Защита прав детей государством

Права ребенка

Благополучие детей и их права всегда обращали пристальное внимание международного сообщества. Еще в 1924 году Лига Наций приняла Женевскую декларацию прав ребенка. В то время права детей рассматривались в основном в контексте мер, которые необходимо было принять в отношении рабства, детского труда, торговли детьми.

В 1959 году Организация Объединенных Наций (ООН) приняла Декларацию прав ребенка, в которой провозглашены социальные и правовые принципы, касающиеся защиты и благополучия детей.

20 ноября 1989 Генеральной Ассамблеей ООН была принята Конвенция о правах ребенка, которая считается мировой конституцией для детей.

Украина ратифицировала Конвенцию ООН о правах ребенка 27 февраля 1991, тем самым взяла на себя большие обязательства в области обеспечения прав человека. В нашей стране основным законом, направленным на обеспечение реализации прав ребенка на жизнь, охрану здоровья, образование, социальную защиту и всестороннее развитие является Закон Украины «Об охране детства». Кроме того, права ребенка выделены отдельными статьями Семейного, Цивильного, Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов Украины, а также регулируются такими законами, как: «Об оздоровлении и отдыхе детей», «О предупреждении насилия в семье», «О социальной работе с семьями, детьми и молодежью «и др. Различные государственные институты и министерства призваны отвечать за соблюдение прав ребенка в Украине. Много усилий также прилагают общественные организации, работающие на поприще защиты прав ребенка, чтобы каждый ребенок чувствовал себя полноценным членом общества.

Соблюдение прав ребенка является одним из приоритетных направлений работы Уполномоченного по правам человека. В структуре Секретариата Уполномоченного создано соответствующее структурное подразделение по вопросам соблюдения прав ребенка, к полномочиям которого отнесены вопросы по мониторингу состояния соблюдения в Украине прав ребенка, выполнение Украиной международных обязательств в этой сфере и подготовка предложений Уполномоченному по правам человека о принятии актов реагирования с целью предотвращения нарушений прав ребенка или содействия их восстановлению.

За годы существования института Уполномоченного по правам человека в 2013 году Украина впервые стала членом Европейской сети омбудсменов по правам детей (ENOC).

ФОРМЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ РЕБЕНКА В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Защита прав ребенка в Российской Федерации относится к числу наиболее актуальных проблем. В соответствии с Конституцией Российской Федерации ребенку от рождения принадлежат и гарантируются государством права и свободы человека и гражданина, установленные Конституцией Российской Федерации

Провозгласив приоритет прав и свобод человека и гражданина, в том числе и ребенка Российская Федерация приняла на себя также обязанности защищать права гражданина любого возраста, ограждать их от любого незаконного вмешательства или ограничения (ст.2 Конституции Российской Федерации).

В законодательстве Российской Федерации заложены основы государственных гарантий реализации защиты прав ребенка.21

Под защитой прав ребенка следует понимать зафиксированные в законодательстве принципы и основы деятельности органов публичной власти, государственных, международных и общественных организаций, направленные на устранение препятствий на пути осуществления прав детей, а также восстановления нарушенных прав и наказания виновных в их нарушении.

Принято выделять две основные формы защиты прав: юрисдикционную и неюрисдикционную. Юрисдикционная форма защиты – это деятельность уполномоченных государством органов по защите нарушенных или оспариваемых прав (суд, прокуратура, орган опеки и попечительства, орган внутренних дел, орган загса и др.). В рамках юрисдикционной формы защиты, в свою очередь, выделяют общий (судебный) и специальный (административный) порядок защиты нарушенных прав.

21 «Конституция Российской Федерации» (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N 6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ, от 05.02.2014 N 2-ФКЗ, от 21.07.2014 N 11-ФКЗ)

Неюрисдикционная форма защиты прав – это действия граждан и негосударственных организаций по защите прав и охраняемых законом интересов, которые совершаются ими самостоятельно, без обращения за помощью к компетентным органам. Такие действия называют самозащитой прав.22

В данной статье хотелось бы более подробно рассмотреть юрисдикционную форму защиты прав ребенка.

Защита прав ребенка согласно ст. 8 Семейного Кодекса Российской Федерации осуществляется в судебном порядке по правилам гражданского судопроизводства, а в случаях, предусмотренных Семейным Кодексом Российской Федерации, – государственными органами или органами опеки и попечительства. Возможность судебной защиты прав ребенка отнесена к основным началам семейного законодательства, что соответствует и требованиям ст. 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей судебную защиту прав и свобод каждого гражданина Российской Федерации.23

Под судебной защитой интересов ребенка следует понимать осуществляемую в порядке гражданского судопроизводства и основанную на конституционных принципах, принципах гражданского, семейного, гражданского процессуального права, а также моральных принципах деятельность судов, направленную на восстановление (признание) нарушенных (оспоренных) интересов ребенка, посредством применения предусмотренных гражданским и семейным законодательством способов защиты.

Защита нарушенных прав ребенка происходит в суде общей юрисдикции в порядке искового производства или производства, возникающего из административно-правовых отношений. Основания, в силу которых возможны обращения в суд за защитой прав ребенка, весьма разнообразны и, как правило, указаны в Семейном кодексе Российской Федерации, например: установление отцовства и материнства; оспаривание отцовства и материнства; разрешение разногласий между родителями о воспитании и месте жительства ребенка; осуществление родительских прав родителем, проживающим отдельно от ребенка; устранение препятствий к общению ребенка с родственниками; защита родительских прав; лишение родительских прав; восстановление в родительских правах; ограничение родительских прав; взыскание алиментов на несовершеннолетних детей и совершеннолетних нетрудоспособных детей; изменение размера алиментов и освобождение от уплаты взысканных в судебном порядке алиментов. Суд обязан определить, с кем из родителей будет проживать ребенок после развода и с кого из них и в каких размерах взыскиваются алименты на детей, если между супругами отсутствует соглашение по этим вопросам. В суд может быть обжалован отказ в регистрации брака, назначение органами опеки и попечительства опекуна (попечителя). В судебном порядке может быть защищено любое нарушенное (оспоренное) субъективное право ребенка. Таким образом, к компетенции суда закон относит принятие решений по наиболее важным вопросам в сфере защиты прав ребенка.24

Что же касается административного порядка защиты нарушенных прав ребенка, то в соответствии со ст.8 Семейного Кодекса Российской Федерации зашита прав ребенка осуществляется судом по правилам гражданского судопроизводства, а в случаях, предусмотрены Семейным кодексом, государственными органами или органами опеки и попечительства.

В ст.8 Семейного Кодекса Российской Федерации не указаны государственные органы, осуществляющие защиту семейных прав. Соответствующие решение сформулированы в ряде специальных норм Семейного Кодекса Российской Федерации. Так, в соответствии со ст.122 Семейного Кодекса Российской Федерации в защите прав и интересов ребенка, оставшегося без попечения родителей, принимают участие органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и федеральные органы исполнительной власти, определяемые правительством Российской Федерации.

Кроме того, орган опеки и попечительства осуществляет защиту семейных прав в следующих случаях:

— при возникновении разногласий между опекуном ребенка и несовершеннолетним родителем (ст.62 СК Российской Федерации);

— при возникновении противоречий между интересами родителей и детей (ст.64 СК Российской Федерации);

— при наличии разногласий между родителями по поводу воспитания ребенка;

— при отобрании ребёнка в связи с возникновением непосредственной угрозы жизни или здоровью ребенка (ст.77 СК Российской Федерации).25

Решения, принятые в административном порядке, могут быть обжалованы в суд. В соответствии со статьями 11,14 Гражданского Кодекса Российской Федерации и статьей 8 Семейного Кодекса Российской Федерации формой защиты семейных прав является юрисдикционная — судебная защита (общий порядок) и защита в административном порядке — специальный порядок. Весьма часто споры, возникающие в связи с нарушением или иными посягательствами на семейные права, рассматриваются в суде. Данное положение объясняется тем, что суды осуществляют правосудие, объективность деятельности которых обеспечивается тем, что согласно ст.1 Федерального Конституционного закона Российской Федерации «О судебной системе Российской Федерации» судебная власть самостоятельна и независима от законодательной и исполнительной власти.26

22Нечаева А.М. «Защита интересов ребёнка: семейно-правовые предпосылки» Москва 2010 г.

23 «Конституция Российской Федерации» (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N 6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ, от 05.02.2014 N 2-ФКЗ, от 21.07.2014 N 11-ФКЗ)

24 «Семейный кодекс Российской Федерации» от 29.12.1995 N 223-ФЗ (ред. от 13.07.2015)

Судебный порядок защиты признается основной формой защиты прав ребенка. Судебный порядок защиты прав ребенка обладает несомненными достоинствами, а главное – служит способом обеспечения государством интересов ребенка. Неслучайно расторжение брака, при наличии у супругов общих несовершеннолетних детей, осуществляется только в судебном порядке (п.1 ст.21 СК Российской Федерации). Кроме того, именно суд разрешает споры, связанные с воспитанием детей (при лишении, ограничении родительских прав, восстановлении в родительских правах, отмене ограничения родительских прав, установлении усыновления, отмене усыновления и т.п.). И, наконец, при отсутствии соглашения члены семьи вправе обратиться в суд с требованием о взыскании алиментов (ст.106 Семейного Кодекса Российской Федерации).27

Судебная форма защиты прав ребенка в Российской Федерации имеет ряд особенностей. Это связано с тем, что по понятным причинам дети не способны самостоятельно защищать свои права и отстаивать собственные интересы. Поэтому в судебном процессе интересы ребенка представляют его законные представители (родители, усыновители, опекуны и попечители, приемные родители), хотя суд обязан привлекать к участию в деле и самих несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет. В соответствии с Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, в случаях, предусмотренных специальным федеральным законом, по делам, возникающим из семейных и иных правоотношений, несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет имеет право лично защищать в суде свои права и охраняемые законом интересы. Привлечение к участию в таких делах родителей, усыновителей или опекунов (попечителей) для оказания им помощи зависит от усмотрения суда (ст. 37 Гражданского Процессуального Кодекса Российской Федерации). Исключением из этого правила являются случаи, когда несовершеннолетний признан полностью дееспособным до достижения совершеннолетия при эмансипации (ст.27 Гражданского Кодекса Российской Федерации) или при вступлении в брак (п.2 ст.21 Гражданского Кодекса Российской Федерации). 28

Широко распространена точка зрения о приоритетном характере судебного порядка защиты прав перед административным. Поддерживая эту точку зрения, Ю.Ф. Беспалов говорит о расширении рамок судебной защиты семейных прав ребенка и утверждении судебной защиты как основной ее юрисдикционной формы. В обоснование своих позиций автор, помимо прочих, приводит следующие соображения:

— Неспособность административной защиты обеспечить восстановление в полном объеме прав и законных интересов детей.

-Необходимость закрепления в международных документах в области прав человека принципа приоритетной защиты прав и интересов ребенка компетентным органом государства – судом.

— Невозможность ребенка самостоятельно защищать свои права (за отдельными исключениями).

— Целесообразность укрепления независимости судебной власти.

— Отсутствие иной более эффективной и справедливой формы защиты прав, в частности ребенка.29

Защита семейных прав ребенка в судебном порядке осуществляется прямо и косвенно. В первом случае речь идет о спорах, непосредственно связанных с семейным воспитанием несовершеннолетнего, куда входят дела: РФ);

— по определению места жительства детей при раздельном проживании их родителей (ч. 3 ст. 65 СК РФ);

— по обеспечению права ребенка на общение с родителем, проживающим от него отдельно (ч. 2 ст. 66 СК

— по защите права на общение с другими близкими родственниками (ч. 3 ст. 67 СК РФ);

— по лишению родительских прав (ст. 70 СК РФ);

— по восстановлению в родительских правах (ст. 72 СК РФ);

— по ограничению родительских прав (ст. 73 СК РФ);

— по отмене ограничения родительских прав (ст. 76 СК РФ);

26 Федеральный конституционный закон от 31.12.1996 N 1-ФКЗ (ред. от 05.02.2014) «О судебной системе Российской Федерации»

27 Семейный кодекс Российской Федерации» от 29.12.1995 N 223-ФЗ (ред. от 13.07.2015)

28 «Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)» от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 13.07.2015) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.10.2015)

— по усыновлению ребенка (ст. 125 СК РФ);

— по отмене усыновления (ст. 140 СК РФ).

Косвенная судебная защита прав детей осуществляется с помощью норм семейного законодательства не относящихся прямо к семейному воспитанию ребенка. В их число входят дела:

— по установлению отцовства в судебном порядке (ст. 49 СК РФ);

— по установлению судом факта признания отцовства (ст. 50 СК РФ); связанные с оспариванием отцовства (материнства) (ст. 52 СК РФ);

— по спорам о защите имущественных прав детей (ч. 2 ст. 60 СК РФ);

— по установлению и признанию отцовства несовершеннолетним родителем (ч. 3 ст. 62 СК РФ);

— по взысканию алиментов в судебном порядке (ч. 2 ст. 80 СК РФ).

Данный перечень исчерпывающим не является. Кроме того, косвенная защита прав ребенка может осуществляться с помощью иных отраслей законодательства (гражданского, административного, уголовного, трудового и др.). Примерами в данном случае могут послужить нормы жилищного законодательства, касающиеся порядка передачи жилого помещения в собственность детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, порядка приватизации жилых помещений, выселения без предоставления другого помещения лиц, лишенных родительских прав. 30

Таким образом, судебный порядок защиты прав ребенка может быть характеризован такими положительными чертами как открытость и состязательность процесса, обязанность привлекать к рассмотрению дела несовершеннолетних по достижении ими 14 лет, широкий спектр вопросов, которые может разрешить суд при разрешении дел о семейных правах ребенка.

Защита прав ребенка в административном порядке осуществляется правоохранительными органами и органами опеки и попечительства (ст.8 СК РФ).

К первым относятся:

— Органы внутренних дел.

Прокурор, защищая права детей, использует следующие способы:

— предъявление иска о лишении родительских прав (ст.70 СК), ограничении в родительских правах (ст.73 СК), об отмене усыновления ребенка (ст.142 СК);

— предъявление в суд, орган опеки и попечительства заявления с требованием о восстановлении (признании) нарушенного (оспоренного) права ребенка (ст.21 Закона «О прокуратуре РФ»);

— непосредственно участвуя в рассмотрении судом дел о защите прав ребенка (ст.35 Закона «О прокуратуре РФ»; ст. ст.72, 73, 125, 140 СК РФ);

— внесение предостережения о недопустимости нарушения прав ребенка в дальнейшем и представления об устранении нарушений закона (ст.24, ст.25 Закона «О прокуратуре РФ»);

— опротестование актов других административных органов, имеющих прямое отношение к защите прав детей (при наличии оснований, предусмотренных законом (ст.23 Закона «О прокуратуре РФ»).31

Защита прав ребенка в семье входит также в компетенцию Комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав. Согласно ст.11 Закона «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» в обязанности этих комиссий входит:

— предъявление в суд иска о лишении и ограничении родительских прав;

— осуществление мер по защите и восстановлению прав и законных интересов ребенка, выявлению и устранению причин и условий, способствующих их безнадзорности, беспризорности;

— организация, в случае необходимости, контроля за условиями воспитания, обучения, содержания несовершеннолетних детей;

— подготовка материалов, представляемых в суд по вопросам, связанным с защитой прав ребенка в семье.32

В соответствии со ст.121 Семейного Кодекса Российской Федерации органы опеки и попечительства выявляют детей, оставшихся без попечения родителей, ведут учет таких детей и исходя из конкретных обстоятельств утраты попечения родителей избирают формы их устройства, а также осуществляют последующий контроль за условиями их содержания, воспитания и образования. Помимо этого, органы опеки и попечительства: предъявляют иск о лишении родительских прав, ограничении родительских прав, выступают в роли ответчика по делам о восстановлении в родительских правах, отмене ограничения родительских прав, дают заключения по делам, связанным с установлением усыновления, отменой усыновления, дают заключения по спорам, связанным с воспитанием ребенка в семье, в соответствии со ст.79 Семейного Кодекса Российской Федерации участвуют в исполнении решений суда по делам, связанным с воспитанием детей.33

30 Семейный кодекс Российской Федерации» от 29.12.1995 N 223-ФЗ (ред. от 13.07.2015)

31 Федеральный закон от 17.01.1992 N 2202-1 (ред. от 13.07.2015) «О прокуратуре Российской Федерации» (с изм. и доп., вступ. в силу с 15.09.2015)

32 Федеральный закон от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»

Помимо защиты прав ребенка на национальном уровне возможна его защита с помощью международных механизмов защиты, основанных на международных нормативных актах (Конвенция о правах ребенка — 20.11.1989 г.), являющихся, в соответствии с ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации частью правовой системы Российской Федерации, и имеющей преюдициальное значение.

Еще одной международно-правовой формой судебной защиты прав ребенка является его обращение в Европейский Суд по правам человека. В случае установления этим судом нарушения права заявителя ему может быть выплачена денежная компенсация, а рекомендации Суда являются обязательными для исполнения государством-ответчиком. Обычно интересы детей перед Европейским судом представляют их родители, но, если это по каким-либо причинам невозможно, ребенок может воспользоваться помощью адвоката или общественной организации, в соответствии с национальным законодательством.34

В итоге защита прав ребенка в Российской Федерации относится к числу актуальных проблем. Особое место в системе мер поддержки ребенка занимают нормы права, закрепляющие возможность использования всех существующих в реальной действительности мер и способов обеспечения нормального духовного и физического развития ребенка. Таково в самом общем виде объяснение важности правовых проблем обеспечения интересов ребенка. Речь идет о широкой гамме правовых средств защиты ребенка, тем более что их предпосылкой являются неодинаковые по своей отраслевой принадлежности законодательные акты, каждый из которых так или иначе, прямо или косвенно служит, или может служить правовым инструментом, защищающим права детей.

Сегодня механизм защиты прав ребенка в Российской Федерации и во всем мире — это система социальных и правовых средств, применяемых для обеспечения реализации его прав.

Во исполнение конституционных принципов действующее законодательство создает необходимую систему защиты интересов детей. Принимаются соответствующие законодательные акты, прописываются гарантии и нормы реализации гарантий, разрабатываются программы на федеральном и региональном уровнях, создаются механизмы и институты, направленные на реализацию этих гарантий и норм, нарабатывается практика, совершенствуются институты и нормы, создаются дополнительные условия, корректируются в соответствии с изменением экономических, социальных и иных обстоятельств в государстве и в мире в целом.

Основной вывод таков, что государство путем юридического закрепления гарантий защиты прав и интересов ребенка стремится сделать их жизнь безопаснее, удобнее, спокойнее с учетом норм международного права и национальной специфики.

33 Семейный кодекс Российской Федерации» от 29.12.1995 N 223-ФЗ (ред. от 13.07.2015)

34 Автономов А. С. «Международные стандарты в сфере отправления правосудия.» Москва 2007 г.

Список литературы

1. Автономов А.С. «Международные стандарты в сфере отправления правосудия.» Москва 2007 г.

2. «Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)» от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 13.07.2015) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.10.2015)

3. «Конституция Российской Федерации» (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N 6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ, от 05.02.2014 N 2-ФКЗ, от 21.07.2014 N 11-ФКЗ)

4. Нечаева А.М. «Защита интересов ребёнка: семейно-правовые предпосылки» Москва 2010 г.

5. Особенности рассмотрения и разрешения дел о защите семейных прав ребенка. Учебное пособие. – Москва,2008 г.

6. Семейный кодекс Российской Федерации» от 29.12.1995 N 223-ФЗ (ред. от 13.07.2015)

7. Федеральный закон от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» (с изм. и доп., вступ. в силу с 30.07.2015 г.)

8. Федеральный конституционный закон от 31.12.1996 N 1-ФКЗ (ред. от 05.02.2014) «О судебной системе Российской Федерации»

9. Федеральный закон от 17.01.1992 N 2202-1 (ред. от 13.07.2015) «О прокуратуре Российской Федерации» (с изм. и доп., вступ. в силу с 15.09.2015)

Защита прав детей государством

Согласно Закону о защите прав детей обязанностью каждого жителя является охранять безопасность своих и других детей, не позднее, чем в тот же день сообщать полиции, сиротскому суду или другому органу защиты прав ребенка о любом насилии над ребенком, о нарушении его прав или другой угрозе, а также, если лицо подозревает, что у ребенка есть предметы, вещества или материалы, способные угрожать жизни или здоровью самого ребенка или других лиц.

Присоединением и ратификацией Конвенции ООН о правах ребенка Латвийское государство обязалось обеспечить не только все права ребенка, установленные конвенцией, но и создать эффективные национальные механизмы защиты прав (административные, судебные и др.), использованием которых обеспечивается защита прав детей.

Согласно конвенции, а также Закону о защите прав детей, первые лица, которые обеспечивают защиту ребенка и его прав, это – родители или опекуны ребенка. Это – лица, которые прямо или косвенно соприкасаются с ребенком в повседневной жизни, и которых ребенок обычно слушается и воспринимает как пример. Эти лица – главные, которым важны интересы, развитие и благополучие ребенка, и которые обязаны вовлекаться в осуществление механизма защиты прав детей.

Выбор наиболее подходящих механизмов защиты прав, защиты нарушенных прав ребенка, зависит от характера и существа нарушения прав, а также от того, кто и насколько ограничил соответствующие права. Латвийские нормативные акты предусматривают, что права и интересы ребенка в отношениях с родителями и опекунами защищает сиротский суд. В случае совершения преступления, при котором подвергается угрозе жизнь, здоровье ребенка, устранение нарушения прав ребенка осуществляет полиция, прокуратура, суд. В свою очередь, за обеспечение прав ребенку на социальное обеспечение несет ответственность учреждения государства и самоуправления, например, социальные службы самоуправлений. В государстве защиту прав ребенка согласно своей компетенции обеспечивают учреждения образования, здравоохранения, социальной помощи и культуры, а также работодатели, все органы государства и самоуправления, негосударственные организации, деятельность которых связана с оказанием поддержки и помощи детям.

Если права ребенка нарушены решением, принятым государственным или муниципальным учреждением, родители ребенка или лица, их заменяющие – опекуны вправе оспорить или обжаловать решение в вышестоящем учреждении. Существенно, что каждое государственное или муниципальное учреждение, принимая решение, затрагивающее права и интересы ребенка, должно его мотивировать. В решении должны быть указаны также применимые нормы законов, а также пояснение, почему именно эти нормы и в этом случае используются. В соответствующем решении должна быть информация и о том, где и в какой срок можно оспорить или обжаловать это решение.

О том, какой механизм защиты прав используется, и состоялось ли нарушение прав ребенка в соответствующей ситуации, лицо вправе проконсультироваться, также обратившись в Бюро омбудсмена.

Это не защита прав ребёнка, а преступление

Совсем недавно английские СМИ сообщили об осуждении и заключении в тюрьму бывшего консультанта ЮНИСЕФ Питера Ньюэлла, который, как оказалось, в 1960-х годах неоднократно насиловал мальчика. Подвох тут еще в том, что так называемый консультант был ключевой и ведущей фигурой в создании международных стандартов в области «защиты детства». Мы попросили прокомментировать разразившийся скандал Павла Парфентьева, председателя межрегиональной общественной организации «За права семьи», члена Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства Русской Православной Церкви.

– Павел, как вы считаете, о чем говорит случай с Питером Ньюэллом?

– Случай с Питером Ньюэллом, на мой взгляд, говорит, прежде всего, о том, что международная система, определяющая судьбы многих людей и законодательство многих государств, оказалась незащищенной от фактического взлома. Произошло то, что можно назвать социальным хакерством. А именно, один конкретный человек, обладая хорошим финансированием и пользуясь рядом организаций, которыми он руководил и которые он контролировал, создал фактически из ничего целую квазиюридическую систему в международном масштабе. Он, манипулируя международными структурами уровня ООН и Совета Европы, добивался своих целей и диктовал целым государствам, что они должны запрещать родителям, а что нет, без каких-либо на то международных правовых оснований.

Фактически из воздуха был создан международный «стандарт»

Фактически из воздуха был создан международный «стандарт», требующий, чтобы государства запрещали родителям использовать в воспитании телесные наказания. Однако ни в одном международном обязывающем документе или договоре нет таких норм, которые накладывали бы на государства обязанность запрещать своим взрослым гражданам шлепать своих детей.

– А как вы думаете, с какими целями им все это делалось?

– Тут мы можем только догадываться. Но тот факт, что вся эта история в начале своем была связана с педофильской организацией из Великобритании «Обмен информацией по педофилии» (Paedophile Information Exchange, PIE), а впоследствии то, что и Ньюэлл оказался осужденным за педофилию, вызывает определенные вопросы.

Так или иначе, с моей точки зрения, произошла масштабная афера, которая показывает, что международная бюрократия уровня ООН не защищена от взлома. Из ничего были созданы принципы, которые потом выдавались за норму и навязывались разным государствам мира.

Будучи введена в пространство бюрократической системы, информация начинает воспроизводиться

– Как ему это вообще удалось – взломать целую систему международной бюрократии?

– В целом, если мы внимательно посмотрим на те негативные антисемейные тенденции, которые возникают сегодня на международном уровне – продвижение абортов, однополых отношений, контрацепции, гендерной идеологии, – то везде мы увидим применение одних и тех же социальных технологий. Это то, что я и называю социальным взломом или социальным хакерством. А моя бельгийская коллега Маргарет Питерс называет это «захватом структур и власти неизбранными людьми». Это как угон самолета. То есть конкретные лоббистские организации, имеющие ресурсы, тщательно изучают, как устроена система и как работает ее бюрократическая, процедурная и техническая часть. И потом они искусно пользуются слабыми местами этой системы. Если им удается ввести какие-то свои нововведения, то дальше они начинают легко копироваться уже внутри системы, потому что бюрократ в принципе склонен к тому, чтобы брать и копировать уже имеющееся, уже готовые клише. Мы это, кстати, видим сейчас на практике и в России, когда наши чиновники начинают повторять штампы на тему домашнего и семейного насилия. В целом, будучи введена в пространство бюрократической системы, информация начинает воспроизводиться.

Кроме того, Питер Ньюэлл действовал как эксперт во многих международных структурах: он был советником европейской сети детских омбудсменов, действующей в странах Европейского Союза. Также он был экспертом ЮНИСЕФ, сидел в консультативном комитете по детским правам в соросовской организации Human Rights Watch, выступал в ПАСЕ и тесно сотрудничал с высокими структурами Совета Европы. Тут работает следующий механизм: когда человек «пробирается» в одну из таких структур, то дальше за счет приобретенного статуса он начинает проникать и в другие подобные организации.

– Все эти организации в своей деятельности базируются на понятии прав человека, прежде всего. Это их главный идеологический и теоретический фундамент.

– Это очень большой, широкий и сложный вопрос. Мы должны здесь, наверно, разделить две вещи. Во-первых, это чисто правовая сторона вопроса, и, во-вторых, сторона философская, более широкая. На уровне юридическом в определенный исторический момент была создана международная система прав человека, которая раньше существовала в разных странах лишь на национальном уровне. А именно, после Второй мировой войны было решено, что ужасы нацизма не должны повториться, и надо разработать какой-то механизм, при помощи которого одни государства смогут вмешиваться в дела других государств, но не по своему произволу, а в случае вопиющих преступлений, когда национальный суверенитет уже не может быть абсолютным. В свете этого и была выработана концепция, что существуют неотъемлемые права человека – право на жизнь, на свободное выражение своих убеждений, на свободу вероисповедания, – которые должны соблюдаться всеми. А если эти права нарушаются, то становится оправданным вмешательство на международном уровне.

Это, так сказать, первое поколение международной системы прав человека включало в себя такие права, без которых человек не может существовать и быть собой в высоком, ценностном смысле. Среди этих прав были и право на брак между мужчиной и женщиной, которое есть во Всеобщей декларации прав человека, признание семьи как основной ячейки общества и так далее.

Второе поколение прав человека, которое появилось следом за этим, было совокупностью социальных прав: право на образование, на здравоохранение, на определенный уровень заработной платы и т.д. С этими правами уже есть некоторые серьезные проблемы, потому что если, например, государство бедное и не может обеспечить своим гражданам определенный уровень жизни, то оно невольно оказывается нарушителем прав человека. И тогда возникают ситуации, как, например, в случае с Никарагуа, когда международная помощь начинает оказываться на определенных условиях, таких как легализация абортов. И оказывается, что или государство должно легализовать аборты, или оно становится нарушителем прав человека.

Под видом борьбы за права человека проводится уничтожение традиционных ценностей

Но есть еще и третий уровень, или третья волна прав человека. Вот она, на мой взгляд, и является откровенным злом и социальным хакерством. Это попытка под видом прав человека внедрить в общество постулаты каких-то определенных разрушительных идеологий, например, радикального феминизма. Здесь под видом борьбы за права человека проводится фактически уничтожение традиционных ценностей и традиционных взглядов на отношения между полами. Это и так называемые однополые «браки», и широко понимаемые права ребенка, которые сводятся фактически к свободе ребенка от взрослых, от семьи и родителей, от их власти.

Их, в отличие от первых двух видов, никто не принимал официально. Они вводятся в международные документы с помощью социальной инженерии, манипулятивными, хакерскими способами – через взлом системы, что и продемонстрировал Питер Ньюэлл.

– По-вашему, выражение «права человека» не имеет права на существование? Это какая-то странная конструкция?

– Оно имеет право на существование, если мы под ним понимаем те права человека, которые изначально были признаны в первом поколении, на самом начальном уровне.

– А что вы думаете по поводу выражения «права детей»? Что за ним стоит и насколько оно имеет право на существование?

– Это отдельная тема. У нее, как мне кажется, два уровня или измерения. Сначала идея об особых правах детей возникла в Европе где-то в конце XIX – начале ХХ века. Это были гуманистические представления о том, что дети не должны умирать без медицинской помощи и от голода, что у каждого ребенка должна быть крыша над головой и так далее. Именно эти права, которые, в общем и целом, относятся к социальным правам человека, стали основой первых деклараций о правах детей. Фактически, это не какие-то особые права ребенка, а те же права человека, но с учетом того, что дети более беззащитны.

Но вот уже вторая волна «особых прав детей» началась, в том числе, с деятельности указанной английской педофильской организации, о чем мы пишем в докладе Аналитического центра «Семейная политика» http://www.familypolicy.ru/rep/int-18-070.pdf. Их главная идея – освобождение детей от родительской власти и семейного воспитания. То есть это идеология, родственная идеологии радикального феминизма. В радикальном феминизме женщины воспринимаются как угнетенный класс, который поработили мужчины. Их надо освободить, устроив некую «социальную революцию». Точно так же в этой идеологии и дети воспринимаются как порабощённый класс, который находится под властью взрослых, семьи и родителей, и их надо освободить, сбросив с них эти «узы».

Права ребёнка здесь понимаются очень широко. Подразумевается, что ребенок может делать все что угодно, независимо от того, согласны с этим его родители или нет. Даже идея о том, что ребёнок имеет право на сексуальные отношения, сейчас активно продвигается на международном уровне под вывеской права детей на сексуальное образование.

К примеру, в «Конвенции о правах ребёнка» говорится о принятии решений внутри семьи или государством относительно конкретных детей. Там сказано, что ребёнок имеет право на то, чтобы его мнение, касающееся его лично, было учтено. И вот из этого абсолютно на ровном месте, «из воздуха», была создана идея о том, что у ребёнка есть право на участие в государственном управлении. То есть поскольку государственные решения касаются детей, как класса, то и дети, как класс, должны иметь право выразить о них свое мнение. На этой волне появляются все эти детские советы, детские парламенты, но они не имеют никаких оснований в каких-либо международных конвенциях и договорах. В целом сама идея о том, чтобы детей, как класс, противопоставить взрослым и родителям, как раз и является типичным признаком этой радикальной идеологии.

– Скажите, а насколько это международное движение мощное в мире, и каковы его основные субъекты?

– Движение это достаточно мощное, с точки зрения тех ресурсов, которыми оно располагает. Оно захватило целый ряд старых, респектабельных детских организаций. Например, этой волной была фактически захвачена давно существующая международная организация Save the Children – «Спасите детей». Если тут провести параллель со «взрослыми» организациями, то, например, «Международная амнистия», которая исходно занималась защитой прав заключённых, сейчас занимается, прежде всего, продвижением абортов, интересов «сексменьшинств» и феминизма.

С точки зрения масштабов, это движение представляет собой довольно небольшую совокупность лоббистских групп. Но их влияние очень серьёзно, за счёт используемых ими ресурсов, в том числе финансовых. Кредо этих организаций в том виде, в котором оно существует сейчас, противоречит интересам подавляющего большинства людей, потому что оно отвергает традиционные и общие для всех народов мира семейные ценности, представления о том, что семья – это папа, мама и дети. Что дети имеют право на воспитание папой и мамой на основе определённых ценностей и так далее.

Полная семья, с мамой и папой, – это и есть самая безопасная среда для ребёнка

– Скажите, на ваш взгляд, а дети все-таки нуждаются в какой-то особой защите? Они ведь слабые существа, гораздо слабее взрослых.

– Первое, что здесь нужно отметить. Статистика и исследования показывают, что ребёнок в наибольшей степени защищен от всех видов преступлений, когда он растёт в полной родной семье. Полная семья, с мамой и папой, – это и есть самая безопасная среда для ребёнка. И поэтому, прежде всего, ребёнок нуждается в защите своей семьи. Наша позиция, которую мы выражаем в общественном поле, состоит в том, что воспитывать и защищать ребёнка – это дело родителей и семьи, а дело государства – это, в первую очередь, защищать семью и защищать права родителей. Защита ребёнка осуществляется через защиту прав родителей. Когда у родителя хорошо защищены семейные права, тогда он может надежно защитить своего ребёнка.

В остальных вопросах, конечно, ребёнок нуждается в защите закона, как и любой другой гражданин. Конечно же, никому и в голову не придет говорить, что детей можно калечить и убивать. Когда случаются такие вещи, государство вмешивается в обычном уголовно-правовом порядке. Но когда разговор о защите ребёнка превращается в разговор о возможности по любому поводу вторгаться в жизнь семьи и контролировать родителей, тем более забирать детей, если семья попала в сложное положение, то это недопустимо. Это уже не защита прав ребёнка, а их прямое нарушение и преступление. Прежде всего, это для ребёнка противоестественно, ненормально и травматично, когда кто-то посторонний вмешивается в его семейное существование и начинает командовать им, а также его папой и мамой командовать. Эта травма уж куда серьезнее, чем возможность быть наказанным, которую и травмой-то назвать трудно.

– В ситуации, когда родители совершают в отношении ребенка реальное преступление, а не просто наказали его за плохое поведение, государство, конечно, должно вмешиваться. Но это должно происходить тогда, когда ребёнку угрожает очевидная и чётко доказанная опасность. То есть когда его калечат, когда наносят вред его здоровью – все это должно преследоваться в обычном уголовно-правовом порядке. Но для этого не нужно создавать какие-то специальные разветвлённые системы с целой армией чиновников и проверяющих, которые разведывательными методами вынюхивают, что происходит в семьях, и совершают то, что на языке социальных работников называется недвусмысленным словом «интервенция». Это ненормальная ситуация, когда семья оказывается как бы под стеклянным колпаком, это полностью противоречит человеческой природе.

– А на ваш взгляд, насколько и в какой мере допустимы телесные наказания детей? Сейчас многие считают, что детей вообще даже пальцем трогать нельзя ни при каких обстоятельствах, что это унижение их личности.

– В этой проблеме есть несколько составляющих. Во-первых, люди, считающие себя христианами и говорящие, что физическое наказание – это зло, приписывают зло Богу, потому что в Священном Писании четко говорится, что родители имеют право, а иногда даже и должны прибегать к такому методу воспитания. Можно по-разному относиться к тому, следует ли сейчас этим методом пользоваться современным родителям, но обвинить Бога во зле мне кажется несовместимым с христианской верой, кощунственным.

Это право родителей – решать, как они воспитывают ребёнка

С правовой точки зрения, с точки зрения того, как должна быть защищена семья в государстве, я скажу, что это право у родителей должно быть, и оно должно быть защищено законом совершенно независимо от того, собираются родители им пользоваться или нет. Потому что когда у родителей это право забирается – это первый шаг, который ведёт к постепенному уничтожению вообще родительских прав как таковых и их власти в отношении детей. Не только власти наказывать, но и любого влияния на детей. Оно в целом начинает размываться и уничтожаться. Это всё равно что у государства забрать право, например, вводить уголовные нормы и уголовный кодекс. Причем в результате таких процессов незащищенными оказываются именно дети, потому что их семья становится бессильной.

У требования запрета физических наказаний и утверждений, что они не могут использоваться, что это вредно для ребёнка, нет никаких серьезных научных или правовых оснований. То есть, по моему убеждению, эта позиция продиктована чисто идеологическими соображениями, причем недоброкачественными.

Я держусь той точки зрения, что это право родителей – решать, как они воспитывают ребёнка, если они не причиняют ему при этом вреда. Вмешиваться в этой ситуации можно только, если речь идёт об угрозе для жизни или доказанной угрозе для здоровья.