Недобросовестная конкуренция гражданский кодекс

Недобросовестная конкуренция гражданский кодекс

Закон о защите конкуренции ограничивает осуществление гражданских прав в установленных им целях,устанавливает пределы, запреты и предписания их осуществления. Более того, указанное распространяется на возникновение, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей и, как следствие, на возникающие,изменяющиеся и прекращающиеся правоотношения.Анализ категорий пределов осуществления гражданских прав и злоупотребления правом, в рамках ст. 10 ГК РФ,позволяет говорить о злоупотреблении правом во всех случаях превышения пределов осуществления этого права.

Осуществление прав, злоупотребление правом, пределы гражданских прав.

Статья 10 ГК РФ как гражданско-правовое основание защиты конкуренции

С.С. Крашенинников, заместитель начальника юридического отдела Свердловского УФАС России

Согласно норме абз. 2 п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Вероятным мотивом для особого выделения анализируемой формы злоупотребления в ст. 10 ГК РФ является то, что законодатель желал указать на возможность применения к этим отношениям не столько административно-правовых, сколько гражданско-правовых норм, включая установленные в них меры ответственности. Можно предположить, что гражданско-правовые меры воздействия на правонарушителя, например возмещение убытков, могут быть применены в суде по требованию пострадавшей стороны независимо от административных средств воздействия.

В юридической литературе дискутируется вопрос о правильности использования термина «гражданские права» («осуществление прав») применительно к рыночной экономике и участию в ней субъектов права, в том числе занимающих доминирующее положение. Предлагается ориентироваться на норму ч. 2 ст. 34 Конституции РФ, где запрет сформулирован следующим образом: «Не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию» 1 .

Думается, что в области правового регулирования, тем более гражданско-правового, любая деятельность будет складываться из реализации прав и исполнения обязанностей ее субъектами. В этой связи, скорее, критике должна быть подвергнута норма Конституции за свой, по существу, обобщенно-декларативный характер. Для установления ее содержания нередко прибегают к ссылке на ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, где говорится о недопустимости нарушения прав и свобод других лиц при осуществлении принадлежащего субъекту права 2 .

Сторонники уточнения редакции ст. 10 ГК РФ и закрепления в ней правила, аналогичного конституционной норме, аргументируют свою позицию следующими доводами: «Такое законодательное решение будет более точно отражать реальные правонарушения на рынке и ориентировать стороны и суды на применение к ним специального законодательства о конкуренции, а не общего правила ст. 10 ГК РФ, требующего непростого толкования» 3 .

О. А. Поротикова предлагает лишь дополнить ст. 10 ГК РФ в связи с тем, что статья не содержит упоминаний о недобросовестной конкуренции, но упоминает «использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции». Поскольку эта цель – общая для всего спектра противоправных деяний в этой области, она не может однозначно указывать на то, что законодатель имел в виду недобросовестную конкуренцию. Более того, недобросовестные действия конкурентов по отношению друг к другу, в условиях отсутствия доминирования одного из них на рынке определенного товара, вообще не могут служить цели ограничения конкуренции. Речь в этом случае следует вести об уродливых формах конкурентных отношений, а не об ограничении их. Получается, что в ГК РФ указаны не разные проявления злоупотреблений конкурентами гражданскими правами, а уточнена цель злонамеренного использования субъектом своего доминирующего положения. В таком случае требуется дополнить норму Кодекса запретом недобросовестной конкуренции 4 .

Поскольку в силу ч. 1 ст. 8 Конституции РФ в Российской Федерации гарантируются единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности, а в силу ч. 2 ст. 34 Конституции РФ не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию, постольку антимонопольное законодательство, основываясь на Конституции РФ, ГК РФ, состоит не только из Закона о защите конкуренции, но и иных федеральных законов, регулирующих соответствующие отношения.

Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ст. 1 ГК РФ). Свобода осуществления гражданских прав ограничивается интересами других лиц – физических и юридических, а также интересами общества. Объем субъективных гражданских прав поэтому определяется не только границами, установленными управомочивающими нормами, но и совокупностью норм различных отраслей права, содержащих запреты и предписания, которые ограничивают субъективные права.

Закон о защите конкуренции определяет организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе предупреждения и пресечения монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, в целях обеспечения единства экономического пространства, свободы перемещения товаров, свободы экономической деятельности, защиты конкуренции.

В соответствии с п. 1 ст. 2 ФЗ от 28.12.2009 № 381 ‑ ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон о торговле) целями названного закона является обеспечение единства экономического пространства в РФ путем установления требований к организации и осуществлению торговой деятельности на основании положений ГК РФ (п. 1 ст. 3 названного закона).

В соответствии с ч. 1 ст. 1 ФЗ от 18.07.2011 № 223 ‑ ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Закон о закупках) целями регулирования названного закона являются обеспечение единства экономического пространства, расширение возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ, услуг для нужд заказчиков и стимулирование такого участия, развитие добросовестной конкуренции, обеспечение гласности и прозрачности закупки, предотвращение коррупции и других злоупотреблений на основании положений ГК РФ (п. 1 ст. 2 названного закона).

В соответствии со ст. 1 ФЗ от 13.03.2006 № 38 ‑ ФЗ «О рекламе» (далее – Закон о рекламе) целями названного закона являются развитие рынков товаров, работ и услуг на основе соблюдения принципов добросовестной конкуренции, обеспечение в Российской Федерации единства экономического пространства, реализация права потребителей на получение добросовестной и достоверной рекламы, создание благоприятных условий для производства и распространения социальной рекламы, предупреждение нарушения законодательства Российской Федерации о рекламе, а также пре сечение фактов ненадлежащей рекламы на основании положений ГК РФ (п. 1 ст. 437 ГК РФ).

У рыночного института конкуренции существуют две негативных тенденции – стремление хозяйствующих субъектов к монопольному положению и ведение борьбы недобросовестными методами.

Трудно найти более яркую иллюстрацию отношений, где бы участники стремились ущемить права друг друга, т. е. нарушить самый универсальный предел осуществления гражданских прав. Конкуренты обречены действовать, руководствуясь исключительно собственными интересами, не только не заботясь об остальных, но и стремясь не оставить для них никаких преимуществ.

Именно в этой связи злоупотребление правом в конкурентной среде есть в определенном смысле поведение нормальное, как это ни парадоксально звучит. Однако чтобы не доводить ситуацию до абсурда и помня о необходимости законодателя стоять на страже прав и интересов отдельных граждан, публичных интересов общества и государства, потребовалось конкретизировать, что же понимается под злоупотреблением правом на конкуренцию. Для этих целей наиболее общий предел осуществления прав, которым являются права и законные интересы иных лиц, пришлось уточнять в специальных законах и там же детально характеризовать отдельные составы злоупотреблений.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2008 № 30 к нормам ГК РФ, на которых основано антимонопольное законодательство, относятся, в частности, ст. 1 ГК РФ, которой установлена возможность ограничения гражданских прав и свободы перемещения товаров только федеральным законом (при этом к числу законов, вводящих соответствующие ограничения, относится и Закон о защите конкуренции), и ст. 10 ГК РФ. Закон о защите конкуренции формулирует требования для хозяйствующих субъектов при их вступлении в гражданско-правовые отношения с другими участниками гражданского оборота 5 .

Согласно п. 2–4 Постановления Конституционного Суда РФ от 04.03.1997 № 4 ‑ П смысл Закона о рекламе не может быть уяснен вне связи с предметом регулирования, целями и сферой применения названного закона, согласно п. 1 его ст. 1, регулирует отношения, возникающие в процессе производства, размещения и распространения рекламы на рынках товаров, работ, услуг. Из пунктов 3, 4 и 5 этой же статьи также следует, что Закон направлен на регулирование правовых отношений по производству, размещению и распространению рекламы. Эти отношения по своей природе являются гражданско-правовыми, поскольку они возникают при осуществлении предпринимательской деятельности, в данном случае предпринимательской деятельности по производству, размещению и распространению рекламы, и в соответствии со ст. 2 ГК РФ должны регулироваться гражданским законодательством. Следовательно, в рассматриваемом аспекте законодательство о рекламе и иные нормативные правовые акты призваны регулировать именно те отношения, возникающие в процессе производства, размещения и распространения рекламы, которые являются предметом гражданского законодательства. Реклама рассматривается законодателем как средство продвижения товаров, работ и услуг на общий рынок и, следовательно, призвана содействовать формированию единого экономического пространства. В этом смысле законодательство о рекламе устанавливает такие нормы, которые в силу их характера и значения для формирования свободных рыночных отношений относятся к правовым основам единого рынка. Целью Закона о рекламе является защита от недобросовестной конкуренции в области рекламы, а его предписания о запрещении недобросовестной, недостоверной, заведомо ложной рекламы товаров и услуг развивают положение Закона о защите конкуренции и реализуют положения Конституции РФ (ст. 8 и 34). Таким образом, правовое регулирование рекламной деятельности связано с установлением правовых основ единого рынка 6 .

Также стоит отметить правовую позицию Конституционного Суда РФ (абз. 4 п. 3 Определения от 06.06.2002 № 115 ‑ О), согласно которой законодательное регулирование осуществления гражданских прав при заключении договора в равной мере распространяется и на их осуществление при исполнении обязательств по договору, поскольку в противном случае требование закона к заключению договора лишалось бы какого бы то ни было смысла и правового значения.

Такая позиция позволяет говорить о злоупотреблении правом при исполнении договорных обязательств 7 .

Определяя организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе предупреждения и пресечения монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, недопущения, ограничения, устранения конкуренции субъектами, названными в статье 3, Закон о защите конкуренции запрещает им как (ч. 1 ст. 10) действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (перечень открытый), так и (ч. 1, 2, 3 ст. 11) соглашения между хозяйствующими субъектами или согласованные действия (ст. 11.1) хозяйствующих субъектов на товарном рынке, если такие соглашения или согласованные действия приводят или могут привести к ограничению конкуренции, запрещает недобросовестную конкуренцию (ст. 14), также запрещает (ч. 1 ст. 15) принимать акты и (или) осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, за исключением предусмотренных федеральными законами случаев принятия актов и (или) осуществления таких действий (бездействия), и (ст. 16) участвовать в соглашениях либо осуществлении согласованных действий, если таковые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции. Более того Закон о конкуренции устанавливает требования к вертикальным соглашениям (ст. 13), а также (ст. 27–31) к созданию и реорганизации коммерческих организаций и к сделкам с акциями (долями), имуществом коммерческих организаций. Закон содержит такой порядок заключения договоров в отношении государственного и муниципального имущества (ст. 17.1, 19, 20), который позволяет обеспечить равный доступ хозяйствующих субъектов к их заключению.

Таким образом, Закон о защите конкуренции ограничивает осуществление гражданских прав в установленных им целях, устанавливает пределы, запреты и предписания их осуществления. Более того, указанное распространяется на возникновение, изменение и прекращение гражданских прав и обязанностей и, как следствие, на возникающие, изменяющиеся и прекращающиеся правоотношения.

Определяя основы государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации, Закон о торговле устанавливает (ст. 13) антимонопольные правила для хозяйствующих субъектов, осуществляющих торговую деятельность, и хозяйствующих субъектов, осуществляющих поставки продовольственных товаров, а также, как и Закон о защите конкуренции, содержит (ст. 14) ограничения приобретения, аренды дополнительной площади торговых объектов.

Между тем Законом о торговле закреплена ст. 9, где установлены права и обязанности хозяйствующего субъекта, осуществляющего торговую деятельность, и хозяйствующего субъекта, осуществляющего поставки продовольственных товаров, в связи с заключением и исполнением договора поставки продовольственных товаров, которая хотя и не отнесена к антимонопольным правилам для данных субъектов, однако, по нашему мнению, относится к антимонопольным требованиям при вступлении в гражданско-правовые отношения.

Поскольку в предмет регулирования Закона о торговле входят отношения, связанные с организацией и осуществлением торговой деятельности, а также отношения, возникающие при осуществлении торговой деятельности (ч. 3 ст. 1), его целями являются обеспечение единства экономического пространства в РФ путем установления требований к организации и осуществлению торговой деятельности, формирования конкурентной среды, обеспечение баланса экономических интересов хозяйствующих субъектов, а также обеспечение при этом соблюдения прав и законных интересов населения (ч. 2 ст. 1), постольку ст. 9 напрямую устанавливает требования для субъектов права при их вступлении в гражданско-правовые отношения и напрямую относится к области антимонопольного регулирования отношений.

Определяя лишь общие принципы закупки товаров, работ и услуг и устанавливая основные требования к закупке для отдельных видов юридических лиц (ч. 2 ст. 1), Закон о закупках очерчивает основные начала (ст. 3), в соответствии с которыми обязано действовать юридическое лицо, подпадающее под регулирование названного закона. Вместе с тем хотелось бы отметить то обстоятельство, что нарушение названного закона связано либо с неисполнением обязанностей, предусмотренных этим законом, либо в связи с несоблюдением той закупочной процедуры, которую установило для себя юридическое лицо.

Поскольку организатором торгов в силу Закона о закупке является юридическое лицо, вступая в гражданско-правовые правоотношения, предусмотренные в том числе ст. 447–449 ГК РФ, постольку нормы Закона о защите конкуренции, как акта гражданского законодательства, применяются к правам и обязанностям лиц, вступающих в гражданско-правовые отношения, при проведении торгов. В результате инициирования и проведения торгов организатором (заказчиком) устанавливается сфера обращения товара (товарный рынок – предмет торгов), в условиях которой происходит соперничество хозяйствующих субъектов (конкуренция – по условиям торгов).

Изложенное означает, что, исходя из предмета и цели регулирования, а также сферы применения Закона о закупках, требования данного закона являются требованиями антимонопольного законодательства.

Закон о рекламе применяется к отношениям, возникающим в процессе производства, размещения и распространения рекламы, и устанавливает требования при вступлении в гражданско-правовые отношения таким субъектам права, как рекламодатель, рекламопроизводитель и рекламораспространитель (соответствующие определения даны в законе). Однако специфика рекламного законодательства заключается в том, что происходит установление требований не к субъектам, а к рекламе. Существуют общие требования именно к рекламе, как информации, которая должна быть достоверной, добросовестной и полноценной, также предусмотрено, чего в рекламе не должно быть и что не допускается (ст. 5). Законодательно закреплены запреты на рекламу определенных товаров (ст. 7). Предусмотрены особенности отдельных способов распространения рекламы, а также особенности рекламы отдельных видов товаров (глава 2, 3). Однако в соответствии со ст. 38 Закона о рекламе ответственность за нарушение каждого из названных требований несет субъект, допустивший факт нарушения. Таким образом, с учетом ранее изложенного Постановления Конституционного Суда РФ от 04.03.1997 № 4 ‑ П, требования Закона о рекламе устанавливают пределы осуществления гражданских прав и относятся к требованиям при возникновении, изменении и прекращении гражданских прав и обязанностей.

Проведенный анализ категорий пределов осуществления гражданских прав и злоупотребления правом, в рамках ст. 10 ГК РФ, позволяет говорить о злоупотреблении правом во всех случаях превышения пределов осуществления этого права.

Для превышения пределов осуществления гражданских прав, приводящего к злоупотреблению правом в сфере конкурентных отношений, необходимо само наличие конкурентных отношений, что видно из анализа последствий Закона о защите конкуренции. Однако следует заметить, что в некоторых случаях нарушения антимонопольного законодательства (например, ст. 10 Закона о защите конкуренции, ст. 9, 13 Закона о торговле, ст. 5 Закона о рекламе) злоупотребление правом может происходить в отношении не только конкурентов, но и контрагентов, потребителей услуг.

Реализованная определенная правовая возможность в определенной ситуации при определенных условиях приводит к превышению пределов осуществления права, злоупотреблению правом и, как частный случай, нарушению антимонопольного законодательства.

Комплексный характер экономических отношений, подпадающих под все сферы правового регулирования, обязывает к взвешенному подходу в выборе средств и способов такого регулирования, особенно в части применения санкций. Представляется, что костяк конкурентных отношений есть сфера гражданско-правового воздействия, и, следовательно, нужно активнее применять такие меры ответственности, как возмещение убытков, компенсация морального вреда и т. п., так как они в большей степени, чем административные способы или какие-либо другие, помогут восстановлению справедливого равновесия интересов, а также обеспечат надлежащее осуществление прав и защиту прав.

Трудно согласиться с выводом профессора О. Н. Садикова о том, что положения ст. 10 ГК РФ не должны применяться в отношении тех гражданских правонарушений, которые имеют правовые особенности и урегулированы специальными нормами 8 . Думается, что признание приоритетного действия специальных правил перед общими не должно разрушать целостности правового института. Разумнее применять данную норму для установления родовых качеств правонарушения (злоупотребления правом), а особенности их преломления применительно к отдельным отношениям регулировать специальными установлениями.

Гражданско-правовые и экономические отношения, сложившиеся в российском экономическом пространстве, далеки от совершенства, в том числе и конкурентные. Однако законодательное регулирование и законодательный подход к конкурентным отношениям позволяет говорить лишь о недостаточной правовой грамотности правоприменителей (самих хозяйствующих субъектов), пренебрежительно относящихся к положениям (требованиям) закона.

Анализируемые категории, такие как превышение пределов осуществления гражданских прав, злоупотребление правом и нарушение антимонопольного законодательства, являются взаимообусловленными, а превышение пределов осуществления гражданских прав и злоупотребление правом – однопорядковыми.

Нарушение антимонопольного законодательства является злоупотреблением права, то есть превышением пределов осуществления гражданских прав.

Однако следует заметить, что не каждое превышение пределов осуществления гражданских прав, то есть злоупотребление правом, является нарушением антимонопольного законодательства.

1 Садиков О. Н. Злоупотребление правом в Гражданском кодексе России // Хозяйство и право. 2002. № 2. С. 43–44.

2 Залеская М. В. Использование наименования юридического лица для получения необоснованных конкурентных преимуществ // Право и экономика. 2001. № 2. С. 19.

3 Садиков О. Н. Указ. соч. С. 44.

4 Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом / О. А. Поротикова. – 2‑е изд., испр. и доп. – М.: Волтерс Клювер, 2008. С. 44

5 Постановление Пленума ВАС РФ от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимоно­польного законодательства».

6 Постановление Конституционного Суда РФ от 04.03.1997 № 4‑П по делу о проверке конституционности ст. 3 ФЗ от 18 июля 1995 года «О рекламе».

7 Определение Конституционного Суда РФ от 06.06.2002 № 115‑О

Законодательная база Российской Федерации

Бесплатная консультация
Федеральное законодательство

  • Главная
  • «ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ)» от 26.11.2001 N 146-ФЗ (ред. от 28.12.2013 с изменениями, вступившими в силу с 01.01.2014)
  • В данном виде документ опубликован не был
  • Документ в электронном виде ФАПСИ, НТЦ «Система»
  • (в ред. от 26.11.2001 — «Парламентская газета», N 224, 28.11.2001;
  • «Российская газета», N 233, 28.11.2001;
  • «Собрание законодательства РФ», N 49, 03.12.2001, ст. 4552)

Статья 1222. Право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим вследствие недобросовестной конкуренции и ограничения конкуренции

1. К обязательствам, возникающим вследствие недобросовестной конкуренции, применяется право страны, рынок которой затронут или может быть затронут такой конкуренцией, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Если недобросовестная конкуренция затрагивает исключительно интересы отдельного лица, применимое право определяется в соответствии со статьями 1219 и 1223.1 настоящего Кодекса.

2. К обязательствам, возникающим вследствие ограничения конкуренции, применяется право страны, рынок которой затронут или может быть затронут этим ограничением конкуренции, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

3. Выбор сторонами права, подлежащего применению к обязательствам, указанным в абзаце первом пункта 1 и пункте 2 настоящей статьи, не допускается.»;

Статья 1222 ГК РФ. Право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим вследствие недобросовестной конкуренции и ограничения конкуренции (действующая редакция)

1. К обязательствам, возникающим вследствие недобросовестной конкуренции, применяется право страны, рынок которой затронут или может быть затронут такой конкуренцией, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Если недобросовестная конкуренция затрагивает исключительно интересы отдельного лица, применимое право определяется в соответствии со статьями 1219 и 1223.1 настоящего Кодекса.

2. К обязательствам, возникающим вследствие ограничения конкуренции, применяется право страны, рынок которой затронут или может быть затронут этим ограничением конкуренции, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

3. Выбор сторонами права, подлежащего применению к обязательствам, указанным в абзаце первом пункта 1 и пункте 2 настоящей статьи, не допускается.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 1222 ГК РФ

1. Обязательства, возникающие вследствие совершения действий, относящихся к недобросовестной конкуренции, сводятся к минимизации ущерба, причиненного такими действиями одному или нескольким (всем) конкурентам на определенном рынке. Статья 1222 предусматривает выбор права, применимого к подобного рода обязательствам. Им считается право страны, рынок которой затронут действием (актом) недобросовестной конкуренции. Для определения такого рынка и, соответственно, права объем коллизионной нормы требует выяснить прежде всего, какие действия конкурентов отнесены к действиям недобросовестной конкуренции.

2. Парижская конвенция по охране промышленной собственности 1883 г. (ратифицирована Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 сентября 1968 г.) устанавливает в ст. 10-bis неисчерпывающий перечень действий недобросовестной конкуренции, защиту от которых обязаны обеспечить страны — участницы Конвенции. Актом недобросовестной конкуренции признается всякое действие, противоречащее честным обычаям в промышленных и торговых делах. В частности, к таким подлежащим запрету действиям или актам относятся: все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной, или торговой деятельности конкурента; или ложные утверждения при осуществлении коммерческой деятельности, способные дискредитировать предприятие, продукты или промышленную либо торговую деятельность конкурента; указания (утверждения), используемые в коммерческой деятельности, которые могут ввести общественность в заблуждение относительно характера, способа изготовления, свойств, пригодности к применению или количества товара.

Пункт 2 ст. 10-ter Конвенции предписывает государствам-участникам предусмотреть в рамках национального права меры судебной или административной защиты промышленников и предпринимателей и их профессиональных объединений для пресечения действий недобросовестной конкуренции в рамках закона страны, где испрашивается такая защита.

Таким образом, защита от недобросовестной конкуренции с позиций положений Парижской конвенции отнесена к сфере защиты промышленной собственности, включенной Всемирной организацией интеллектуальной собственности (ВОИС) в состав интеллектуальной собственности. Статья 1222, развивая положения Парижской конвенции и ст. 1232 Модели ГК для стран СНГ о том, что к правам на интеллектуальную собственность применяется право страны, где испрашивается защита этих прав, вносит уточнения относительно последствий совершения действий недобросовестной конкуренции и в качестве применимого права определяет закон страны, рынок которой затронут недобросовестной конкуренцией. Такое положение вытекает из существа недобросовестной конкуренции, во многих случаях тесно связанной с иными правами интеллектуальной (исключительной) собственности. Здесь следует иметь в виду, что законодатель не распространяет действие норм российского законодательства о конкуренции на объекты исключительных прав, о чем свидетельствует соответствующее положение Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ «О защите конкуренции», в соответствии с которым запрет на злоупотребление доминирующим положением не распространяется на действия по осуществлению исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации продукции, работ или услуг (п. 4 ст. 10).

3. В зарубежном законодательстве недобросовестная конкуренция чаще всего рассматривается в качестве разновидности противоправного действия — деликта (Франция, Бельгия, Италия, ФРГ, Австрия). Поэтому вполне логично, что в Федеральном законе Австрии 1978 г. о международном частном праве коллизионная норма об определении права, применимого к обязательствам из недобросовестной конкуренции, включена в норму, посвященную внедоговорным требованиям о возмещении вреда (ч. 2 § 48). Выбор применимого права согласно австрийскому закону осуществляется аналогично ст. 1222 — по праву того государства, на чей рынок конкуренция оказывает воздействие. Такая же коллизионная норма имеется в Федеральном законе Швейцарии 1987 г. о международном частном праве (ст. 136), согласно которой к требованиям из недобросовестной конкуренции применяется право государства, на рынке которого наступили вредные последствия. Исключение составляет действие недобросовестной конкуренции, причинившее вред только предприятию определенного конкурента (ч. 2 ст. 136). В этом случае применяется право места нахождения этого предприятия.

4. Применение коллизионной нормы ст. 1222 требует отделить собственно недобросовестную конкуренцию от ограничительной торговой (предпринимательской) практики. Последняя в большинстве зарубежных стран (Франция, ФРГ, Швейцария, США, Великобритания) отнесена к монополистической деятельности конкурентов, использованию ими своего доминирующего положения на рынке. Вследствие этого в Законе Швейцарии 1987 г. сформулированы две коллизионные нормы: одна касается права, применимого к обязательствам, возникающим вследствие ограничения конкуренции, другая — к обязательствам, возникающим из недобросовестной конкуренции. Обязательства о возмещении вреда, причиненного вследствие ограничения конкуренции, подчиняются праву государства, на рынке которого вредные последствия ограничения конкуренции наступили непосредственно для потерпевшего (ч. 1 ст. 137). В Законе Румынии 1992 г. о регулировании отношений международного частного права (ст. 117), хотя и разграничиваются обязательства, возникающие вследствие недобросовестной конкуренции и вследствие незаконных ограничений свободной конкуренции, по общему правилу ко всем таким обязательствам применяется закон государства, на рынке которого наступили вредные последствия. По выбору потерпевшего может также применяться право того государства, где он имеет местонахождение, если вредные последствия акта недобросовестной конкуренции касаются только этого лица, или может быть применен закон, избранный сторонами в договоре, если акт недобросовестной конкуренции нанес ущерб отношениям договорного обязательства (ст. 118).

5. В российском законодательстве ст. ст. 8 и 34 Конституции РФ гарантируют единство экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержку конкуренции, свободной экономической деятельности. Не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию. В соответствии со ст. 71 (п. «ж») Конституции РФ установление правовых основ единого рынка, включающих вопросы единого экономического пространства и развития конкуренции, относится к ведению Российской Федерации.

Статья 10 ГК запрещает использовать гражданские права в целях ограничения конкуренции, а также злоупотреблять доминирующим положением на рынке. Таким образом, Конституция РФ и ГК не проводят четкого разграничения между недобросовестной конкуренцией и ограничительной предпринимательской (монополистической) деятельностью.

Подобное разграничение проводится в действующем Федеральном законе «О защите конкуренции». В качестве предмета и цели указанного Федерального закона определены организационные и правовые основы защиты конкуренции, в том числе предупреждения и пресечения монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции (п. 1 ч. 1 ст. 1).

Статья 4 упомянутого Федерального закона дает определение конкуренции как соперничества хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующих товарных рынках. Одновременно эта же норма определяет недобросовестную конкуренцию как любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам — конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Самостоятельно сформулированы определения: монополистической деятельности, под которой понимаются злоупотребление хозяйствующим субъектом, группой лиц своим доминирующим положением, соглашения или согласованные действия, запрещенные антимонопольным законодательством, а также иные действия (бездействие), признанные в соответствии с федеральными законами монополистической деятельностью, систематического осуществления монополистической деятельности как деятельности, выявленной в установленном законом порядке более двух раз в течение трех лет.

Достаточно широко определены и признаки ограничения конкуренции, в числе которых сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, а также иные обстоятельства, создающие возможность хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке.

Неисчерпывающий перечень действий недобросовестной конкуренции, в отношении совершения которых установлен императивный запрет, содержится в ст. 14 Федерального закона «О защите конкуренции». К ним отнесено:

распространение ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту либо нанести ущерб его деловой репутации;

введение в заблуждение в отношении характера, способа и места производства, потребительских свойств, качества и количества товара или в отношении его производителей;

некорректное сравнение хозяйствующим субъектом производимых или реализуемых им товаров с товарами, производимыми или реализуемыми другими хозяйствующими субъектами;

продажа, обмен или иное введение в оборот товара, если при этом незаконно использовались результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации продукции, работ, услуг;

незаконное получение, использование, разглашение информации, составляющей коммерческую, служебную или иную охраняемую законом тайну.

Специальный запрет введен на действия недобросовестной конкуренции, связанные с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации продукции, работ или услуг. Важным с позиций недопущения недобросовестной конкуренции является положение ст. 14 указанного Федерального закона.

Поскольку ст. 1222 содержит единственную в ГК коллизионную норму, определяющую право, подлежащее применению к конкурентным отношениям, следует, исходя из расширительного толкования понятия «недобросовестная конкуренция», сделать вывод о распространении этой нормы также на монополистическую и иную ограничительную предпринимательскую деятельность.

Сферой применения Федерального закона «О защите конкуренции», как это установлено ст. 3, являются отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, и в которых участвуют российские юридические лица и иностранные юридические лица, организации, федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации, а также государственные внебюджетные фонды, Центральный банк РФ, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели. Закон прямо распространяется на отношения, в которых участвуют не только российские, но и иностранные юридические лица, причем положениям Закона придан экстерриториальный характер применительно к соглашениям между российскими и иностранными лицами либо организациями при наличии определенных условий. Такими условиями признаются:

достижение соглашений в отношении находящихся на территории Российской Федерации основных производственных средств и (или) нематериальных активов либо в отношении акций (долей) российских хозяйственных обществ, прав в отношении российских коммерческих организаций;

ограничение конкуренции в Российской Федерации в результате заключения соглашения.

Следует отметить, что экстерриториальный характер применения Федерального закона «О защите конкуренции» проявляется в вопросах контроля над экономической концентрацией. В то же время применительно к недобросовестной конкуренции указанный Закон не содержит оговорки о его экстерриториальном действии в связи с проявлением последствий недобросовестных конкурентных актов на рынках Российской Федерации.

6. При постановке коллизионного вопроса о праве, применимом к обязательствам из недобросовестной конкуренции (в широком смысле), и содержании формулы прикрепления коллизионной нормы ст. 1222 требуется уяснить понятие рынка, затронутого такой конкуренцией, поскольку именно рынок той или иной страны определяет установление применимого права.

Федеральный закон «О защите конкуренции» содержит определение товарного рынка (п. 4 ст. 4) как сферы обращения товара (в том числе товара иностранного производства), который не может быть заменен другим товаром, или взаимозаменяемых товаров, в границах которой (в том числе географических) исходя из экономической, технической или иной возможности либо целесообразности приобретатель может приобрести товар, и такая возможность либо целесообразность отсутствует за ее пределами. Подобное определение понятия «товарный рынок» не корреспондирует с понятием «рынок, который затронут недобросовестной конкуренцией», содержащемуся в коллизионной норме ст. 1222. По смыслу коллизионной привязки данной нормы под рынком, затронутым недобросовестной конкуренцией, следует понимать территорию страны, где акт недобросовестной конкуренции отражается на конкурентных отношениях участников рынка или затрагивает интересы потребителей. Если же актом недобросовестной конкуренции затронуты рынки нескольких стран, то не исключается возможность применения права нескольких стран.

7. Общая коллизионная норма ст. 1222 не исключает применения к требованиям из недобросовестной конкуренции права и иного государства, если это вытекает из закона или существа обязательства.

Регулирование конкурентных отношений в любом государстве предусматривает наличие императивных норм, содержащих запреты, адресованные не только предпринимателям — участникам конкурентных отношений, но и органам исполнительной власти. Подобные предписания содержатся и в российском законодательстве.

Статьями 15 и 16 Федерального закона «О защите конкуренции» установлен запрет федеральным органам исполнительной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, органам местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органам и организациям, а также государственным внебюджетным фондам, Центральному банку РФ принимать акты и (или) осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, за исключением предусмотренных федеральными законами случаев принятия актов и (или) осуществления таких действий (бездействия). В частности, запрещено:

введение ограничений в отношении создания хозяйствующих субъектов в какой-либо сфере деятельности, а также установление запретов или введение ограничений в отношении осуществления отдельных видов деятельности или производства определенных видов товаров;

необоснованное препятствование осуществлению деятельности хозяйствующими субъектами, в том числе путем установления не предусмотренных законодательством Российской Федерации требований к товарам или к хозяйствующим субъектам;

установление запретов или введение ограничений в отношении свободного перемещения товаров в Российской Федерации, иных ограничений прав хозяйствующих субъектов на продажу, покупку, иное приобретение, обмен товаров;

дача хозяйствующим субъектам указаний о первоочередных поставках товаров для определенной категории покупателей (заказчиков) или о заключении в приоритетном порядке договоров;

установление для приобретателей товаров ограничений выбора хозяйствующих субъектов, которые предоставляют такие товары;

предоставление хозяйствующему субъекту доступа к информации в приоритетном порядке;

предоставление государственной или муниципальной преференции в нарушение порядка, установленного гл. 5 этого Федерального закона.

Запрещены соглашения между федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными осуществляющими функции указанных органов органами и организациями, а также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком РФ или между ними и хозяйствующими субъектами либо осуществление этими органами и организациями согласованных действий, если такие соглашения или такое осуществление согласованных действий приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.

Императивно предусмотрен целый ряд иных ограничений действий органов государственного управления и местного самоуправления.

Подобные ограничения, установленные императивными нормами закона, могут существовать и в законодательстве зарубежных стран. Вследствие этого при определении применимого права не исключается обращение к ст. 1192 ГК (см. комментарий к ней).

8. Право иное, чем право страны, рынок которой затронут недобросовестной конкуренцией, может применяться, если это вытекает из существа обязательства. Например, согласно ч. 1 ст. 137 Федерального закона Швейцарии 1987 г. о международном частном праве к обязательствам из ограничения конкуренции применяется право страны, на рынке которой ущерб от такого ограничения наступил непосредственно для потерпевшего. Также может быть применен закон договора, заключенного между сторонами, если совершенный акт недобросовестной конкуренции нанес ущерб их отношениям (ст. 118 Закона Румынии 1992 г. о регулировании отношений международного частного права).

9. Поскольку обязательства, возникающие вследствие недобросовестной конкуренции, могут иметь комплексный характер и одновременно включать требования о защите от незаконного использования иных объектов промышленной собственности — товарных знаков и знаков обслуживания, фирменных наименований, иных знаков, идентифицирующих предприятие, товар, услугу, в практике возможны сложности с определением рынка, затронутого недобросовестной конкуренцией. В качестве последствия подобных комплексных требований и обязательств не исключена ситуация, когда часть из них регулируется правом одной страны, а часть — правом другой страны, в зависимости от того, рынок какой из них (географический и товарный) окажется затронутым недобросовестной конкуренцией.