Статья 122 конституция рф

Статья 122 конституция рф

1. Правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом.

2. Судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства.

3. Судебная система Российской Федерации устанавливается Конституцией Российской Федерации и федеральным конституционным законом. Создание чрезвычайных судов не допускается.

Судьями могут быть граждане Российской Федерации, достигшие 25 лет, имеющие высшее юридическое образование и стаж работы по юридической профессии не менее пяти лет. Федеральным законом могут быть установлены дополнительные требования к судьям судов Российской Федерации.

1. Судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.

2. Суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону, принимает решение в соответствии с законом.

1. Судьи несменяемы.

2. Полномочия судьи могут быть прекращены или приостановлены не иначе как в порядке и по основаниям, установленным федеральным законом.

1. Судьи неприкосновенны.

2. Судья не может быть привлечен к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом.

1. Разбирательство дел во всех судах открытое. Слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом.

2. Заочное разбирательство уголовных дел в судах не допускается, кроме случаев, предусмотренных федеральным законом.

3. Судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

4. В случаях, предусмотренных федеральным законом, судопроизводство осуществляется с участием присяжных заседателей.

Финансирование судов производится только из федерального бюджета и должно обеспечивать возможность полного и независимого осуществления правосудия в соответствии с федеральным законом.

1. Конституционный Суд Российской Федерации состоит из 19 судей.

2. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, одной пятой членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, органов законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации разрешает дела о соответствии Конституции Российской Федерации:

а) федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации;

б) конституций республик, уставов, а также законов и иных нормативных актов субъектов Российской Федерации, изданных по вопросам, относящимся к ведению органов государственной власти Российской Федерации и совместному ведению органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов Российской Федерации;

в) договоров между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации, договоров между органами государственной власти субъектов Российской Федерации;

г) не вступивших в силу международных договоров Российской Федерации.

3. Конституционный Суд Российской Федерации разрешает споры о компетенции:

а) между федеральными органами государственной власти;

б) между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации;

в) между высшими государственными органами субъектов Российской Федерации.

4. Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, в порядке, установленном федеральным законом.

5. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, органов законодательной власти субъектов Российской Федерации дает толкование Конституции Российской Федерации.

6. Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу; не соответствующие Конституции Российской Федерации международные договоры Российской Федерации не подлежат введению в действие и применению.

7. Конституционный Суд Российской Федерации по запросу Совета Федерации дает заключение о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента Российской Федерации в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления.

Верховный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом по гражданским, уголовным, административным и иным делам, подсудным судам общей юрисдикции, осуществляет в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах судебный надзор за их деятельностью и дает разъяснения по вопросам судебной практики.

Исключена поправкой к Конституции Российской Федерации (Закон Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации «О Верховном Суде Российской Федерации и прокуратуре Российской Федерации»).

1. Судьи Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации назначаются Советом Федерации по представлению Президента Российской Федерации.

2. Судьи других федеральных судов назначаются Президентом Российской Федерации в порядке, установленном федеральным законом.

3. Полномочия, порядок образования и деятельности Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации и иных федеральных судов устанавливаются федеральным конституционным законом.

1. Полномочия, организация и порядок деятельности прокуратуры Российской Федерации определяются федеральным законом.

2. Генеральный прокурор Российской Федерации и заместители Генерального прокурора Российской Федерации назначаются на должность и освобождаются от должности Советом Федерации по представлению Президента Российской Федерации.

3. Прокуроры субъектов Российской Федерации назначаются на должность Президентом Российской Федерации по представлению Генерального прокурора Российской Федерации, согласованному с субъектами Российской Федерации. Прокуроры субъектов Российской Федерации освобождаются от должности Президентом Российской Федерации.

4. Иные прокуроры, кроме прокуроров городов, районов и приравненных к ним прокуроров, назначаются на должность и освобождаются от должности Президентом Российской Федерации.

5. Прокуроры городов, районов и приравненные к ним прокуроры назначаются на должность и освобождаются от должности Генеральным прокурором Российской Федерации.

Статья 122 Конституции России

Текст Ст. 122 Конституции РФ в действующей редакции на 2018 год:

1. Судьи неприкосновенны.

2. Судья не может быть привлечен к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом.

Комментарий к Ст. 122 Конституции Российской Федерации

1. Судьями в соответствии с законом являются лица, наделенные в конституционном порядке полномочиями осуществлять правосудие и исполняющие свои обязанности на профессиональной основе. Судьи независимы и подчиняются только Конституции РФ и закону. В своей деятельности по осуществлению правосудия они никому не подчинены*(663).

В соответствии с положениями ст. 12 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» и п. 1 ст. 2 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» все судьи в Российской Федерации обладают единым статусом и различаются между собой только полномочиями и компетенцией; особенности правового положения отдельных категорий судей определяются федеральными законами, а в случаях, ими предусмотренных, также и законами субъектов РФ.

Положениями ст. 12 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» установлено, что судья несменяем; он не подлежит переводу на другую должность или в другой суд без его согласия, и его полномочия могут быть прекращены или приостановлены не иначе как по основаниям и в порядке, установленном данным Законом.

Лицо, наделенное полномочиями судьи с нарушением требований, установленных Конституцией РФ, федеральными конституционными законами и федеральными законами, не может осуществлять правосудие. Состав суда, в котором заседает такое лицо, является незаконным, а вынесенные им судебные постановления подлежат отмене*(664).

Единство статуса судей обусловлено тем, что каждый судья — полноправный носитель государственной власти и при исполнении обязанностей судьи принимает решения самостоятельно, подчиняясь только Конституции РФ и федеральным законам. Содержание этого единства выражается в общих принципах назначения судей на должности, едином порядке прекращения полномочий судей, в их несменяемости и неприкосновенности, в общих принципах реализации права на отставку судей, а также в том, что эти права судьи защищаются федеральным законом в равной мере, независимо от должности*(665). Однако есть и целый ряд существенных различий в правовом положении судьей в зависимости от объема полномочий и компетенции*(666).

2. Неприкосновенность судьи как гарантия независимого правосудия не означает его безнаказанности. Судью можно преследовать за поступки, несовместимые с авторитетом судейской должности, с законом. Но вина судьи подлежит доказыванию в особом порядке. Неприкосновенность судьи означает только одно — судья в случае нарушения законодательства должен преследоваться по особой процедуре, не так, как обычный гражданин. В противном случае любой орган, недовольный решением судьи, может придраться к нему и инициировать уголовное дело.

Институт неприкосновенности судей решает эту задачу.

Согласно Информационному письму Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 1999 г. «О состоянии законодательства об ответственности судей»*(667), вопросы ответственности судей решаются с учетом того, что Конституцией РФ и российским законодательством судьи наделены особым статусом. Так, согласно п. 3 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации», уголовное дело в отношении судьи может быть возбуждено только Генеральным прокурором РФ или лицом, исполняющим его обязанности, при наличии согласия соответствующей квалификационной коллегии судей.

Судья не может быть привлечен к уголовной ответственности, заключен под стражу, подвергнут приводу без согласия квалификационной коллегии судей. Заключение судьи под стражу допускается лишь с санкции Генерального прокурора РФ или лица, исполняющего его обязанности, либо решением суда (п. 4 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации»).

Судья не может быть привлечен к административной и дисциплинарной ответственности. Судья не может быть привлечен к какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении правосудия мнение и принятое решение, если вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена его виновность в преступном злоупотреблении (п. 2 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации»).

Судья не может быть задержан, принудительно доставлен в какой бы то ни было государственный орган в порядке производства по делам об административных правонарушениях. Судья, задержанный по подозрению в совершении преступления, задержанный или доставленный в орган внутренних дел, другой государственный орган в порядке производства по делам об административных правонарушениях, после установления его личности должен быть немедленно освобожден.

Уголовное дело в отношении судьи по его требованию, заявленному до начала судебного разбирательства, должно быть рассмотрено только Верховным Судом РФ (п. 7 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации»).

Усложненный порядок возбуждения уголовного дела в отношении судьи, привлечения его к уголовной ответственности, заключения под стражу (с согласия соответствующей квалификационной коллегии судей) выступает лишь в качестве процедурного механизма и способа обеспечения независимости судей и не означает освобождения их от уголовной или иной ответственности. При наличии достаточных оснований и с соблюдением установленных в федеральном законодательстве процедур судья за допущенные им нарушения законов может быть привлечен как к уголовной, так и к иной ответственности, в связи с чем могут быть не только приостановлены, но и прекращены его полномочия. Так, например, полномочия судьи прекращаются в связи с занятием деятельностью, несовместимой с должностью судьи, совершением поступка, позорящего честь и достоинство судьи или умаляющего авторитет судебной власти (подп. 7, 9 п. 1 ст. 14 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации»). Полномочия судьи прекращаются решением соответствующей квалификационной коллегии судей.

Статья 122 Конституции Российской Федерации

Последняя редакция Статьи 122 Конституции РФ гласит:

1. Судьи неприкосновенны.

2. Судья не может быть привлечен к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом.

Комментарий к Ст. 122 КРФ

1. Одной из основных форм обеспечения независимости судебной власти (см. комм. к ст. 120) выступает конституционный принцип неприкосновенности ее носителей — судей, который и провозглашен комментируемой статьей. Международные документы, содержащие общепринятые стандарты в сфере осуществления правосудия, такие, как «Основные принципы, касающихся независимости судебных органов», одобренные в 1985 г. Генеральной Ассамблеей ООН, и «Эффективные процедуры осуществления Основных принципов, касающихся независимости судебных органов», принятые ЭКОСОС в 1990 г., Европейская хартия о статусе судей, а также более общие: Всеобщая декларация прав человека 1948 г., Международные пакты о правах 1966 г., Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и др. — содержат более широкое определение этого основополагающего принципа — необходимость признания современным демократическим государством как идеи неприкосновенности (судейского иммунитета), так и обеспечения безопасности (более подробно см. комм. к ст. 120) судьи (п. 16-20 Основных принципов, процедура 5 Эффективных процедур).

В РФ принцип неприкосновенности судьи воспроизведен не только на конституционном уровне, но и в судоустройственном законодательстве. Он, в частности, содержится в ст. 16 ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» (СЗ РФ. 1994. N 1. Ст. 1; 2001. N 51. Ст. 4824; 2003. N 27. Ст. 2698; 2005. N 15. Ст. 1274), ст. 15 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (СЗ РФ. 1994. N 13. Ст. 1447; 2001. N 7. Ст. 607; N 51. Ст. 4825; 2004. N 24. Ст. 2334; 2005. N 15. Ст. 1273; 2007. N 7. Ст. 829) и в ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации» (Ведомости РФ. 1992. N 30. Ст. 1792; СЗ РФ. 1995. N 26. Ст. 2399; 2000. N 26. Ст. 2736; 2001. N 51. Ст. 4834; 2004. N 35. Ст. 3607; 2005. N 15. Ст. 1274 и 1278; 2006. N 5. Ст. 5277; 2007. N 10. Ст. 1151).

Очевидно, что судья в силу специфики своей профессиональной деятельности, состоящей в разрешением юридических конфликтов самого различного рода — от споров между людьми до споров между государственными органами, а иногда и государствами (в смысле ч. 2 ст. 5 Конституции), — не обладающий судейским иммунитетом (освобождением или установлением особого, сложного порядка привлечения к уголовной, административной или дисциплинарной ответственности), весьма уязвим. С другой стороны, обеспечение безопасности судьи в этих условиях также выступает одной из неотъемлемых функций государства.

Комментируемая норма ч. 1 ст. 122 на первый взгляд провозглашает только неприкосновенность личности судьи. Но состояние неприкосновенности, безусловно, распространяется и на жилище или служебное помещение судьи, используемые им транспорт, средства коммуникации, охватывает его корреспонденцию и иные документы и материалы, имущество и т.д. (ч. 1 ст. 16 Закона о статусе судей). По своей правовой природе состояние неприкосновенности судьи является специальным проявлением более общих конституционных норм, определяющих основы правового статуса человека (см. комм. к ст. 21-25). Особенности этого правового состояния обусловлены названными выше обстоятельствами и заключаются, во-первых, в повышении уровня защищенности; во-вторых, в установлении особого, отличного от общего, порядка реализации полномочий других государственных институтов, касающихся необходимости государственного вторжения в сферу профессиональной жизни судьи. Существование гарантии неприкосновенности судьи отнюдь не означает его полного освобождения от юридической ответственности за совершенные им правонарушения различного рода. Конституция лишь обязывает Российскую Федерацию обеспечить и в этом случае реализацию ценности существования независимого правосудия (см. комм. к ст. 120). «. В этих целях провозглашается несменяемость и неприкосновенность судей, а также предусматривается их надлежащее материальное содержание (ст. 119, 120, 121, 122 и 124 Конституции). Конституционный статус судьи является не личной привилегией, а средством, призванным обеспечивать каждому действительную защиту его прав и свобод правосудием (ст. 18 Конституции)», — констатировал Конституционный Суд в Постановлении от 19 февраля 2002 г. N 5-П по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 15 Закона РФ от 26 июня 1992 г. «О статусе судей в Российской Федерации», ст. 2 ФЗ от 21 июня 1995 г. «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» и ч. 1 ст. 7 ФЗ от 10 января 1996 г. «О дополнительных гарантиях социальной защиты судей и работников аппаратов судов Российской Федерации» в связи с жалобами ряда граждан — судей и судей в отставке» (СЗ РФ. 2002. N 10. Ст. 1015).

Важную часть судейского иммунитета составляет гарантия свободы выражения мнения, представленная применительно к этому специфическому субъекту российского права как свобода судейского суждения — а отчасти и усмотрения — на основе Конституции и закона, опираясь на факты конкретного дела, вынести то или иное судебное решение, заключающееся в законодательном запрете (и корреспондирующим обязанностям) привлечения судьи, в том числе судьи, пребывающего в отставке или просто перешедшего на другую работу, к какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении правосудия мнение и принятое судом решение, если только вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена виновность судьи в преступном злоупотреблении либо вынесении заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта.

2. Часть 2 комментируемой статьи конкретизирует понятие «неприкосновенность судьи», устанавливая необходимость существования особого правового порядка привлечения судьи к уголовной ответственности. Уголовное преследование или преследование за административный проступок (в тех странах, где это понятие существует), связанное с возможностью ограничения свободы, естественно представляет наибольшую угрозу для человека. Именно поэтому судейский иммунитет в этой части учрежден непосредственно Конституцией. Детально порядок привлечения судей к уголовной ответственности в РФ определен в ст. 16 Закона о статусе судей.

В настоящий момент решение по вопросу о возбуждении уголовного дела в отношении судьи либо о привлечении его в качестве обвиняемого по другому уголовному делу принимается, согласно п. 3 ст. 16 Закона о статусе судей:

— в отношении судьи Конституционного Суда — Генеральным прокурором на основании заключения судебной коллегии в составе трех судей Верховного Суда о наличии в действиях судьи признаков преступления и с согласия Конституционного Суда;

— в отношении судьи Верховного Суда, Высшего Арбитражного Суда, верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда, федерального арбитражного суда — Генеральным прокурором на основании заключения судебной коллегии в составе трех судей Верховного Суда о наличии в действиях судьи признаков преступления и с согласия Высшей квалификационной коллегии судей;

— в отношении судей иного суда — судей федеральных районных и гарнизонных судов, а также судей субъектов Федерации (Закон о статусе судей не содержит перечня иных судов) — Генеральным прокурором на основании заключения судебной коллегии в составе трех судей, соответственно, верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа о наличии в действиях судьи признаков преступления и с согласия квалификационной коллегии судей соответствующего субъекта Федерации.

Решение Конституционного Суда и соответствующей судебной коллегии принимается с участием представителя Генерального прокурора в течение 10 дней после поступления представления Генерального прокурора.

Любые изменения в ходе расследования уголовного дела квалификации состава преступления, которое может повлечь ухудшение положения судьи, допускаются в порядке, аналогичном приведенному выше.

Названные выше судебные коллегии и суды (в соответствии с определенной выше иерархией) принимают и решение об избрании в отношении судьи в качестве меры пресечения заключения под стражу (естественно, при этом не обсуждается вопрос о наличии или отсутствии в действиях лица признаков состава преступления).

В случаях необходимости осуществления оперативно-розыскных мероприятий, следственных действий в отношении судьи при условии, что в отношении него уголовное дело не возбуждено и он не привлечен в качестве обвиняемого по другому уголовному делу, и при условии, что эти меры связаны с ограничением гражданских прав лица либо с нарушением судейского иммунитета, такие меры могут быть проведены только на основании решения, принимаемого:

— в отношении судьи Конституционного Суда, Верховного Суда, Высшего Арбитражного Суда, верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда, федерального арбитражного суда — судебной коллегией в составе трех судей Верховного Суда;

— в отношении судьи иного суда — судебной коллегией в составе трех судей соответствующего верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа.

Решение по вопросу о привлечении судьи к административной ответственности принимается судебными коллегиями по схеме, приведенной в предыдущем фрагменте комментария, но на основании представления Генерального прокурора в течение 10 дней с момента получения последнего.

Цель установления такого сложного порядка привлечения судей к уголовной и административной ответственности, осуществления в отношении судьи оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий, на наш взгляд, очевидна: обеспечение главного из трех великих «не» — независимости судей и судебной власти в целом, что весьма четко сформулировал законодатель в п. 8 ст. 16 Закона о статусе судей: установив, что производство всех вышеперечисленных мероприятий или действий в отношении судьи обусловлено его позицией, занятой при осуществлении правосудия, соответствующие суды (в широком смысле этого слова) и квалификационные коллегии судей отказывают в даче согласия на производство указанных мероприятий или действий*(28).

Данный порядок был установлен в 2001 г., он заменил более простой, существовавший ранее: уголовное дело в отношении судьи могло также быть возбуждено только Генеральным прокурором или лицом, исполняющим его обязанности, но при наличии согласия соответствующей квалификационной коллегии судей. Аналогичен был порядок заключения судьи под стражу и привода.

Усложнение порядка возбуждения уголовного дела и т.п. в отношении судьи, на наш взгляд, носит чрезмерный характер; в частности, излишним представляется участие в этом процессе профессиональной коллегии судей. Необходимо также помнить об уровне суда, представители которого становятся участниками «тройки», что, в свою очередь, вызывает вопрос о некоторой связанности судей нижестоящих судов (именно они, как правило, будут рассматривать соответствующее дело) мнением судей вышестоящего суда. А имея в виду включение в текст нового УПК ст. 448, корреспондирующей ст. 16 Закона о статусе судей и одновременно создавшей условия для включения, во всяком случае судебной практикой, данной группы дел в общий порядок осуществления уголовного судопроизводства, в том числе в части обжалования решений коллегии из трех судей, этот порядок представляется недостаточно четко определенным в части полномочий судейской «тройки».

Конституционный Суд в Определении от 14 декабря 2004 г. N 53-О по жалобе гр. Шевелевой Л.А. на нарушение ее конституционных прав пунктом 4 ч. 1 ст. 448 УПК (ВКС РФ. 2005. N 3) устранил эту неопределенность, указав, что коллегия, состоящая из трех судей Верховного Суда (поскольку дело заявительницы было рассмотрено составом судей именно этого Суда), давая заключение о наличии либо отсутствии в действиях судьи федерального арбитражного суда признаков преступления, проверяет лишь достаточность представленных Генеральным прокурором РФ данных, указывающих на эти признаки, и правомерность его утверждения о наличии оснований для возбуждения уголовного преследования в отношении судьи и не вправе делать выводы, которые могут содержаться только в итоговом решении по уголовному делу. К сожалению, сама концепция рассматриваемого института не была, да и не могла быть, предметом рассмотрения в Конституционном Суде.

Уголовное дело в отношении судьи подлежит рассмотрению ординарным судом (см. комм. к ст. 47), но вне зависимости от характера преступления, в совершении которого обвиняется судья, его дело по его требованию может быть рассмотрено Верховным Судом. Данное положение является еще одной немаловажной гарантией неприкосновенности судьи в частности и независимости судьи в целом.

Вопрос о существовании и пределах судебного иммунитета неоднократно был предметом рассмотрения в Конституционном Суде. Как правило, заявители оценивали существование особого порядка привлечения судей к ответственности, в первую очередь уголовной, как нарушение принципов равенства граждан (ст. 19 Конституции) и отдельных конституционных статей, касающихся неприкосновенности жилища, корреспонденции и т.д., перечисленных выше, и особенно в ст. 46. Во всех случаях Конституционный Суд подтверждал значимость конституционного положения о неприкосновенности судьи в качестве «закрепляющего один из существенных элементов статуса судьи и важнейшую гарантию его профессиональной деятельности, направленную на обеспечение основ конституционного строя, связанных с разделением властей, самостоятельностью и независимостью судебной власти (ст. 10 и 120 Конституции). Судейская неприкосновенность является не личной привилегией гражданина, а средством защиты публичных интересов, и прежде всего интересов правосудия. Следует также учитывать особый режим судейской работы, повышенный профессиональный риск, наличие различных процессуальных и организационных средств контроля за законностью действий и решений судьи, а также правомерность участия в процессе привлечения судьи к ответственности квалификационной коллегии судей» (Постановление от 7 марта 1996 г. N 6-П по делу о проверке конституционности п. 3 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации»//СЗ РФ. 1996. N 14. Ст. 1549; Постановление от 25 января 2001 г. N 1-П по делу о проверке конституционности положения п. 2 ст. 1070 ГК РФ в связи с жалобами И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова и Н.В. Труханова//СЗ РФ. 2001. N 7. Ст. 700).

Существует еще одна дополнительная гарантия неприкосновенности судей в уголовно-правовом плане. Судья, который был задержан или принудительно доставлен в государственный орган по подозрению в совершении преступления, по установлении его личности должен быть немедленно освобожден.

В течение почти 10 лет российский закон содержал императивный запрет на привлечение судьи не только к административной, но и к дисциплинарной ответственности. Хотя на практике некое подобие дисциплинарной ответственности существовало. Речь идет о прекращении полномочий судьи по так называемым позорящим основаниям, среди которых закон называл совершение поступка, позорящего честь и достоинство судьи или умаляющего авторитет судебной власти, а также вступление в силу приговора суда или судебного решения о применении к судье принудительных мер медицинского характера (ст. 14 Закона о статусе судей, в ред. от 20 июня 2000 г.). По своей правовой природе освобождение судьи от занимаемой должности в этих случаях выступает как крайняя мера дисциплинарной ответственности. Необходимо также иметь в виду, что в качестве поступков, позорящих честь и достоинство судьи или умаляющих авторитет судебной власти, квалификационные коллегии судей вполне закономерно квалифицировали такие хорошо известные трудовому праву правонарушения, как грубость и хамство, допущенные судьей при исполнении служебных обязанностей, волокиту и иные проступки подобного свойства.

Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. Закон о статусе судей был изложен практически в новой редакции; в частности, в текст Закона была введена статья 12.1 «Дисциплинарная ответственность судей», практически отразившая существовавшее де-факто положение дел. За совершение дисциплинарного проступка, т.е. нарушение норм Закона о статусе судей и Кодекса судейской этики*(29), на судью, за исключением судей Конституционного Суда, может быть наложено дисциплинарное взыскание в виде предупреждения и досрочного прекращения полномочий судьи. Решение о наложении дисциплинарного взыскания принимает соответствующая квалификационная коллегия судей. Порядок деятельности квалификационных коллегий судей достаточно подробно определен ФЗ «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации» (СЗ РФ. 2002. N 11. Ст. 1022; 2003. N 27. Ч. 2. Ст. 2710; 2004. N 33. Ст. 3369; 2005. N 15. Ст. 1278), который содержит основные представления о порядке формирования и деятельности квалификационных коллегий. В ФЗ также включена самостоятельная глава III, характеризующая производство в квалификационных коллегиях судей. Нормы ФЗ развиты в Положении о квалификационных коллегиях судей, утвержденном Высшей квалификационной коллегий судей 15 июля 2002 г. (Российская юстиция. 2002. N 10. С. 72-78).

Если в течение года после наложения дисциплинарного взыскания судья не совершил нового дисциплинарного проступка, то он считается не привлекавшимся к дисциплинарной ответственности*(30).

Судьи Конституционного Суда могут быть привлечены к дисциплинарной ответственности также за совершение дисциплинарного проступка в смысле ст. 12.1 Закона о статусе судей (нарушение норм этого Закона, Кодекса судейской этики и, естественно, ФКЗ о Конституционном Суде), однако, в отличие от иных судей, на них дисциплинарное взыскание (также в виде предупреждения или прекращения полномочий) налагается по решению Конституционного Суда.

Имея в виду сказанное выше о правовой природе судей субъектов Федерации, можно утверждать, что применяются две основные схемы: мировые судьи привлекаются к дисциплинарной ответственности в общем порядке, а судьи конституционных (уставных) судов субъектов Федерации в соответствии с законами соответствующего субъекта Федерации. Напомним, что правовая природа конституционных (уставных) судов и особенности регулирования их статуса были охарактеризованы Конституционным Судом в целом ряде решений. Так, в Определении от 6 марта 2003 г. N 103-О по запросам Государственного Собрания Республики Башкортостан и Государственного Совета Республики Татарстан (СЗ РФ. 2003. N 17. Ст. 1658), Конституционный Суд подтвердил компетентность субъекта Федерации самостоятельно с учетом федерального регулирования определять порядок организации и деятельности конституционных (уставных) судов.

Законодательная база Российской Федерации

Бесплатная консультация
Федеральное законодательство

  • Главная
  • «КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ» (принята референдумом 12.12.93) (ред. от 30.12.2008)
  • «Российская газета», N 7, 21.01.2009
  • (в ред. от 12.12.93 — «Российская газета», N 237, 25.12.93)

1. Судьи неприкосновенны.

2. Судья не может быть привлечен к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом.

Статья 122 Конституции РФ

1. Судьи неприкосновенны.

2. Судья не может быть привлечен к уголовной ответственности иначе как в порядке, определяемом федеральным законом.

Комментарий к Статье 122 Конституции РФ

1. Комментируемая статья провозглашает еще одну гарантию независимого правосудия в Российской Федерации — неприкосновенность судей, выступающую в качестве принципа, исходя из которого решаются конкретные взаимосвязанные и взаимозависимые вопросы о неприкосновенности судей и их ответственности.

В своем Постановлении от 07.03.1996 N 6-П «По делу о проверке конституционности пункта 3 статьи 16 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» в связи с жалобами граждан Р.И. Мухаметшина и А.В. Барбаша»*(1144) Конституционный Суд РФ указал, что судейская неприкосновенность является определенным исключением из принципа равенства всех перед законом и судом (ч. 1 ст. 19 Конституции РФ) и по своему содержанию выходит за пределы личной неприкосновенности (ст. 22 Конституции); это обусловлено тем, что общество и государство, предъявляя к судье и его профессиональной деятельности высокие требования, вправе и обязаны обеспечить ему дополнительные гарантии надлежащего осуществления деятельности по отправлению правосудия. Конституционное положение о неприкосновенности судьи, закрепляющее один из элементов статуса судьи и важнейшую гарантию его профессиональной деятельности, направлено на обеспечение основ конституционного строя, связанных с разделением властей, самостоятельностью и независимостью судебной власти (ст. 10 и 120 Конституции). Судейская неприкосновенность, указывает Суд в этом Постановлении, является не личной привилегией гражданина, занимающего должность судьи, а средством защиты публичных интересов, и прежде всего интересов правосудия. Следует также учитывать особый режим судейской работы, повышенный профессиональный риск, наличие различных процессуальных и организационных средств контроля за законностью действий и решений суда.

В силу ст. 16 Закона о судебной системе РФ гарантии неприкосновенности судьи устанавливаются федеральным законом. В качестве такого закона в первую очередь выступает ст. 16 Закона о статусе судей, которая указывает, что неприкосновенность судьи включает в себя: неприкосновенность личности, неприкосновенность занимаемых им жилых и служебных помещений, используемых им личных и служебных транспортных средств, принадлежащих ему документов, багажа и иного имущества, тайну переписки и иной корреспонденции (телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных принимаемых и отправляемых судьей сообщений).

Исключительно важной гарантией неприкосновенности судьи является категорический запрет на его привлечение, в том числе и после прекращения его полномочий, к какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении правосудия мнение и принятое судом решение, за исключением двух случаев: 1) если вступившим в законную силу приговором суда будет установлена виновность судьи в преступном злоупотреблении; 2) если вступившим в законную силу приговором суда будет установлена виновность судьи в вынесении заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта (последний случай на судей КС РФ не распространяется).

Сама по себе судейская неприкосновенность, имеющая сугубо публичный смысл, не может и не должна в принципе рассматриваться в качестве проявления особого уважения общества к лицу, осуществляющему правосудие. Оформленная в виде судейского иммунитета неприкосновенность судьи преследует четкую прагматическую цель, осознаваемую и одобряемую обществом, — предоставление и обеспечение судье возможности выполнить (и постоянно выполнять) свою непосредственную служебную обязанность — вершить правосудие посредством вынесения в пределах его полномочий судебных актов — без опасения, что его за это будет кто-либо и в какой-либо форме преследовать. Ибо из нашей истории хорошо известно, что без такого иммунитета судья не смог бы нормально выполнять свою важнейшую государственную функцию — осуществлять объективное и независимое правосудие, а стал бы легкой добычей нечистоплотных людей (в том числе наделенных властными полномочиями по привлечению граждан к той или иной ответственности), а затем — и орудием в их руках.

За редкими и обычно не базирующимися на объективных предпосылках исключениями судейский иммунитет не противоречит принятым в российском обществе представлениям о равноправии граждан, поскольку очевидно, что без него подчас невозможно добиться торжества правды и справедливости. Тем более в случаях, когда судья выносит решение не в пользу органов власти и/или их носителей — любое преследование судьи было бы расценено общественным мнением как ответная реакция власти (ее носителя) на объективно справедливое, но власти не устраивающее судебное решение. Без судейского иммунитета в таких случаях судья становился бы исключительно уязвимым как личность.

Комментируемая норма как обязывающее требование обеспечения неприкосновенности судей находится в соответствии с международными правовыми актами, в частности с Основными принципами независимости судебных органов (предусматривающими личный иммунитет судей от судебного преследования) и с Рекомендацией N R (94)12 Комитета министров Совета Европы государствам-членам о независимости, эффективности и роли судей, предписывающими, в частности, что в процессе принятия решения судьи должны быть независимыми и действовать без каких-либо ограничений, постороннего влияния, воздействия, давления, угроз или вмешательства, прямого и косвенного, с какой бы то ни было стороны или по любой причине.

Вместе с тем то же российское общественное мнение, те же международные акты, как и отечественное федеральное законодательство, не воспринимают судейскую неприкосновенность как абсолют, могущий привести к судейской вседозволенности и абсолютной безнаказанности и фактически выводящий судей из числа субъектов, на которых распространяется действие ст. 19 КРФ и ст. 7 Всеобщей декларации прав человека, о равенстве всех (а значит — независимо от должностного положения данного лица) перед законом и судом. Наоборот, именно наличие четко установленных законом и гарантированно верно реализуемых на практике случаев, условий и оснований привлечения судьи в той или иной ответственности обеспечивает общественное одобрение существованию самого института судейского иммунитета. И это естественно — совершая какой-либо противоправный проступок (тем паче — преступление), судья не только и не столько нарушает свои служебные обязанности и обязанности, возлагаемые на него законом и Кодексом судейской этики, сколько — что наверняка более значимо для общества — нарушает права и свободы участников судебного процесса (иных лиц, причастных к делу, находящемуся в производстве данного судьи).

Современное российское законодательство регулирует вопросы гражданской, уголовной, административной и дисциплинарной ответственности судей, хотя совсем недавно двух последних видов ответственности судей оно вообще не предусматривало, что свидетельствует об определенных подвижках общественного сознания в восприятии проблемы и отыскании путей ее решения.

Общими правовыми элементами ответственности современных российских судей являются:

а) принятие решений о привлечении к ответственности и назначении наказаний на основе регулирования вопросов исключительно федеральными актами — федеральными законами (о судебной системе РФ, о Конституционном Суде РФ, о статусе судей, «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации») и актами федеральных органов судейского сообщества; это означает, что неприкосновенность всех судей не может быть изменена ни законодательными актами субъектов Федерации, ни актами органов местного самоуправления, ни актами органов судейского сообщества субъектов РФ;

б) конституционный принцип неприкосновенности судей распространяется на всех судей;

в) в решении вопросов о привлечении судьи к какой-либо ответственности (кроме гражданско-правовой) исключительно велика роль (или — должна быть велика) соответствующих квалификационных коллегий судей (что соответствует п. 5.1 Европейской хартии о статусе судей, где сказано: невыполнение судьями любого из обязательств, ясно обозначенного в статусе, может привести к применению санкции только по решению, по предложению, рекомендации или с согласия судебной инстанции или иной инстанции, не менее половины состава которой представляют избранные судьи, в рамках состязательной процедуры, при которой судья, чье дело рассматривается, может прибегнуть к помощи защитника. );

г) любое решение о применении меры ответственности к судье может быть им обжаловано, в том числе в судебном порядке.

В Определении КС РФ от 21.12.2006 N 529-О указано, что положения ст. 16 «Неприкосновенность судьи» Закона о статусе судей, в том числе ее п. 1, не могут быть истолкованы как препятствующие защите прав граждан от злоупотреблений властью и осуществлению ими права на доступ к правосудию, поскольку установленные этой статьей юридические гарантии независимости и неприкосновенности судей не затрагивают закрепленное ч. 2 ст. 46 Конституции Российской Федерации право граждан на обжалование в суд решений и действий (бездействия) органов государственной власти и должностных лиц, а также не препятствуют гражданам направлять жалобы и сообщения о дисциплинарных проступках судей в соответствующие квалификационные коллегии и иные органы судейского сообщества. В то же время, отмечается в Определении, из положений Конституции, гарантирующих каждому судебную защиту его прав и свобод, а также возмещение вреда, причиненного незаконными действиями и решениями государственных органов и должностных лиц, не следует право гражданина самостоятельно определять вид и меру ответственности судей, действиями или решениями которых могли быть нарушены его права и законные интересы. Их юридическая ответственность, если она выходит за рамки восстановления нарушенных неправомерным деянием отношений или возмещения причиненного этим деянием вреда, является средством публично-правового реагирования на правонарушающее поведение, в связи с чем вид и мера ответственности лица, совершившего правонарушение, а равно усложненный порядок ее реализации в отношении судей, обусловленный конституционно установленным судейским иммунитетом, должны определяться федеральным законодателем исходя из публично-правовых интересов.

Гражданско-правовая ответственность судьи базируется на соответствующих нормах ГК, находящихся в соответствии с п. 5.2 Европейской хартии о статусе судей, предусматривающей, что возмещение ущерба, понесенного на незаконной основе вследствие решения или поведения судьи при исполнении им полномочий, обеспечивается государством; а статус может предусматривать возможность государства потребовать судебным путем у судьи возмещения в определенных пределах понесенных расходов в случае грубого нарушения последним правил, в рамках которых осуществлялась его деятельность. Причем подача жалобы в компетентную судебную инстанцию должна быть предварительно согласована с инстанцией, независимой от исполнительной и законодательной власти, не менее половины членов которой составляют судьи, избранные своими коллегами в соответствии с правилами, гарантирующими самое широкое представительство.

Конституционный Суд РФ Постановлением от 25.01.2001 N 1-П признал не противоречащим Конституции оспоренное положение, содержащееся в п. 2 ст. 1070 ГК, согласно которому вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу, поскольку на основании этого положения подлежит возмещению государством вред, причиненный при осуществлении правосудия посредством гражданского судопроизводства в результате принятия незаконных судебных актов, разрешающих спор по существу. Данное положение в его конституционно-правовом смысле, указал Конституционный Суд, выявленном в настоящем Постановлении, и во взаимосвязи со ст. 6 и 41 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не может служить основанием для отказа в возмещении государством вреда, причиненного при осуществлении гражданского судопроизводства в иных случаях (а именно когда спор не разрешается по существу) в результате незаконных действий (или бездействия) суда (судьи), в том числе при нарушении разумных сроков судебного разбирательства, — если вина судьи установлена не приговором суда, а иным соответствующим судебным решением. Подпункт «б» п. 1 Перечня поручений Президента РФ по итогам VII Всероссийского съезда судей, предусматривающий подготовку изменений в законодательные акты РФ в сфере развития судебной системы, прямо указывает на реализацию Постановления КС РФ от 25.01.2001 N 1-П об урегулировании в законодательном порядке оснований и порядка возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) суда (судьи), в соответствии с п. 2 ст. 1070 ГК РФ.

Административная ответственность судьи была отменена в 1989 г. Законом СССР «О статусе судей в СССР» в целях исключения давления на судей со стороны ведомств, за деятельностью которых стал осуществляться судебный контроль. Несмотря на возражения органов судейского сообщества России (в постановлении Совета судей РФ от 15.11.2001 N 57, например, указывалось: «очевидно, что принятие судьей основанного на законе решения, не удовлетворяющего ведомственным интересам соответствующих органов власти, чревато необоснованным преследованием судьи (особенно в регионах РФ) путем привлечения его к административной ответственности в целях последующего прекращения его полномочий»), Федеральным законом от 15.12.2001 N 169-ФЗ административная ответственность судей была восстановлена.

Однако восстановление этого вида ответственности современного российского судьи не означает восстановление прежней процедуры привлечения судьи к административной ответственности. Теперь, во-первых, с представлением о таком привлечении должен обращаться Генеральный прокурор РФ, во-вторых, решение о привлечении судьи к административной ответственности — на основании представления Генерального прокурора РФ и в 10-дневный срок после поступления этого представления — принимается: а) в отношении судей высших судов страны, судей верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда, арбитражного суда — судебной коллегией в составе трех судей ВС РФ; б) в отношении судьи иного суда — судебной коллегией в составе трех судей соответственно верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа; в-третьих, при рассмотрении вопроса о привлечении судьи к административной ответственности суд, установив, что производство по этому привлечению обусловлено позицией, занимаемой судьей при осуществлении им судейских полномочий, отказывает в таком привлечении.

Таким образом, можно сказать, что создан эффективный фильтр против случаев необоснованного привлечения судей к административной ответственности. Однако странным представляется фактическое отстранение законодателем органов судейского сообщества, прежде всего соответствующих квалификационных коллегий судей, от участия в решении вопросов о привлечении судей к административной ответственности.

Справедливости ради следует отметить, что случаи привлечения российских судей к административной ответственности редки.

Дисциплинарная ответственность судей. Этот вид ответственности судей имел под собой законодательное регулирование в СССР, а значит — в дореформенной (до 1992 г.) России; однако затем он был отменен и все предложения о его законодательном урегулировании Советом судей РФ отвергались (например, 4 апреля 1997 г. им было принято постановление с красноречивым названием «О нецелесообразности введения дисциплинарной ответственности судей в законодательном порядке»; позднее, в постановлении от 30.01.2001 N 43 прямо отмечалось: «Совет судей не разделяет предложений о необходимости введения дисциплинарной ответственности судей» (фактически с обоснованием: законом уже предусмотрена самая строгая мера ответственности судей — прекращение полномочий за совершение проступка, позорящего его честь и достоинство или умаляющего авторитет судебной власти).

Между тем во всех других государствах бывшего СССР институт дисциплинарной ответственности судей либо не отменялся, либо после кратковременного перерыва был восстановлен; есть он (и эффективно действует) и в странах дальнего зарубежья; закреплен он и в международных документах — принцип VI (невыполнение своих обязанностей и дисциплинарные нарушения) Рекомендации N R (94)12 Комитета Министров государствам-членам о независимости, эффективности и роли судей (принята Комитетом министров Совета Европы 13 октября 1994 г.) провозгласил, что в случаях, когда судьи выполняют свои обязанности неэффективно и ненадлежащим образом или когда имеют место дисциплинарные нарушения, должны приниматься необходимые меры, не наносящие ущерба независимости судебных органов; при этом в зависимости от конституционных принципов, юридических положений и традиций каждого государства такие меры могут содержать следующее: а) отзыв дел у судьи; в) перевод судьи на другую работу в суде; с) материальные санкции, например временное снижение оклада; d) временное отстранение от должности.

И Федеральным законом от 15.12.2001 N 169-ФЗ институт дисциплинарной ответственности российских судей был введен (фактически — восстановлен); при этом дисциплинарный проступок, за совершение которого на судью может быть наложено дисциплинарное взыскание, определен как нарушение норм Закона о статусе судей, а также положений Кодекса судейской этики, утверждаемого Всероссийским съездом судей; сама же дисциплинарная ответственность (взыскание) судьи законом устанавливалась двух видов: предупреждение и досрочное прекращение полномочий судьи. В этом Законе указывается, что решение о наложении на судью дисциплинарного взыскания принимается квалификационной коллегией судей, к компетенции которой относится рассмотрение вопроса о прекращении полномочий этого судьи на момент принятия решения. Здесь любопытен особый иммунитет судей — членов органов судейского сообщества: на председателей, заместителей председателей федеральных судов, за исключением районных, на судей высших судов страны, за исключением Конституционного Суда, на судей арбитражных кассационных судов, арбитражных апелляционных судов и окружных (флотских) судов дисциплинарные взыскания налагает Высшая квалификационная коллегия судей РФ, а на судей иных судов, в том числе на председателей и заместителей председателей районных судов — квалификационная коллегия судей субъектов Федерации, но на судей — членов Совета судей РФ, судей — членов Высшей квалификационной коллегии судей РФ, председателей, заместителей председателей советов судей и квалификационных коллегий судей субъектов РФ, даже если они мировые судьи или судьи районных судов, дисциплинарные взыскания налагает исключительно Высшая квалификационная коллегия судей РФ). При этом если в течение года после наложения дисциплинарного взыскания судья не совершил нового дисциплинарного проступка, то он считается не привлекавшимся к дисциплинарной ответственности.

Сказанное относится к судьям системы судов общей юрисдикции и арбитражно-судебной системы. Судьи Конституционного Суда РФ к дисциплинарной ответственности привлекаются, как это закреплено в ст. 15 Закона о Конституционном Суде РФ, дополнительно за нарушение норм самого этого Закона, а дисциплинарное взыскание (также в виде предупреждения и прекращения полномочий судьи) налагается самим Судом. Основания, условия и порядок привлечения к дисциплинарной ответственности судей конституционных (уставных) судов субъектов Федерации определяются законодательством самих субъектов РФ, хотя и не во всех, где созданы такие суды.

Практика свидетельствует — органы судейского сообщества активно борются с недостатками судейского корпуса: квалификационными коллегиями судей ежегодно в отношении около 70 судей выносятся решения о досрочном прекращении их полномочий, в отношении примерно 300 судей — о дисциплинарных взысканиях в виде предупреждения. Одновременно практика свидетельствует — наличие всего лишь двух видов дисциплинарной ответственности судей зачастую не обеспечивает необходимую адекватность дисциплинарного проступка дисциплинарному взысканию, необходима более детальная шкала видов дисциплинарной ответственности судей.

С принятием 31 мая 2007 г. Пленумом ВС РФ указанного выше Постановления N 27 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений квалификационных коллегий судей о привлечении судей судов общей юрисдикции к дисциплинарной ответственности», несмотря на то что, судя по названию Постановления, практика привлечения к дисциплинарной ответственности судей арбитражных судов и судей конституционных (уставных) судов субъектов РФ не обобщалась и не анализировалась, институт дисциплинарной ответственности судей в России получил возможность более эффективного правоприменения. В частности, п. 2 данного Постановления расширено понятие дисциплинарного проступка, влекущего дисциплинарную ответственность судьи, в него добавлено «. и нарушение общепринятых норм морали, обязанности при отправлении правосудия, правил поведения при исполнении иных служебных обязанностей и во внеслужебной деятельности». В п. 4 Постановления указано, что запрет привлечения судьи к какой-либо ответственности за выраженное им при отправлении правосудия мнение или принятое судом решение (с двумя вышеназванными исключениями) не исключает дисциплинарную ответственность судьи за нарушение требований Закона о статусе судей или Кодекса судейской этики, допущенное при осуществлении правосудия, и т.д. Представляется, что необходимы четкие критерии оценки поведения судей при определении меры ответственности за нарушение этических норм, которые существенно менее формализированы по сравнению с нормами права.

Заслуживает внимание абз. 2 п. 4 Постановления, в силу которого при рассмотрении заявлений об оспаривании решений квалификационных коллегий судей следует принимать во внимание тяжесть дисциплинарного проступка, степень нарушения прав и законных интересов граждан и организаций, наступившие последствия, данные о профессиональных и моральных качествах судьи и иные обстоятельства. Принимать все перечисленные факторы и обстоятельства во внимание как квалификационным коллегиям судей, так и судам, рассматривающим жалобы на их решения, имело бы смысл — в полном объеме — если бы шкала видов дисциплинарных взысканий судей была дифференцированной, когда осмысленная и проанализированная совокупность этих факторов и обстоятельств позволила бы точно выбрать и назначить меру наказания судье (вид дисциплинарного взыскания), адекватную совершенному им дисциплинарному проступку. Сегодня же любой по тяжести и последствиям дисциплинарный проступок судьи от самого незначительного до серьезного, тяжкого, но не дотягивающего до уровня наказания в виде досрочного прекращения полномочий судьи, может влечь лишь одно-единственное дисциплинарное взыскание — предупреждение, автоматически (если без рецидива) исчезающее через год.

Между тем, как отмечено выше, Рекомендация N R (94)12 Комитета министров Совета Европы государствам-членам о независимости, эффективности и роли судей содержит в принципе VI «невыполнение своих обязанностей и дисциплинарные нарушения» четыре меры воздействия на судью, допустившего дисциплинарное нарушение. В п. 5.1 Европейской хартии о статусе судей прямо сказано: набор санкций, которые могут быть вынесены (речь идет о санкциях за невыполнение судьями любого из обязательств, явно обозначенного в статусе, и применяемых только по решению, по предложению, рекомендации или с согласия судебной инстанции, не менее половины состава которой представляют избранные судьи, т.е. речь в действительности идет о а) дисциплинарной ответственности судей, б) применяемой соответствующими квалификационными коллегиями судей), детально изложен в статусе, и их применение осуществляется в соответствии с принципом пропорциональности. Зарубежное законодательство в этом вопросе еще более дифференцировано, — например, ст. 112 Кодекса Республики Беларусь о судоустройстве и статусе судей (по состоянию на 5 марта 2007 г.) перечисляет пять видов дисциплинарных наказаний судьи: замечание, выговор, предупреждение о неполном служебном соответствии, понижение в квалификационном классе судьи на срок до шести месяцев, освобождение от должности; при этом указано, что при наложении взыскания учитываются характер нарушения и его последствия, тяжесть проступка, личность судьи, степень его вины. Таким образом, можно сделать вывод, что в настоящее время весь огромный потенциал института дисциплинарной ответственности российских судей работает неэффективно. Совершенствование института дисциплинарной ответственности судей должно осуществляться с учетом Постановления КС РФ от 28.02.2008 N 3-П*(1145), согласно которому за совершение дисциплинарного поступка наложение дисциплинарного взыскания на судью в виде досрочного прекращения его полномочий предполагает возможность применения данной меры взыскания лишь за совершение такого проступка, который порочит честь и достоинство судьи, является несовместимым со статусом судьи, и лишь на основе соразмерности, что должно гарантироваться независимым статусом органов судейского сообщества, осуществляющих досрочное прекращение полномочий судьи, а также справедливой процедурой рассмотрения соответствующих дел.

2. Конституционное закрепление в ч. 2 комментируемой статьи невозможности привлечения судьи к уголовной ответственности иначе, как в порядке, определяемом федеральным законом, т.е. выведение на конституционный уровень судейского иммунитета (в этой части) и уголовной ответственности судей как вида ответственности по отношению к иным видам юридической ответственности, обусловлено помимо того, что уголовная ответственность хотя и является одним из видов юридической ответственности, но наступает за совершение наиболее тяжких правонарушений — преступлений, также и несоизмеримо большими, иногда необратимыми по значимости последствиями привлечения любого человека именно к уголовной ответственности по сравнению с административной и дисциплинарной.

Необходимость практического исключения необоснованного начала уголовного преследования судьи вызвана двумя причинами: а) исключением возможности оказания давления на привлеченного к уголовной ответственности судью, находящегося в состоянии соответствующего ограничения его прав и свобод (ведь раньше, как известно, имели место случаи, когда судья днем в судебном процессе допрашивает следователя, а ночью этот следователь допрашивает этого же судью по другому уголовному делу со всеми вытекающими отсюда последствиями); б) исключением необходимости для судьи, привлеченного к уголовной ответственности и не отстраненного в связи с этим от исполнения обязанностей судьи, либо заявлять самоотвод в процессе, либо в ходе ведения судебного процесса чувствовать себя дискомфорт но, неуверенно, а значит неэффективно выполнять свою работу, с искажением соответствующих начал судопроизводства и вынесением неадекватного материалам и обстоятельствам дела судебного акта.

Этими причинами объясняется усложненный, регулируемый исключительно федеральными законами (прежде всего Законом о статусе судей и УПК) порядок привлечения современного российского судьи к уголовной ответственности, создающий в совокупности механизм гарантии от необоснованного привлечения судьи к уголовной ответственности.

Звеньями этого механизма служат нормы федерального законодательства, устанавливающие, что:

— судья, задержанный по подозрению в совершении преступления или по иному основанию либо принудительно доставленный в любой государственный орган, если личность этого судьи не могла быть известна в момент задержания, после установления его личности подлежит немедленному освобождению. При том что личный осмотр судьи, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом в целях обеспечения безопасности других людей, вообще не допускается. А осуществление в отношении судьи оперативно-розыскных мероприятий, следственных действий (если в отношении судьи не возбуждено уголовное дело либо он не привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу), связанных с ограничением его гражданских прав либо с нарушением его неприкосновенности, допускается не иначе, как на основании решения, принимаемого судом соответствующего уровня;

— решение по вопросу о возбуждении уголовного дела в отношении судьи (как и о привлечении его в качестве обвиняемого по другому уголовному делу) принимается: в отношении судьи КС РФ — Председателем Следственного комитета при Прокуратуре РФ с согласия — что важно — КС РФ; в отношении судьи ВС РФ, ВАС РФ, верховного суда республики, краевого, областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда — Председателем Следственного комитета при прокуратуре РФ с согласия Высшей квалификационной коллегии судей РФ; в отношении судьи иного суда — Председателем Следственного комитета при прокуратуре РФ с согласия квалификационной коллегии судей соответствующего субъекта РФ. Важным в этом случае является законодательное закрепление гарантийного положения, аналогичного положению при принятии решения о привлечении судьи к административной ответственности, согласно которому при рассмотрении вопросов о возбуждении уголовного дела в отношении судьи либо о привлечении его в качестве обвиняемого по уголовному делу, о производстве в отношении судьи оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий суд либо квалификационная коллегия судей, установив, что производство указанных мероприятий или действий обусловлено позицией, занимаемой судьей при осуществлении им судейских полномочий, отказывают в даче согласия на производство указанных мероприятий или действий;

— решение об избрании в отношении судьи любого из высших судов страны, судьи суда уровня субъекта РФ обеих судебных систем страны, меры пресечения заключение под стражу принимается судебной коллегией в составе трех судей ВС РФ по ходатайству Председателя Следственного комитета при прокуратуре РФ; а в отношении судьи иного суда — судебной коллегией в составе трех судей соответствующего суда общей юрисдикции субъекта РФ. При этом заключение судьи под стражу производится с согласия соответственно КС РФ либо соответствующей квалификационной коллегии судей на основе представления Председателя следственного комитета при Прокуратуре РФ, а мотивированное решение указанных органов о даче такого согласия принимается в течение пяти дней со дня поступления названного представления;

— если судья до начала судебного разбирательства заявит об этом ходатайство, уголовное дело в отношении него будет рассматриваться ВС РФ;

— составы судебных коллегий соответствующих судов, принимающие решения по указанным вопросам, ежегодно утверждаются соответствующими квалификационными коллегиями судей. При этом все решения, принятые данными коллегиями, могут быть обжалованы в установленном федеральным законом порядке.

Вместе с тем, как указал Конституционный Суд РФ в Определении от 16.12.2004 N 394-О «По жалобе Генерального прокурора Российской Федерации на нарушение конституционных прав граждан пунктом 3 статьи 26 Федерального закона «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации»*(1146), такой усложненный по сравнению с обычным порядок возбуждения уголовного дела в отношении судей и привлечения их в качестве обвиняемых по уголовному делу выступает, однако, лишь в качестве одного из элементов процедурного механизма осуществления уголовного преследования в отношении судьей и способа обеспечения их неприкосновенности и независимости; он не предполагает ограждение судьи от ответственности в случае совершения им преступления; иное приводило бы к искажению конституционного смысла судейского иммунитета, а также к нарушению конституционных прав потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью (ст. 52 Конституции). Рассмотрение квалификационной коллегией судей вопроса о даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении судьи или на привлечение его к уголовной ответственности призвано определить, имеется ли связь между уголовным преследованием и деятельностью судьи по осуществлению им своих полномочий, включая его позицию при разрешении того или иного дела, и не является ли такое преследование попыткой оказать давление на судью с целью повлиять на выносимые им решения. А непосредственно по обжалуемой норме Конституционный Суд РФ в этом Определении указал, что оспариваемое положение Закона, согласно которому решения квалификационных коллегий судей, за исключением решений о приостановлении либо прекращении полномочий судьи, привлечении его к дисциплинарной ответственности, об отставке судьи и о ее приостановлении, а также об отказе в рекомендации на должность судьи, могут быть обжалованы в суд лишь по мотивам нарушения процедуры их вынесения, не может служить препятствием для судебного обжалования гражданами, пострадавшими от противоправных действий судьи, решений квалификационных коллегий судей об отказе в даче согласия на возбуждение уголовного дела в отношении судьи или на привлечение его в качестве обвиняемого по уголовному делу по мотивам, касающимся существа таких решений. Правда, при этом Суд добавил, что этим не исключается возможность дополнительного урегулирования в федеральном законодательстве процедуры судебного оспаривания указанных решений квалификационных коллегий судей.

Приходится констатировать, что число привлеченных к уголовной ответственности судей растет: всеми квалификационными коллегиями судей страны в 2005 г. было дано согласий на возбуждение уголовных дел в отношении 11 судей, в 2007 году — в отношении 22 судей, а всего в период между VI и VII Всероссийскими съездами судей (2004-2008 гг.) — в отношении 64 судей; отказано же в удовлетворении представлений об этом — в 9-ти случаях.