановление 15-го ААС от 27.11.2015 № 15АП-18331/2015 по делу № А32-8226/2015).

Реализация удерживаемой вещи

Гражданским кодексом введена возможность удовлетворения притязаний кредитора через продажу собственности, которая им удерживается по правилам ст. 349 ГК РФ. Такая возможность появляется у кредитора исключительно в той ситуации, когда должник не исполняет обязательств. Продажа осуществляется либо по правилам, оговоренным в договоре, либо в судебном порядке.

В тех же ситуациях, когда удерживаемая вещь принадлежит 3-му лицу, а не должнику, судебная практика складывается следующим образом.

Имеют место случаи отказов кредиторам в обращении взыскания на удерживаемое имущество по причине отсутствия обязательственных отношений между должником и кредитором. Однако если договор купли-продажи заключен и право собственности на удерживаемое имущество перешло к 3-му лицу после того, как кредитор уведомил должника об удержании такого имущества, вышестоящий суд, как правило, признает действия кредитора правомерными (см. постановление ФАС Северо-Западного округа от 21.12.2011 по делу № А56-69617/2010).

Такие выводы судебных органов основываются на п. 2 ст. 359 ГК РФ, исходя из которого следует, что передача прав на удерживаемую вещь не влечет прекращения прав кредитора на удержание.

Удержание как способ обеспечения обязательств в некоторых случаях может быть действенным средством, побуждающим должника исполнять взятые обязательства. Однако, чтобы эта обеспечительная мера была легальной с точки зрения законодательства, необходимо помнить, что является объектом и субъектом этого права, какие требования оно может обеспечивать. При несоблюдении этих условий мероприятия по удержанию вещи будут признаны судом незаконными, более того, могут быть взысканы понесенные собственником вещи расходы и убытки.

§ 5. Удержание имущества должника как способ обеспечения исполнения обязательств

Как способ обеспечения обязательств удержание состоит в праве кредитора, у которого находится вещь другого лица, например подрядчика, перевозчика, хранителя, удерживать эту вещь в своем владении до тех пор, пока это лицо (должник) не погасит связанные с данной вещью платежи.

1 ст. 359 ГК). Такие другие требования возможны прежде всего в рамках смешанных договоров, содержащих несколько разнородных обязательств, например об оплате дополнительных услуг, оказанных при исполнении обязательства.
В статьях ГК об удержании нет указаний о возмещении кредитору произведенных им затрат и расходов в связи с удержанием вещи (хранение вещи, кормление и лечение животных и т.д.). Такие затраты должны быть отнесены на неисправного должника, но только при их необходимости, что обязан доказать кредитор.
Риск случайной гибели и порчи удерживаемой вещи в соответствии с общим правилом гражданского законодательства падает на ее собственника (ст. 211 ГК). Однако удерживающий вещь кредитор обязан обеспечить ее сохранность и несет ответственность при ее гибели (порче) по общим нормам гражданского права (см. гл. 20 Учебника).
Если удержание вещи не приводит к выполнению требования кредитора, это требование удовлетворяется в объеме и порядке, предусмотренных для отношений залога (ст. 360 ГК), т.е. суд по иску кредитора обращает взыскание на удерживаемую вещь.
В ряде случаев законодательство устанавливает для обращения взыскания на удерживаемую вещь специальные правила. В силу п. 6 ст. 720 ГК допускается самостоятельная продажа вещи заказчика, удерживаемой подрядчиком, по истечении месяца со дня, когда договор должен был быть исполнен, но после двукратного уведомления заказчика. Хранитель вправе самостоятельно продать вещь по цене места хранения, а при значительности цены — с аукциона (п. 2 ст. 899 ГК).

  • Обязательство и способы обеспечения его исполнения
  • Возникновение обязательств
  • Прекращение обязательств

Институт удержания регламентируется ГК РФ и рядом иных федеральных законов. В Кодексе нормы об удержании содержатся в § 4 гл. 23. Данные нормы представляют собой общие правила об удержании. Наряду с ними существуют специальные нормы, конкретизирующие общие правила удержания применительно к отдельным видам обязательств. Так, во второй части ГК РФ подобные нормы можно найти в ст. 712 (право подрядчика на удержание), п. 4 ст. 790 (право перевозчика на удержание), п. 3 ст. 972 (право поверенного, действующего в качестве коммерческого представителя, на удержание), п. 2 ст. 996 (право комиссионера на удержание). В числе иных федеральных законов, содержащих специальные нормы об удержании, следует назвать КТМ РФ № 81 (п. 2-5 ст. 160) и Федеральный закон от 8 ноября 2007 г. «О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (ст. 23).

Гражданское законодательство не содержит определения удержания. В п. 1 ст. 359 ГК РФ устанавливаются лишь основания возникновения права удержания. Однако, исходя из смысла данной статьи, под удержанием понимается отказ кредитора от передачи должнику либо лицу, указанному должником, находящейся у кредитора вещи в случае неисполнения должником обязательства по оплате этой веши или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков, а также иных требований, возникших из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

Одна из специфических черт удержания состоит в том, что его использование становится возможным исключительно в силу закона, и соглашения сторон на это не требуется. Соглашением сторон можно либо исключить возможность удержания, либо изменить основания и правила его осуществления, что следует из положения п. 3 ст. 359.

ГК РФ предусматривает лишь одно основание для возникновения права удержания: неисполнение обязательства в срок. Соответственно, необходимо, чтобы, во-первых, срок исполнения обязательства должником наступил и, во-вторых, обязательство к этому моменту не было исполнено. Кредитор вправе осуществлять удержание до тех пор, пока существует соответствующее обязательство и оно не исполнено.

Удержанием может быть обеспечен ограниченный круг обязательств. К числу таких обязательств закон относит:

  • обязательства по оплате вещи;
  • обязательства по возмещению издержек и других убытков, связанных с данной вещью;
  • обязательства, стороны в котором действуют как предприниматели.

Удержание с целью обеспечения первых двух видов обязательств в юридической науке называют общегражданским; удержание, направленное на обеспечение третьего вида обязательств, — коммерческим.

Объекты удержания

Объектом удержания может выступать только вещь. Не могут быть объектом удержания имущественные права, работы, услуги и т. д. В то же время в отношении не всякой веши можно осуществить удержание. Так, не могут быть объектом удержания деньги, являющиеся валютой РФ. Кроме того, удерживать можно лишь вещь, принадлежащую на каком-либо праве должнику, т. е. чужую для кредитора вещь. При этом переход права на вещь от должника третьему лицу не лишает кредитора, в чьем владении находится данная вещь, права ее удержания (п. 2 ст. 359).

Удержание не только стимулирует должника к исполнению обязательства, но и создаст возможность удовлетворения требования кредитора в случае, когда должник его не исполнит. В соответствии со ст. 360 ГК РФ требования кредитора, удерживающего вещь, удовлетворяются из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренных для удовлетворения требований, обеспеченных залогом. Это позволяет говорить о том, что удержание наряду со стимулирующей выполняет и компенсационную функцию.

Как уже отмечалось выше, нормы об удержании содержатся не только в § 4 гл. 23 ГК РФ, но и в главах, посвященных отдельным видам обязательств. В связи с этим следует обратить внимание на то, что понятие «удержание» может употребляться применительно к отдельным видам обязательств и в ином, нежели предусмотренном ст. 359 и 360 ГК РФ, значении. Например, в соответствии с п. 1 ст. 612 ГК РФ арендатор при обнаружении недостатков сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующих пользованию им, имеет право удержать сумму понесенных им расходов на устранение данных недостатков из арендной платы, предварительно уведомив об этом арендодателя. Такое удержание не является способом обеспечения исполнения должником обязательства, в связи с чем к нему неприменимы нормы ст. 359 и 360. В этом случае удержание является не чем иным, как зачетом встречного однородного требования, и применяться должны положения ст. 410 ГК РФ. В юридической литературе высказывается мнение, что удержание, предусмотренное и. 5 ст. 875 ГК РФ, является разновидностью удержания, как способа обеспечения исполнения обязательства, с чем вряд ли можно согласиться. В этом случае, как и в предыдущем примере, удержание представляет собой зачет встречного однородного требования.

Удержание как способ обеспечения исполнения обязательств

Удержание – это единственный из указанных в гл. 23 ГК способ обеспечения исполнения обязательств, возникающий непосредственно из законодательства. Для его применения кредитором не нужно заключать отдельного соглашения. Даже если в договоре, из которого возникло обязательство, впоследствии не исполненное должником, нет указаний на возможность применения удержания, это не является основанием для его неприменения. В то же время сторонам предоставляется право предусмотреть в договоре условия, исключающие применение этого способа обеспечения исполнения обязательства.

Суть удержания состоит в том, что кредитору, у которого находится вещь, подлежащая передаче долж­нику либо лицу, указанному должником, предоставляется право в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено (п. 1 ст. 340 ГК).

Учитывая, что каждая из сторон по договору может считаться кредитором (п. 2 ст. 289 ГК), правом на удержание вещи будет обладать любая сторона по договору.

Удержание является односторонней сделкой (п. 2 ст. 155 ГК), так как для применения удержания необходимо и достаточно выражения воли одной стороны – кредитора по договору. Согласия должника не требуется.

Поведение кредитора при удержании вещи выражается в его пассивных действиях, состоящих в том, что он не передает данную вещь должнику или третьему лицу по указанию должника.

Объекты удержания

Из буквального толкования п. 1 ст. 340 ГК следует, что объектом удержания является вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником. Определение законодателем предмета удержания только как вещи, способной к удержанию кредитором (по сути, вещи, находящейся в физическом владении кредитора), сужает область применения данного способа обеспечения исполнения обязательств до упрощенного гражданского оборота, когда должны быть переданы по обязательству вещи как материальные предметы.

Поэтому не все объекты гражданских прав, отнесенные нормой ст. 128 ГК к вещам, могут выступать объектом удержания. В частности, не могут быть объектом удержания не имеющие овеществленную форму имущественные права (требования). Денежные средства также не могут выступать объектом удержания, так как деньги невозможно реализовать в порядке, предусмотренном для удовлетворения требований, обеспеченных залогом.

При этом применение удержания денежных средств в случаях, прямо предусмотренных законодательством, в частности, при удержании арендатором расходов на устранение недостатков в арендованном имуществе из арендной платы (подп. 2 ч. 1 ст. 583 ГК) и удержании комиссионером причитающихся ему по договору комиссии сумм из всех сумм, поступивших к нему за счет комитента (ст. 887 ГК), следует рассматривать как «удержание», носящее, по сути, характер зачета (ст. 381 ГК).

Спорным является вопрос о правомерности удержания недвижимого имущества. Необходимо отметить, что в нормах параграфа 4 гл. 23 ГК нет запрета на удержание недвижимости. Однако при этом белорусское законодательство не содержит норм, регулирующих возможность удерживать недвижимое имущество, и судебная практика не выработала подходов к этому вопросу. Существует мнение, что кредитор не вправе удерживать недвижимое имущество. В обоснование приводится следующий аргумент: право удержания недвижимой вещи подлежит государственной регистрации как ограничение вещного права на недвижимость. В то же время ни сам ГК, ни специальные нормативные акты о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним не содержат правового механизма регистрации удержания как обременения недвижимого имущества. По нашему мнению, до принятия законодателем необходимых норм, в достаточной степени регулирующих вопросы удержания недвижимого имущества, данный институт не сможет получить полноценной реализации в гражданских правоотношениях.

По вопросу об объектах удержания необходимо также отметить следующее: поскольку требования кредитора, удерживающего вещь, будут удовлетворены в объеме и порядке, предусмотренных для удовлетворения требований, обеспеченных залогом (п. 5 ст. 340 ГК), очевидно, что по аналогии с нормой ст. 334 ГК переход права собственности на удерживаемую вещь в результате возмездного или безвозмездного отчуждения этой вещи либо в порядке универсального правопреемства не влияет на право кредитора ее удерживать (п. 3 ст. 340 ГК).

Условие применения

Право удержания возникает у кредитора лишь в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек. По общему правилу, удержанием вещи могут обеспечиваться только требования, связанные с этой вещью (п. 1 ст. 340 ГК). Но если стороны обязательства действуют как предприниматели, то удержанием могут обеспечиваться любые требования кредитора (п. 2 ст. 340 ГК).

Право удержания вещи имеет сторона по договору, если она вправе требовать платежа или возмещения произведенных расходов, связанных с вещью. Для предпринимателей сфера применения удержания расширена и включает в себя не только реальный ущерб и причитающиеся платежи по договору, но и упущенную выгоду, а также другие требования, воз­никающие из обязательства.

Важнейшим условием применения кредитором на практике норм об удержании является фактическое нахождение вещи в его владении, т.е. обладание кредитором вещью в натуре. При этом владение вещью не должно быть вызвано неправомерными деяниями кредитора по завладению вещью должника, т.е. вещь, в отношении которой кредитор намерен применить удержание, должна оказаться в его владении на законном основании. Если же вещь захвачена кредитором либо она находится у кредитора без установленных законодательством или сделкой оснований (пусть даже для обеспечения законных интересов кредитора), удержание захваченной вещи будет неправомерным.

Предположим, что между сторонами был заключен срочный договор аренды офисного помещения. После истечения срока договора аренды в связи с наличием задолженности по арендной плате арендодатель самостоятельно изъял из офисного помещения оргтехнику арендатора и удерживает ее на собственном складе. Вправе ли арендатор понудить арендодателя вернуть принадлежащую ему оргтехнику?

Да, посредством заявления иска об истребовании имущества из незаконного владения арендодателя.

Из норм п.п. 1 и 3 ст. 340 ГК следует, что кредитор вправе удерживать лишь ту вещь должника, которая находится в его владении на законном основании (например, по договору, обусловливающему передачу этой вещи от кредитора в адрес должника). В рассматриваемой ситуации арендодатель самостоятельно изъял оргтехнику арендатора из находившегося в аренде офисного помещения. Следовательно, удержание, примененное арендодателем, является незаконным.

В силу ст. 282 ГК собственнику (арендатору) принадлежит право истребовать свое имущество (оргтехнику) из чужого незаконного владения (в данном случае незаконного владения арендодателя).

Так, в постановлении апелляционной инстанции хозяйственного суда города Минска от 1.03.2011 указано: суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что право на удержание вещи должника возникает у кредитора лишь в том случае, когда спорная вещь оказалась в его владении на законном основании. Поскольку удерживаемое имущество ответчику (арендодателю) по договору не передавалось и он принудительным образом изъял указанное в акте описи имущество, удержание является незаконным.

На практике возможна и другая ситуация. Учитывая, что для решения о правомерности удержания применяется правило об основательном (законном) владении вещью кредитором, по нашему мнению, следует сделать вывод о правомерности удержания в том случае, когда вещь должника находится у кредитора по другому существующему между ними (не нарушенному должником) обязательству. Например, для обеспечения исполнения обязательства по уплате арендной платы удержание арендодателем (кредитором) вещи арендатора (должника), находящейся у него по договору хранения, по которому арендодатель выступает хранителем, а арендатор – поклажедателем, должно признаваться, на наш взгляд, правомерным. Но справедливости ради следует отметить, что экономические суды такой подход не поддерживают.

Сроки удержания

Нормы ст. 340 ГК не ограничивают каким-либо сроком удержание вещи. Вместе с тем необходимо согласиться, что удержание не может быть бессрочным: удерживаемая вещь либо должна быть возвращена должнику (по исполнении должником обеспеченного удержанием обязательства), либо за счет ее стоимости кредитор должен удовлетворить свои требования (п. 5 ст. 340 ГК).

Так, хозяйственный суд города Минска, рассмотрев в открытом судебном заседании дело об истребовании имущества из чужого незаконного владения, вынес решение от 3.11.2010, в котором указал следующее: поскольку у арендатора (истца) перед арендодателем (ответчиком) возникло неисполненное обязательство, суд признал удержание арендодателем спорного имущества арендатора (стеклянная офисная перегородка) обеспечением данного обязательства до его исполнения истцом и отказал в удовлетворении искового требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Постановлением кассационной коллегии ВХС от 1.02.2011 данное решение и постановление апелляционной инстанции были оставлены без изменения.

Рассмотрим еще одну ситуацию. Допустим, что кредитор применил удержание движимой вещи до исполнения должником обязательства по ее оплате. При этом должник длительное время денежное обязательство не исполняет, а кредитор не обращается с иском об обращении взыскания на вещь в счет обеспечения исполнения обязательств по оплате вещи. Может ли кредитор приобрести право собственности на удерживаемую им вещь?

Да, может, в силу приобретательской давности при определенных условиях.

Нормой п. 5 ст. 340 ГК установлено, что требования кредитора, удерживающего вещь, удовлетворяются из ее стоимости в объеме и порядке, предусмотренных для удовлетворения требований, обеспеченных залогом. Таким образом, ГК содержит отсылочную норму к порядку обращения взыскания на заложенное имущество, установленному ст. 331 ГК, который предусматривает реализацию заложенного имущества (удерживаемой вещи) путем продажи с публичных торгов. При этом из п. 1 ст. 329 и п. 1 ст. 330 ГК следует, что обращение взыскания на удерживаемую вещь является правом (а не обязанностью) кредитора, осуществляемым в судебном порядке в случае заявления кредитором соответствующего требования.

В силу п. 1 ст. 226 ГК бесхозяйной является вещь, в т.ч. от права собственности на которую собственник (в данном случае должник) отказался. Юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, не только объявив об этом, но и совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество (ч. 1 п. 1 ст. 237 ГК).

Согласно п. 2 ст. 226 ГК право собственности на бесхозяйные движимые вещи может быть приобретено в силу приобретательной давности. Юридическое лицо, в собственности которого не находится движимое имущество, но которое добросовестно, открыто и непрерывно владеет им как своим собственным в течение 5 лет, приобретает право собственности на это имущество в силу приобретательной давности (п. 1 ст. 235 ГК).

Таким образом, в зависимости от подтверждения факта отказа должника от права собственности на вещь кредитор вправе приобрести ее в свою собственность по правилам ГК о приобретательной давности.

Требование должника
об истребовании вещи

Должник, не исполнивший обязательство по оплате вещи, которую удерживает кредитор, не вправе требовать от кредитора исполнения его обязательства по ее передаче должнику до исполнения самим должником своего обязательства по оплате данной вещи.

Так, в решении хозяйственного суда города Минска от 23.11.2009 определено, что, поскольку заказчик полностью не оплатил выполненные по договору работы, подрядчик в соответствии со ст. 666 и 340 ГК имеет право на удержание результата работ до полной его оплаты, а требование заказчика о понуждении подрядчика представить результат работ необоснованно.

Возможна иная ситуация. Арендатор передал в ремонт третьему лицу арендованный автомобиль. Договор аренды транспортного средства без предоставления услуг по управлению и технической эксплуатации расторгнут, работа не оплачена. На задолженность по работе начислены проценты. Подрядчик удерживает автомобиль. Какие требования в данной ситуации может предъявить арендодатель – собственник автомобиля?

По договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации (ч. 1 ст. 613 ГК).

Арендатор в течение всего срока договора аренды транспортного средства без экипажа обязан поддерживать надлежащее состояние арендованного тран­спортного средства, включая осуществление текущего и капитального ремонта (ст. 615 ГК).

В соответствии с п. 1 ст. 585 ГК арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. В случаях, когда договором они не определены, считается, что установлены порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах.

При прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения. В случае, когда за несвоевременный возврат арендованного имущества договором предусмотрена неустойка, убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки, если иное не предусмотрено договором (ст. 593 ГК).

С учетом того, что обязанность по внесению арендной платы является денежным обязательством, арендодатель вправе требовать от арендатора уплаты процентов за пользование чужими денежными сред­ствами (ст. 366 ГК) в случае просрочки внесения арендной платы и за период с момента прекращения договора аренды до возврата арендодателю имущества.

Таким образом, арендодатель в сложившейся ситуации вправе потребовать в судебном порядке от арендатора возврата автомобиля, арендную плату пропорционально количеству дней задержки возврата автомобиля, а также уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами по ст. 366 ГК.

Необходимо заметить, что в рассматриваемом случае арендодатель может обратиться в суд с соответствующим требованием к третьему лицу (подрядчику), удерживающему автомобиль. При этом арендодателю необходимо учитывать следующее.

Согласно п. 1 ст. 340 ГК кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков, удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено. Данная норма применяется при наличии договорных отношений между должником и кредитором. Обязательственные отношения в рассматриваемом случае имелись между арендатором и подрядчиком. Между арендодателем и подрядчиком имеются отношения по истребованию собственником принадлежащего ему имущества из чужого незаконного владения.

Поскольку арендодатель не является стороной обязательства и должником подрядчика, а также с учетом того, что договор аренды расторгнут, иск арендодателя к подрядчику об истребовании из чужого незаконного владения автомобиля (ст. 282 ГК) подлежит удовлетворению.

Соразмерность стоимости вещи обязательству

Очевидно, что удержание может причинить убытки для должника, несоизмеримые с убытками кредитора, вызванными неисполнением обязательства в срок.

Существует мнение, согласно которому суд может признать удержание неправомерным со ссылкой на положения п. 2 ст. 329 ГК в случае, когда допущенное должником нарушение обеспеченного залогом (удержанием) обязательства крайне незначительно и размер требований залогодержателя (кредитора, удерживающего вещь) вследствие этого явно несоразмерен стоимости заложенного (удерживаемого) имущества.

Полагаем, что вывод о неправомерности удержания в случае, когда стоимость удерживаемой кредитором вещи несоизмерима со стоимостью (денежной оценкой) неисполненного обязательства, обеспечиваемого удержанием, противоречит законодательству по следующим причинам:

1) исходя из диспозитивного характера норм об удержании (п. 4 ст. 340 ГК) стороны договора могут определить в нем условие, по которому кредитор будет вправе удерживать вещь, подлежащую передаче должнику, стоимость которой будет значительно выше, чем размер обязательства, обеспечиваемого удер­жанием;

2) при обращении к норме п. 2 ст. 329 ГК в обоснование вывода о неправомерности удержания следует помнить, что само по себе наличие факта незначительности нарушения обеспеченного залогом обязательства не влечет признание залога неправомерным. Кроме того, залог по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 329 ГК, не прекращается. Таким образом, утверждение о неправомерности (либо прекращении) удержания со ссылкой на п. 2 ст. 329 ГК также несостоятельно.

Из вышеизложенного можно сделать следующий вывод: если кредитор удерживает вещь, стоимость которой значительно превышает стоимость требования, необходимо квалифицировать его действия как недобросовестные. В таком случае можно вести речь о злоупотреблении кредитором своим правом. При таком осуществлении кредитором своего права на удержание оно не пользуется судебной защитой (п. 2 ст. 9 ГК) и влечет отказ кредитору в удовлетворении его требования из стоимости удерживаемой вещи (п. 5 ст. 340 ГК).

Однако это не означает, что удержание неправомерно. С учетом нормы ст. 318 ГК об обеспечении залогом (удержанием) обязательства к моменту его фактического исполнения требования залогодержателя (кредитора) могут быть удовлетворены судом после исключения препятствовавших обращению взыскания обстоятельств (например, из-за увеличения задолженности за счет начисления на нее процентов за пользование чужими денежными средствами, договорной неустойки и т.д.).

Возврат удерживаемой вещи

Исходя из нормы п. 1 ст. 340 ГК срок удержания ограничен моментом исполнения должником обязательства (его прекращения способами, предусмотренными гл. 26 ГК) по оплате кредитору стоимости удерживаемой вещи либо убытков. После прекращения данного обязательства у кредитора отсутствуют правовые основания для удержания, следовательно, владение данной вещью кредитором незаконно, и он должен вернуть должнику удерживаемую вещь. В противном случае должник вправе истребовать свою вещь из незаконного владения кредитора по правилам ст. 283 ГК.

Также, по нашему мнению, необходимо отметить следующее. Кредитор должен знать, что с момента исполнения должником обязательства по оплате вещи владение кредитором удерживаемой вещью незаконно. Должник вправе предъявить к нему требование о возврате или возмещении всех доходов, которые кредитор извлек или должен был извлечь за время владения вещью (ее удержания) за период с момента исполнения должником обязательства по оплате вещи (ч. 1 ст. 284 ГК).

Прекращение удержания

Основания прекращения (исполнения) обязательств определены в гл. 26 ГК. Основным способом прекращения не исполненного должником обязательства, по причине неисполнения которого кредитор применил удержание вещи, является надлежащее исполнение обязательства, а именно оплата вещи (п. 1 ст. 379 ГК).

Например, между сторонами существует денежное обязательство, не исполненное должником. Кредитор заявил иск, и суд удовлетворил требование о взыскании задолженности с должника. Правомерно ли удерживать вещь должника при наличии положительного для кредитора решения суда?

Да, правомерно. В то же время само по себе наличие судебного решения о взыскании задолженности с должника не свидетельствует о том, что обязательство исполнено.

Следовательно, кредитор вправе удерживать вещь должника до наступления факта исполнения обязательства даже при наличии судебного решения о взыскании задолженности с должника.

Вместе с тем нормы гл. 26 ГК не содержат запрета для прекращения денежного обязательства по оплате вещи и соответственно правоотношения по удержанию путем предоставления отступного (ст. 380 ГК), зачета (ст. 381 ГК), новации первоначального обязательства (ст. 384 ГК).

Так, при прекращении обязательства по оплате вещи зачетом встречного однородного требования должника к кредитору право удерживать вещь у кредитора будет отсутствовать с момента получения им заявления должника о зачете (п. 1 ст. 381 ГК). Учитывая, что из нормы ст. 380 ГК следует вывод о реальном характере соглашения об отступном, кредитор обязан будет возвратить удерживаемую им вещь с момента предоставления ему должником имущества, составляющего предмет отступного, а при новации – с момента заключения соответствующего соглашения о замене первоначального обязательства новым вне зависимости от хода исполнения должником нового обязательства (ст. 384 ГК).

Автор публикации: Александр ДОБРОВОЛЬСКИЙ, юрист