П 4 ст 1 гк рф

Статья 1 ГК РФ. Основные начала гражданского законодательства

Новая редакция Ст. 1 ГК РФ

1. Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

2. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

3. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

4. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

5. Товары, услуги и финансовые средства свободно перемещаются на всей территории Российской Федерации.

Ограничения перемещения товаров и услуг могут вводиться в соответствии с федеральным законом, если это необходимо для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей.

Комментарий к Ст. 1 ГК РФ

1. Основные начала гражданского права — это основополагающие идеи (общие принципы), которые определяют основное содержание гражданско-правового регулирования в целом, отраслевую специфику норм гражданского права и практику их применения.

Значение основных начал гражданского законодательства выражается в том, что они:

а) являются определяющей линией при развитии и совершенствовании гражданского законодательства;

б) выступают базовым критерием при толковании норм гражданского права;

в) признаются важнейшей основой при применении гражданского права, в том числе при его применении по аналогии.

Основные начала — это базовые, ведущие принципы гражданского права, т.е. его главные идеи, основополагающие положения. Вместе с тем наряду с указанными началами для гражданского права, его понимания и практического применения существенное значение принадлежит и другим принципам. В том числе принципам духовно-этического характера, отраженным в ст. 6 ГК РФ при характеристике аналогии. Это следующие принципы:

Не меньшее значение в гражданском праве принадлежит и особым правовым принципам отдельных институтов, юридических конструкций, норм. Таким, например, как «принцип следования» в отношении владения, принцип истребования вещи в натуре (виндикационный иск) при защите права собственности и т.д. Научное постижение принципов гражданского права, и прежде всего его основных начал, представляет собой наиболее высокое «цивилистическое знание» — глубокое освоение смысла и назначения данной отрасли права, которое во многом предопределяет основательную подготовку по гражданскому праву в целом.

2. Гражданские права в соответствии с основными началами имеют высокий юридический статус. Российский Гражданский кодекс определяет статус и юридическую силу гражданских прав приближенно к статусу конституционных прав. По ГК РФ гражданские права могут быть ограничены в принципе на тех же основаниях, что и конституционные права — только на основании федерального закона и только в тех исчерпывающих случаях, которые прямо указаны в Кодексе.

3. Пункт 3 комментируемой статьи содержит принцип единого товарного (экономического) пространства. Гражданское законодательство в соответствии с Конституцией России относится к федеральному ведению. Субъекты Российской Федерации, муниципальные образования, иные лица не вправе так или иначе препятствовать свободному экономическому обороту. Стабильность и прозрачность имущественных отношений обеспечивают наиболее эффективное гражданско-правовое регулирование.

Таким образом, положение абзаца третьего пункта 2 статьи 77 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предоставляющее внешнему управляющему право в одностороннем порядке отказаться от исполнения договоров должника на том лишь основании, что они заключены на срок свыше одного года. и тем самым лишающее контрагентов возможности оспорить в суде такой односторонний отказ, вводит несоразмерное ограничение гарантированных Конституцией Российской Федерации свободы экономической деятельности и, следовательно, свободы договора, а также права на свободное использование имущества для предпринимательской деятельности, прав владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом и нарушает принцип юридического равенства (Постановление КС РФ от 06.06.2000 N 9-П).

Другой комментарий к Ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации

1. В п. 1 комментируемой статьи сформулированы основные принципы гражданского законодательства РФ.

Под равенством участников гражданских отношений понимается отсутствие между ними отношений власти и подчинения. В то же время объем принадлежащих участнику таких отношений субъективных прав может быть различным.

Неприкосновенность собственности — это не только один из основных принципов гражданского законодательства, но и важнейший конституционный принцип, сформулированный в ч. 3 ст. 35 Конституции РФ.

Понятие «свобода договора» раскрывается в комментарии к ст. 421 ГК.

Недопустимость произвольного вмешательства в частные дела означает, что любое ограничение свободы усмотрения субъектов гражданских правоотношений в приобретении и осуществлении своих гражданских прав или получение информации о частной сфере этих субъектов помимо их воли допустимо лишь на основании и в порядке, установленных законом.

Об осуществлении и защите гражданских прав см. комментарий к ст. ст. 9 — 16 ГК.

2. Осуществление гражданами и юридическими лицами своих гражданских прав своей волей и в своем интересе представляет собой общий принцип гражданского права. Отступление от него допускается при реализации полномочий представителя, своей волей осуществляющего гражданские права представляемого в интересах последнего. О представительстве см. комментарий к ст. ст. 182 — 184.

Правило относительно свободы определения любых не противоречащих законодательству условий договора конкретизируется применительно к договорным отношениям принципом свободы усмотрения участников гражданских правоотношений, их правом совершать сделки, как предусмотренные, так и не предусмотренные законом, но не противоречащие ему (см. об этом также комментарий к ст. 8 ГК).

3. Указанные в п. 2 ст. 1 ГК допустимые основания ограничения гражданских прав воспроизводят соответствующие положения ч. 3 ст. 55 Конституции РФ. При этом ограничение существующего субъективного права не следует отождествлять со случаями, когда само право по своему содержанию изначально является ограниченным в силу закона по сравнению с другим аналогичным, но более «сильным» правом, как это имеет место при сравнении, например, права собственности с производными от него иными вещными правами — правом хозяйственного ведения (ст. 294 ГК) и правом оперативного управления (ст. 296 ГК).

4. Приведенный в п. 3 ст. 1 перечень оснований, по которым законом могут быть введены ограничения перемещения товаров и услуг, является исчерпывающим и не подлежит расширительному толкованию. Свобода перемещения финансовых средств на территории РФ ограничена быть не может.

Статья 1. Основные начала гражданского законодательства

1. Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

2. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

3. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

4. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

5. Товары, услуги и финансовые средства свободно перемещаются на всей территории Российской Федерации.

Ограничения перемещения товаров и услуг могут вводиться в соответствии с федеральным законом, если это необходимо для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей.

Комментарий к Ст. 1 ГК РФ

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (далее — ГК РФ) открывается формулировкой наиболее значимых постулатов, на которых зиждется гражданско-правовое регулирование в современной России. Эти основные начала гражданского законодательства, в правовой науке чаще именуемые принципами отрасли права, — важнейшие концептуальные положения, определяющие содержание правового регулирования гражданско-правовых отношений с учетом их специфики.

Принципы (основные начала) права — это своеобразная квинтэссенция многовекового опыта правового регулирования определенной сферы общественных отношений. Для гражданского законодательства в этом контексте наибольшее значение имеют наследие римского частного права и его рецепции в средневековом европейском законодательстве; эволюция идеи естественного права как своеобразного идеального образца правопорядка, лежащего в основе всякого писаного (позитивного) права; развитие института прав человека и гражданина в их оптимальном сочетании с публичными интересами.

2. Выступая в качестве основы для всех норм ГК РФ, принципы гражданско-правового регулирования так или иначе проявляются во всех его частностях и деталях. Самостоятельное значение они имеют как минимум в трех аспектах.

Во-первых, законодатель оставляет на усмотрение судов разрешение тех ситуаций в гражданском обороте, которые оказались не урегулированными действующим законодательством. В таких случаях судам рекомендовано руководствоваться именно общими началами и смыслом гражданского законодательства (так называемая аналогия права, см. об этом комментарий к ст. 6 ГК).

Во-вторых, в отдельных конкретных ситуациях законодатель связывает правовые последствия с соответствием или несоответствием поведения их участников принципам разумности и добросовестности (см. правила о переработке или спецификации (ст. 220 ГК), давностном владении (ст. 234 ГК), добросовестном приобретении (ст. ст. 302 — 303 ГК), сроке исполнения обязательств (ст. 314 ГК) и др.).

Наконец, в-третьих, в соответствии с общими началами гражданско-правового регулирования в необходимых случаях осуществляется толкование гражданско-правовых норм — выявление смысла нормы, содержащейся в нормативно-правовом акте, применительно к конкретным ситуациям, требующим правового урегулирования, или к группе однотипных ситуаций, в которых норма может быть понята двояким образом либо с искажением ее подлинного смысла.

Толкование может носить официальный характер, исходя от органа, который издал толкуемую норму (аутентическое), или судебного органа (легальное), и неофициальный характер (научное или доктринальное). Толкования различаются по способу: грамматическое (по буквальному смыслу нормативного текста с учетом правил орфографии), историческое (с учетом конкретных исторических обстоятельств, в которых принимался и действовал нормативный акт), систематическое (с учетом содержания и смысла как в целом всего нормативного акта, так и в его соотношении с иными нормативными правовыми актами, в первую очередь — той же отраслевой принадлежности) и логическое (с учетом правил формальной логики и специфики отраслевого логико-понятийного инструментария). Однако во всяком случае толкование норм происходит в контексте отраслевых принципов.

3. Учение об отраслевых принципах традиционно хорошо разработано в отечественной правовой науке. В этой связи необходимо помнить, что в доктрине формулируется более широкий круг основных начал гражданского законодательства, чем тот, который приведен в комментируемой статье. Как правило, называемые учеными принципы раскрывают и конкретизируют положения Гражданского кодекса либо корреспондируют с характеристиками метода гражданско-правового регулирования. Наиболее часто и последовательно в науке гражданского права упоминаются в качестве его «дополнительных» отраслевых принципов автономия воли участников гражданско-правовых отношений, их правовая инициатива и активность, правонаделение и диспозитивность норм как метод действия законодателя в сфере гражданского оборота. Все эти характеристики так или иначе проистекают из основного начала гражданского законодательства, упомянутого в ГК РФ в первой же его статье, — принципа равенства участников регулируемых данным Кодексом отношений.

4. В отличие от уголовного, административного права и некоторых иных отраслей так называемого публичного права, выполняющих в первую очередь охранительную функцию, гражданское право является отраслью регулятивной, т.е. рассчитанной на не просто допустимое, а на поощряемое правопорядком поведение участников общественных отношений, в регулировании которого запреты и ограничения в сравнении с охранительными отраслями минимальны. Равным образом метод гражданского права отличен от метода налогового, трудового, природоохранного права, где высока роль предписаний определенной модели юридически значимого поведения.

В гражданском обороте преобладают не субординационные, а координированные взаимоотношения его участников, что предполагает активность последних в приобретении, осуществлении и защите субъективных гражданских прав, приобретении и несении субъективных гражданских обязанностей. Для большинства моделей гражданско-правовых отношений, регулируемых ГК РФ, не характерен диктат законодателя. Нормы Кодекса носят диспозитивный характер, т.е. выбор того или иного варианта поведения зависит от воли участника правоотношения.

Принцип равенства участников отношений, регулируемых гражданским законодательством, состоит в гарантированном правопорядком равном положении участников гражданского оборота, отсутствии преимуществ у кого-либо из них вне зависимости от личных качеств или общественного статуса и обеспечении им возможности свободной взаимной оценки мотивов и предпосылок для участия в гражданских правоотношениях.

5. Принцип равенства участников гражданских правоотношений проявляется в ряде важных особенностей правового статуса последних. Если в других отраслях права органы, наделенные публичной юрисдикцией, наделены также правом диктовать свою волю другим субъектам, то в гражданских правоотношениях публичные образования не реализуют свои властные полномочия; эта сторона их правосубъектности остается как бы «за кадром». В соответствии со ст. 124 ГК РФ Российская Федерация, ее субъекты, а также муниципальные образования выступают в отношениях, регулируемых гражданским законодательством, на равных началах с иными участниками этих отношений — гражданами и юридическими лицами.

Еще одним важным проявлением принципа равенства участников гражданского оборота является закрепленное в ч. 2 ст. 8 Конституции РФ и в п. п. 3 и 4 ст. 212 ГК РФ положение о равенстве в Российской Федерации всех форм собственности. Предусмотренные на сегодняшний день законом частная собственность (граждан и юридических лиц), а также государственная (Российской Федерации и ее субъектов) и муниципальная собственность провозглашены абсолютно идентичными по своей значимости.

Равенство форм собственности обеспечивается, во-первых, установлением по общему правилу единого для всех субъектов гражданского оборота порядка приобретения, осуществления и прекращения права собственности, а во-вторых, равной защитой прав всех собственников (соответственно п. п. 3 и 4 ст. 212 ГК).

Единообразие в защите всех форм собственности проявляется, в частности, в отказе от существовавшего в относительно недавнем прошлом принципа так называемой неограниченной виндикации государственной собственности. Статья 90 ГК РФ 1964 г. относила иски об истребовании государственного имущества из незаконного владения к кругу требований, на которые не распространяется исковая давность. В действующем ГК РФ одинаковый подход обеспечивается установлением единых для всех субъектов гражданского оборота общего и специальных сроков исковой давности, а также приостанавливающих и прерывающих ее течение обстоятельств.

6. Вторым по очередности, как и по значению, в комментируемой статье упомянут принцип неприкосновенности собственности — элемент конституционного правового статуса гражданина и правоспособности организаций, состоящий в гарантированной возможности накапливать, обособлять и защищать свою имущественную сферу предусмотренными законом способами. Изначально он закреплен в ст. 35 Конституции России, провозглашающей, что никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

Несмотря на то что динамика гражданского оборота реализуется в основном в обязательственных правоотношениях, именно вещные права обеспечивают стабильность экономического положения и социального статуса субъектов, в связи с чем значение гарантий неприкосновенности собственности трудно переоценить. Тенденциями современной российской законотворческой и судебной практики являются укрепление позиций собственников, титульных владельцев и добросовестных приобретателей имущества, усовершенствование существующих и разработка новых эффективных механизмов защиты вещных прав.

7. Принцип свободы договора конкретизируется в п. 2 комментируемой статьи: граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Эти положения дополнительно раскрыты законодателем в ст. 421 ГК РФ и реализуются в предоставлении участникам гражданского оборота возможности свободно проявлять свое волеизъявление при заключении договора, как предусмотренного, так и не предусмотренного законом или иными правовыми актами, а также содержащего элементы различных договоров; определять по своему усмотрению содержание условий договора, кроме случаев, когда оно предписано императивной нормой закона или иного правового акта, в том числе изменять диспозитивные нормы законодательства. Указанная норма также содержит запрет на понуждение к заключению договора, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, иным законом или добровольно принятым обязательством.

8. Следующие три основные начала гражданского законодательства, сформулированные в ГК РФ, носят функциональный характер и призваны обеспечить полноценную реализацию первых трех начал. Речь в них идет о недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав и об обеспечении восстановления нарушенных прав и их судебной защиты.

Принцип беспрепятственности осуществления гражданских прав благодаря своему универсальному характеру занимает в этой триаде центральное положение и в известной степени охватывает собой два других. Этот важнейший постулат гражданского права раскрывается в п. 2 комментируемой статьи, в соответствии с которым физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. В п. 1 ст. 9 ГК РФ уточняется, что субъективные гражданские права осуществляются гражданами и юридическими лицами по своему усмотрению.

Дополнительной гарантией реализации принципа беспрепятственности осуществления гражданских прав служат закрепленные в ст. 8 ГК РФ правила о плюрализме оснований возникновения гражданских прав и обязанностей. Таковые могут возникать как из правовых актов, так и из действий граждан и юридических лиц, порождающих права и обязанности в силу общих начал и смысла гражданского законодательства. Перечень действий граждан и юридических лиц, с которыми правопорядок связывает возникновение гражданских прав и обязанностей, сформулирован законодателем как открытый.

9. Общее правило о свободе в осуществлении приобретенных гражданских прав знает исключения. Во-первых, гражданскому праву известны ситуации, когда в силу своего специального статуса управомоченное лицо не имеет возможности отказаться от осуществления права или осуществлять его без должных заботливости и осмотрительности. Речь идет о ситуациях, когда эти права осуществляются их субъектом в интересах другого лица — например, опекуном в интересах подопечного, доверительным управляющим в интересах учредителя управления и пр. Во-вторых, полнота свободы осуществления гражданских прав своей волей, в своем интересе и по своему усмотрению ограничивается универсальным институтом запрета на злоупотребление правом (см. комментарий к ст. 10 ГК).

Осуществление субъективного гражданского права — это процесс реализации в конкретных действиях эталонной модели социального поведения. Так же, как от идеальной модели гражданского правоотношения — общественного отношения, подлежащего урегулированию нормой права, отличается реальное взаимодействие его участников, так и от формируемой совокупностью факторов меры возможного поведения управомоченного лица следует отличать ее реальное осуществление.

Действия субъектов прав, направленные на осуществление последних, могут внешне находиться в границах меры возможного поведения, но при этом осуществляющие их лица могут не соблюдать вышеперечисленные ограничения, т.е. выходить за пределы осуществления гражданских прав. В структуре данного понятия можно выделить злоупотребление правом в узком смысле как поведение, при котором превышаются пределы осуществления права и причиняется вред окружающим лицам и которое совершается с прямым или косвенным умыслом, т.е. собственно употребление права во зло другому. Частным случаем такого правонарушения является шикана, т.е. осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу (п. 1 ст. 10 ГК).

Помимо шиканы законодатель называет в п. 1 ст. 10 ГК РФ еще два варианта поведения участников гражданского оборота, требующие квалификации как злоупотребление правом: действия в целях ограничения конкуренции и злоупотребление доминирующим положением на рынке.

10. Содержащаяся в п. 3 комментируемой статьи дополнительная гарантия беспрепятственного осуществления гражданских прав в виде правила о свободном перемещении товаров, услуг и финансовых средств по всей территории РФ воспроизводит норму ст. 8 Конституции РФ и конкретизируется подп. 3 п. 1 ст. 15 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции). Не допускается установление кем бы то ни было каких-либо правил (в частности, в рамках ограниченной региональной юрисдикции), препятствующих свободному обороту активов в едином экономическом пространстве Российской Федерации, ограничивающих каким-либо образом продажу, покупку, иное приобретение, обмен товаров.

———————————
Собрание законодательства РФ. 2006. N 31 (ч. 1). Ст. 3434.

11. Недопустимость произвольного вмешательства в частные дела выступает важной гарантией необходимого для любого цивилизованного общества оптимального баланса частных и публичных интересов, определения оправданных пределов вторжения правопорядка в частную сферу и добрососедских отношений частных лиц.

Эту гарантию следует понимать двояко. С одной стороны, она фиксирует в качестве важнейшего общего правила неприкосновенность частной сферы. С другой стороны, частная инициатива и частные интересы не могут простираться безгранично, поскольку на определенном этапе неизбежно начнут посягать на инициативу и интересы других лиц, а также на общественные интересы. Поэтому, закрепляя недопустимость произвольного вторжения в частные дела, законодатель сохраняет возможность основанного на законе и оправданного вмешательства в них. По сути, это переложение известной формулы «мое право заканчивается там, где начинается право другого».

Недопустимость произвольного вмешательства в частные дела обеспечивается рядом важных законодательных установлений. Прежде всего это положения Конституции РФ (в частности, ее ст. 23), формирующие так называемый правовой статус гражданина перечислением неотъемлемых прав его личности (в том числе право на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны и т.д.).

Целым рядом нормативных актов (например, частью четвертой ГК РФ, Федеральным законом от 27 июля 2006 г. N 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее — Закон об информации) и др.) установлены гарантии сохранности частной информации, промышленной собственности, коммерческой тайны, которые наряду с нормами о неприкосновенности собственности устанавливают определенные барьеры на пути всякого произвольного вмешательства в частную сферу.

———————————
Собрание законодательства РФ. 2006. N 31 (ч. 1). Ст. 3448.

Все допускаемые законом возможности посягательства на частные интересы носят в гражданском праве характер исключений. Они, как правило, являются реакцией на недопустимые варианты реализации частного интереса, корреспондируют с нормами охранительных отраслей, а в рамках гражданского законодательства присутствуют в нормах о гражданско-правовой ответственности, о понуждении другого субъекта к определенным действиям или к воздержанию от определенных действий, на котором управомоченный субъект вправе настаивать.

Кроме таких случаев вмешательство в частную сферу может оправдываться исключительно общественными интересами высокого уровня значимости. Общее правило об этом сформулировано в ч. 2 п. 2, ч. 2 п. 3 комментируемой статьи, а также в ст. 10 ГК РФ — допускаются ограничения гражданских прав и свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств исключительно на основании федерального закона и в оправданной мере.

Примерами таких ограничений, установленных федеральным законодательством, могут служить нормы, содержащиеся в ст. 11 Федерального конституционного закона от 30 мая 2001 г. N 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении» , ст. 1 Федерального конституционного закона от 30 января 2002 г. N 1-ФКЗ «О военном положении» , ст. 77 Кодекса внутреннего водного транспорта РФ, ст. 29 Устава железнодорожного транспорта РФ.

———————————
Собрание законодательства РФ. 2001. N 23. Ст. 2277.

Собрание законодательства РФ. 2002. N 5. Ст. 375.

12. Принцип обеспечения восстановления нарушенных прав и их судебной защиты логически завершает комплект функционального инструментария для полноценной реализации основных начал гражданского законодательства. Способность защищать свои нарушенные гражданские права является неотъемлемым элементом гражданской правосубъектности.

Защита гражданских прав — это допускаемые правопорядком действия управомоченного лица, направленные на восстановление нормальных условий для осуществления его нарушенного права и (или) на восстановление первоначального состояния его имущественной сферы посредством возмещения причиненного ему вреда.

В формулировке комментируемого принципа законодатель не случайно сделал акцент на восстановлении нарушенных прав. Охранительные меры в гражданском праве носят в первую очередь компенсационный и лишь затем — дисциплинирующий характер.

Возможность совершать активные действия для защиты своего нарушенного права в качестве одного из правомочий входит в состав субъективного права как меры возможного поведения. Однако актуализируется эта возможность не всегда, а только в тех случаях, когда субъект в результате неправомерных действий других лиц утрачивает способность осуществлять принадлежащее ему право адекватным образом.

Управомоченный субъект волен по своему усмотрению выбирать способ осуществления права. Однако в некоторых случаях, даже при отсутствии видимых нарушений конкретных прав и интересов других лиц, способ осуществления права может быть явно неадекватен нормам морали и нравственности, правилам общественного порядка и благочиния, обычаям делового оборота. Подобная неадекватность может либо подпадать под признаки уголовного преступления или административного правонарушения, либо быть квалифицирована как злоупотребление правом.

Одним из аспектов универсального правила о недопустимости осуществления своего права во вред другому лицу является устойчиво сформировавшееся в судебной практике представление о безусловном приоритете ценности жизни и здоровья человека по сравнению с материальными ценностями. Следствием этого выступает запрет защиты права, предметом которого служит материальная ценность, способами, ставящими под угрозу жизнь и здоровье окружающих (например, ограждение земельного участка проволокой под высоким электрическим напряжением).

13. Несмотря на то что гражданским законодательством допускаются меры по самозащите права — действия в состоянии необходимой обороны (ст. 1066 ГК), крайней необходимости (ст. 1067 ГК) и так называемые меры оперативного воздействия (например, ст. 359, п. 3 ст. 715 ГК), приоритетное положение в развитой системе правопорядка принадлежит юрисдикционным формам защиты права. Наиболее важное значение среди них имеет судебный порядок защиты права, который наиболее адекватен современному состоянию гражданского оборота и специфике гражданских правоотношений. Судебное решение, вынесенное с учетом сформировавшейся и апробированной судебной практики, после вступления в законную силу становится важным фактором, стабилизирующим как развитие конкретного гражданского правоотношения, так и (через совокупность таких отношений) существование всего гражданского оборота.

Произошедший в 90-е гг. XX столетия переход отечественного судопроизводства от так называемой инквизиционной системы правосудия к состязательной системе явился последовательным шагом по обеспечению подлинного равенства участников гражданских правоотношений, поощрения правопорядком их активности в защите своих прав и законопослушания.

Значительная часть гражданских дел разрешается судами общей юрисдикции — мировыми и федеральными. Мировым судьям подсудны споры, характер которых не предполагает разбирательства дел большой сложности (см. ст. 23 ГПК ). Дела о бесспорных взысканиях рассматриваются мировыми судьями в упрощенном и ускоренном порядке так называемого приказного производства (гл. 11 ГПК).

———————————
Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации // Собрание законодательства РФ. 2002. N 46. Ст. 4532.

Споры, возникающие в процессе предпринимательской деятельности, разрешаются в системе арбитражных судов. Специфический вариант судебной защиты нарушенного права — обращение в Конституционный Суд РФ. Таким обращением обжалуются либо содержание действующей нормы закона, либо сформировавшаяся практика ее применения судами общей или арбитражной юрисдикции, в силу которых последними в защите права было отказано.

В отличие от англо-американской системы права российская судебная система не применяет технику прецедентов, в соответствии с которой вынесенное ранее судебное решение может иметь значение источника правового регулирования и применяться для разрешения иного аналогичного спора. В связи с этим практика российских судов носит разноречивый характер и нуждается в целях усовершенствования в изучении, обобщении и анализе, предпринимаемом как на неофициальном, так и на официальном уровне. Единообразие судебной практики достигается посредством издания высшими судебными инстанциями (Верховным Судом РФ и Высшим Арбитражным Судом РФ) руководящих разъяснений, обязательных для исполнения нижестоящими судами и потому выполняющих роль образцов толкования закона. В то же время к приданию решениям высших судов статуса судебных прецедентов в строгом смысле этого термина, о котором в последнее время много говорят, наш правопорядок едва ли готов.

Двоякую роль могут выполнять решения Конституционного Суда РФ — как толкования закона для выявления его смысла и способа применения, не противоречащих Конституции РФ, так и прекращения действия норм, несоответствие которых Конституции РФ выявлено Судом. Во втором случае решение Конституционного Суда РФ по сути имеет значение источника законодательства.

Примечательно, что в некоторых решениях Конституционный Суд РФ формулирует и общие начала законодательства. Например, в Определении от 4 декабря 2007 г. N 966-О-П в качестве одного из основополагающих аспектов требования верховенства права называется требование правовой определенности.

14. Наряду с перечисленными в комментируемой статье основными началами гражданского законодательства, конституирующими его смысл и позволяющими применять право по аналогии, ст. 6 ГК РФ называет три института, сопоставимые по своей значимости для всего массива гражданско-правового регулирования. Эта сопоставимость позволяет считать добросовестность, разумность и справедливость поведения участников гражданских правоотношений принципами гражданского права, названными в законодательстве.

Статья 1. Основные начала гражданского законодательства

1. Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

2. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

3. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

4. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

5. Товары, услуги и финансовые средства свободно перемещаются на всей территории Российской Федерации.

Ограничения перемещения товаров и услуг могут вводиться в соответствии с федеральным законом, если это необходимо для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей.

Комментарий к статье 1 Гражданского Кодекса РФ

1. Статья 1 провозглашает семь основных начал (принципов) (лат. «principium» — «основа, начало») гражданского законодательства (далее — ОНГЗ) — исходных и руководящих положений (идей), на которых покоится гражданское право и которым подчиняются все или по крайней мере большинство охватываемых им явлений, в том числе имеющих для отрасли ключевое значение. В их числе — равенство участников гражданских правоотношений, неприкосновенность собственности, свобода договора, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты (п. 1 ст. 1); приобретение и осуществление гражданских прав участниками гражданских правоотношений своей волей и в своем интересе (абз. 1 п. 2 ст. 1); свободное перемещение на всей территории РФ товаров, работ и услуг (единство экономического пространства РФ — абз. 1 п. 3 ст. 1).

ОНГЗ — вариации конституционных норм, наиболее близких современному гражданскому (частному) праву и опосредуемым им многоукладным децентрализованным рыночным отношениям (см. ст. ст. 8, 17, 19, 23 — 25, п. 5 ст. 32, ст. ст. 33 — 35, 45 — 47, 55, 56, 60, 74, 118 Конституции РФ). Поэтому хотя формально перечень ОНГЗ исчерпывающий, в него можно включить и другие основные идеи, например обязанность участников гражданских правоотношений соблюдать права других участников (п. 2 ст. 6, п. 1 ст. 7, п. 3 ст. 17 Конституции РФ и ст. 10 ГК); согласно п. 1 ст. 8, п. 1 ст. 34 и п. 1 ст. 44 Конституции РФ, а также принимая во внимание, что в условиях единства российского частного права ГК регулирует в том числе и отношения между предпринимателями и с их участием (абз. 3 п. 1 ст. 2 ГК), список ОНГЗ могла бы дополнить свобода экономической и иной предпринимательской деятельности, а также свобода творчества, признание и охрана прав на результаты интеллектуальной деятельности (интеллектуальных прав).

Поскольку ОНГЗ заложены в Конституции РФ — акте, имеющем верховенство на всей территории РФ и высшую юридическую силу (п. 2 ст. 4, п. 1 ст. 15), не случайно, что они присущи не только гражданскому, но и иному законодательству (например, семейному, трудовому, процессуальному), одновременно даже в рамках законодательства гражданского они не могут претендовать на всеобъемлющий (отраслевой) характер (например, неприкосновенность собственности связана с вещным правом, а свобода договора — с договорным). Наряду с ОНГЗ, имеющими конституционный характер, существуют гражданско-правовые принципы (надлежащее исполнение обязательств — ст. 309 ГК, свобода завещания — ст. 1119 и др. ГК); известны также надправовые категории, несущие философский и нравственный смысл (добросовестность, разумность, справедливость, недопустимость злоупотребления правом — п. 2 ст. 6 и ст. 10 ГК, гуманность — ст. 5 СК РФ).

ОНГЗ взаимосвязаны: только в условиях подлинного равенства участников возможна истинная свобода договора, а реальная обеспеченность восстановления нарушенных прав и их судебной защиты — надежный гарант неприкосновенности собственности. ОНГЗ повторяются, дополняются и расшифровываются в последующих нормах ГК. Так, равенству участников гражданских правоотношений (которое является юридическим, а не экономическим или иным), неприкосновенности собственности, свободе договора и приобретению и осуществлению гражданских прав участниками своей волей и в своем интересе корреспондируют равенство, автономия воли и имущественная самостоятельность — обобщающий специфический признак всех гражданских правоотношений (абз. 1 п. 1 ст. 2 ГК), п. 1 ст. 17 ГК признает за всеми гражданами равную правоспособность, а ст. 124 ГК — равенство участвующих в гражданских отношениях РФ, ее субъектов и муниципальных образований. Свобода договора немедленно раскрывается в абз. 1 п. 2 ст. 1 как свобода в установлении посредством договора любых прав и обязанностей его контрагентов, а также свобода в определении любых договорных условий, если последние не противоречат законодательству; далее свободу договора расшифровывают ст. ст. 421, 422 ГК. В связи с иными ОНГЗ в ст. 9 ГК говорится об осуществлении гражданами и юридическими лицами принадлежащих им гражданских прав по своему усмотрению, в ст. 11 ГК — о судебной защите нарушенных или оспоренных гражданских прав, в п. 4 ст. 212 ГК — о равной защите прав всех собственников, наконец, целям обеспечения восстановления нарушенных прав в натуре или в денежном выражении служит целый комплекс гражданско-правовых средств, названных в ст. 12 и в последующих статьях ГК (ст. ст. 13, 15, 16, 151, 167 — 180, 301, 303, 393, 396, 1064, 1082).

ОНГЗ влияют на содержание и смысл отдельных гражданских норм и их совокупностей, помогают правильному их пониманию, предрешают цивилистический метод и отраслевой режим в целом, а при отсутствии норм прямого действия или хотя бы сходных норм, которые могли бы использоваться по аналогии закона (п. 1 ст. 6 ГК), помогают определить права и обязанности сторон (так называемая аналогия права — п. 2 ст. 6 ГК). Поскольку ОНГЗ имеют конституционное происхождение (а иногда ГК и вовсе дублирует Конституцию — ср. абз. 2 п. 2 и абз. 2 п. 3 ст. 1 с п. 3 ст. 55 и п. 2 ст. 74 Конституции), всякое нарушение ОНГЗ (в том числе их ограничение вопреки установленным требованиям) нарушает не только ст. 1, но и Конституцию. Противоречие гражданской нормы ОНГЗ — повод для ее проверки на предмет соответствия Конституции.

2. Из трех пунктов ст. 1 лишь два последних говорят о возможности ограничения соответствующих ОНГЗ (что, видимо, и предрешило особенности ее организации), однако отсюда не следует, что ОНГЗ, названные в п. 1, ограничению не подлежат. Сам же ГК, признавая равную гражданскую правоспособность (п. 1 ст. 17), одновременно допускает возможность ограничения и право-, и дееспособности (ст. 22); дифференцирует дееспособность с учетом целого ряда обстоятельств (ст. ст. 21, 26 — 30); наделяет разные организации различной правоспособностью (абз. 1, 2 ст. 49); учитывая неравенство между основным обществом (товариществом) и дочерним обществом, заботится об обеспечении прав и интересов последнего (п. п. 2 и 3 ст. 105).

Иногда законодатель намеренно отходит от принципа юридического равенства участников, предоставляя посредством правовых норм преференции более слабым экономически и потому уязвимым субъектам и выравнивая тем самым неодинаковые их возможности. Примеры тому — специальные договоры (§ 2 гл. 30, § 2 гл. 37 ГК) и отдельные нормы (ст. 538, п. 2 ст. 547 ГК) с явными протекционистскими ресурсом и направленностью. Именно благодаря системе «юридических сдержек и противовесов» в рамках гражданского законодательства сформировалось особое законодательство, регулирующее и защищающее права граждан, удовлетворяющих бытовые потребности (потребителей).

Небезграничны и другие ОНГЗ. Так, неприкосновенность собственности ограничивается в условиях конфликта между правом собственности и интересами добросовестного приобретателя в целях обеспечения устойчивости гражданского оборота (абз. 2 п. 2 ст. 223, абз. 2 п. 2 ст. 46 и ст. 302 ГК), а также со стороны правил п. 2 ст. 235 ГК. В свою очередь, свобода договора ограничивается в публичных целях и интересах третьих лиц со стороны императивных норм законодательства, правил о публичном договоре и договоре присоединения, об обязательном заключении договора (п. 1 ст. 422, ст. ст. 426, 428, 445 ГК).

Поскольку гражданское законодательство по общему правилу не регулирует, а защищает неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага (ст. 150 ГК) и не применяется к отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой (п. п. 2 и 3 ст. 2 ГК), недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела может ограничиваться административным, налоговым, процессуальным и другим негражданским законодательством. Судебная защита нарушенного гражданского права также не единственна: в предусмотренных законом случаях возможна его административная защита, а также самозащита (п. 2 ст. 11, ст. 14 ГК).

В связи с тем что ограничения (изъятия) претерпевают все ОНГЗ (что само по себе не колеблет их статуса и значения принципов), структура ст. 1 объясняется не абсолютным характером ОНГЗ, названных в п. 1, а тем, что последние могут ограничиваться законом и иным образом, а сами ограничения — быть общими и индивидуальными (персональными). Так, п. 2 ст. 23 и ст. 25 Конституции, провозглашая право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а также право на неприкосновенность жилища (в связи с упоминаемой в п. 1 ст. 1 недопустимостью произвольного вмешательства в частные дела), допускает ограничение первого права на основании судебного решения, а второго — в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения; п. 2 ст. 8, п. п. 1, 3 ст. 35 Конституции, одинаково признавая и защищая все формы собственности (в связи с упоминаемой в п. 1 ст. 1 неприкосновенностью последней), допускает лишение имущества по решению суда и принудительное его отчуждение для госнужд.

3. Особенность ограничения гражданских прав и свободного перемещения товаров и услуг (абз. 2 п. 2, абз. 2 п. 3 ст. 1) состоит в том, что общим требованием для этого является уровень установления ограничения (федеральный закон), среди требований специальных — преследуемые при этом цели защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (при ограничении гражданских прав), обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей (при ограничении единства экономического пространства).

Так, в целях защиты нравственности, прав и законных интересов граждан открытие игорных заведений (кроме букмекерских контор и тотализаторов) возможно только в игорных зонах, которые могут создаваться только на территории предусмотренных законом субъектов РФ — п. 1 ст. 1, п. п. 4, 5 ст. 5, ст. 9 ФЗ от 29 декабря 2006 г. N 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (СЗ РФ. 2007. N 1 (ч. I). Ст. 7). Сам ГК, будучи федеральным законом, в целях защиты прав и законных интересов других лиц — участников хозяйственных товариществ и обществ, а также сособственников — ограничивает продажу долей (их частей) в складочном (уставном) капитале товариществ (обществ) и в праве общей долевой собственности третьим (посторонним) лицам, предусматривая необходимость согласования такой сделки с остальными участниками (ч. 1 ст. 79 ГК) либо признавая за ними и сособственниками преимущественное право покупки доли (ее части) (подп. 4 п. 2 ст. 85, п. 2 ст. 93, абз. 2 п. 2 ст. 97, ст. 250 ГК).

Напротив, всякое ограничение со стороны подзаконного акта или закона субъекта РФ либо в иных целях, чем названные в абз. 2 п. 2 и абз. 2 п. 3 ст. 1, незаконно. Не стоит придавать значения тому, что п. 1 ст. 1 говорит о равенстве всех участников, тогда как ее абз. 1 п. 2 — только о гражданах (физических лицах) и юридических лицах, которые приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе и права которых, следуя ее же абз. 2 п. 2, только и могут претерпевать ограничения. Граждане и юридические лица только по общему правилу осуществляют гражданские права своей волей и в своем интересе. Так, сделки в интересах и от имени малолетних и недееспособных совершают их родители, усыновители или опекуны (п. 1 ст. 28 в связи со ст. 172, п. 2 ст. 29 в связи со ст. 171 ГК), тогда как сделки несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет могут блокировать их родители, усыновители или попечитель, а сделки лиц, ограниченных судом в дееспособности, равно как и получение такими лицами заработка, пенсии и иных доходов и распоряжение ими, — их попечители (п. 1 ст. 26 в связи со ст. 175, п. 1 ст. 30 в связи со ст. 176 ГК). Особо урегулированы действия в чужом интересе без поручения (гл. 50 ГК). Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования не названы в абз. 1 п. 2 ст. 1, однако как возможные участники гражданских правоотношений упоминаются в абз. 2 п. 1 ст. 2 ГК; в рамках подраздела 2 ГК им особо посвящена гл. 5, где они признаны субъектами гражданского права (ст. 124 ГК). Данные публичные субъекты, участвуя в гражданских правоотношениях, всегда приобретают и осуществляют права в интересах населения соответствующих территорий, к ним, на равных выступающих с гражданами и юридическими лицами, по общему правилу применяются правила о юридических лицах (ст. 124 ГК).

Свобода перемещения товаров, услуг и финансовых средств связывается с территорией РФ (абз. 1 п. 3 ст. 1) и означает, что на территории РФ не допускается установление таможенных границ, пошлин, сборов и каких-либо иных препятствий для свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств (п. 1 ст. 74 Конституции). Учитывая взаимосвязь правил п. 3 ст. 1, правило его абз. 2 предусматривает возможность ограничения данного начала на территории РФ, за пределами РФ перемещение товаров, услуг и финансовых средств может ограничиваться и в ином порядке и по иным основаниям (например, в рамках деятельности таможенных органов). В свою очередь, на территории РФ ограничение единства экономического пространства федеральным законом в целях, указанных в абз. 2 п. 3 ст. 1, возможно только в части товаров и услуг, при этом ничего не говорится о финансовых средствах, отличающихся от иных объектов повышенной оборотоспособностью. Сам ГК не раскрывает понятие «финансовые средства» (в п. 2 ст. 132 Конституции они противопоставляются материальным средствам). Наличный и безналичный оборот на территории РФ денег (валюты РФ) ограничению не подлежит: рубль — законное платежное средство, обязательное к приему по нарицательной стоимости на всей территории РФ (абз. 1 п. 1 ст. 140 ГК). Напротив, оборот ценных бумаг (гл. 7 ГК) — объектов, наиболее близких деньгам в системе объектов гражданских прав, знает ограничения, причем в иных целях, чем названные в абз. 2 п. 3 ст. 1 (см. ст. ст. 1, 4, 5 Закона о защите инвесторов). Однако ни то ни другое не противоречит буквальному смыслу абз. 2 п. 3 ст. 1 ГК.

От случаев ограничения гражданских прав федеральным законом в целях, указанных в абз. 2 п. 2 ст. 1, следует отличать: а) иные случаи ограничения (обременения) гражданского права, которые могут покоиться на договоре или решении суда. Так, договор или решение суда об установлении сервитута ограничивает право собственности на данный объект — ст. ст. 274 — 275 ГК, в рамках заключенного договора купли-продажи нельзя исключать передачу продавцом покупателю товара, обремененного правом (притязанием) третьего лица — ст. ст. 460 — 462 ГК; б) случаи легальной ограниченности некоторых гражданских прав (так, ограниченными в сравнении с правом собственности являются все прочие вещные права — ст. 216 ГК, ср. ст. 209 со ст. ст. 295 — 298 ГК); в) случаи ограничения право- и дееспособности граждан и юридических лиц (п. п. 1, 2 ст. 22, п. 4 ст. 26, ст. 30, ст. 49, абз. 1 п. 2 ст. 52 ГК). Случаи ограничения федеральным законом перемещения товаров и услуг (абз. 2 п. 3 ст. 1) не тождественны случаям ограничения отдельных видов деятельности (абз. 3 п. 1 ст. 49 ГК), а также ограниченной оборотоспособности и неспособности к обороту некоторых объектов (ст. ст. 129, 1180 ГК), хотя ограниченность товара в обороте или изъятие его из оборота во всяком случае не позволяют говорить и о свободе его перемещения на территории РФ.